Газлайтер - Григорий Володин

Только одна тигрица не работает – у неё лапки. Она лениво наблюдает за происходящим с удобного места на снежном холме.

Я коротко обращаюсь к принцессе:

– Извините, мне нужно уделить внимание операции на местах.

Чилика тут же отзывается:

– Конечно, конечно, граф.

Кивнув, я отхожу к месту, где ведутся раскопки, и начинаю раздавать дополнительные указания… Обломки могут скрывать не только выживших, но и возможные ловушки.

Как раз в этот момент приходит сообщение от Светки: часть монахов, которые попали под бомбардировку на перешейке, смогла выжить. Они отступили и укрылись в Обителях на западе и юге. Это добавляет ещё один слой тревоги к текущей ситуации.

– Мы будем вывозить всех только под охраной, – мысленно говорю Светке. – Организуй разведгруппы, чтобы контролировать маршрут перевозки и местность вокруг него.

В этот момент ко мне подходит Ледзор. На этот раз его обычно добродушное лицо кажется непривычно серьёзным, без привычной улыбки.

– Граф, – произносит он напряжённым голосом, указывая на раскопанные обломки. – Тебе нужно это увидеть.

Я оборачиваюсь в указанную сторону. То, что открывается моему взгляду, мгновенно меняет всё.

* * *

Цитадель лорда Гагера, Та сторона

Гагер яростно меряет шагами свой кабинет. Каждый его шаг словно удар хлыста, вымещающий гнев, разгоревшийся внутри. Только что вернувшийся дроу-разведчик принёс новости, которые невозможно игнорировать. Лорд Данила разбомбил монахов на перешейке у Северной Обители. Но это было лишь началом.

Самое тревожное известие – этот мальчишка захватил Северную Обитель. И, как будто этого мало, нашёл там не одного, не двух, а целое войско альвов.

– Альвы, – шипит Гагер сквозь стиснутые зубы. – Десятки, если не сотни…

Это не просто альвы. Это те самые, из Полуденного Королевства. Гагер прекрасно помнит, как монахи когда-то заполучили этот народ. Лорд был уверен, что большинство из них давно уничтожены, пущены на эксперименты гомункулов. Но реальность оказалась иной. И теперь его ошибка стоит слишком дорого.

– Лорд Данила получил их в свои руки, – бормочет Гагер, его голос наполняется растущим раздражением. – А если учесть, что он женился на принцессе Полуденного Королевства…

Мысль заканчивается сама собой. Теперь и остальные альвы могут присягнуть этому мальчишке. А значит, его ценность в глазах Багрового Властелина возрастёт в разы. Да и Организация точно не пожалеет о своем предложение взять Данилу к себе.

Еще раньше Гагер серьезно недооценивал Данилу. Мальчишка не только уничтожил Лича, но и разгромил монахов, которых скоро превратит в историю. Багровый Властелин наверняка захочет закрепить такого вассала надолго, гораздо больше, чем на год.

Стискивая зубы, Гагер невольно признаёт: сам бы он не отказался от такого прислужника. Но его предложение было отвергнуто. Отринуть Гагера… Эту мысль он не может проглотить.

В этот момент раздаётся звонок. Гагер бросает быстрый взгляд на связь-артефакт, лежащий на столе. Подавив раздражение, он берёт сигнал.

На другом конце линии раздаётся холодный, бесцветный голос:

– Лорд Гагер, это Зар. Мы в курсе, что лорд Данила сейчас ведёт бой в Обители Мучения.

– И что? – отрезает Гагер, его тон пропитан скрытой неприязнью.

– Ты не вправе вмешиваться, – продолжает Зар перейдя на «ты». – Если возле Обители Мучения обнаружат хотя бы одного полукровку-дроу, у тебя будут серьёзные проблемы.

Слова звучат как приговор. Гагер стискивает зубы так сильно, что они чуть не трещат.

Он тяжело опускается в кресло, его взгляд прикован к артефакту связи. Пальцы сжимаются на подлокотниках, белеют от напряжения. Затем он резко поднимает голову, бросая короткий, колючий взгляд в пространство, словно Зар стоит перед ним.

– Лорд Зар, а с чего ты вообще взял, что мои люди работают с монахами? – его голос звучит с холодной иронией. – Ты явно преувеличиваешь.

– Ни с чего не взял. Просто решил уведомить, – следует короткий, обрубленный ответ, после чего связь обрывается.

Гагер тяжело выдыхает, его лицо перекошено гримасой подавленной ярости. Он переводит взгляд на стоящего у двери разведчика-полудроу. Тот инстинктивно отступает на шаг, уловив угрозу в напряжённой фигуре своего лорда.

Гагер резко выплевывает резко, как удар хлыста:

– Срочно выводи наших с Южного полюса! Всем уходить немедленно! Есть там трупы?

Разведчик замирает на мгновение, нерешительно открыв рот, но Гагер не ждёт ответа и сразу добавляет:

– Неважно! Забрать всех – живых, мёртвых, не важно! Всех, понял?

– Да, милорд! – отзывается разведчик и, не теряя времени, разворачивается и вылетает из комнаты, едва не задевая дверной проём.

Когда дверь захлопывается, Гагер откидывается в кресле, пальцы постукивают по подлокотникам. Всё слишком затянулось. Он получил свою долю выгоды от контактов с монахами, но этого недостаточно. Лорд Данила оказался удачливее. Альвы, которых мальчишка забрал у монахов, стали для него оружием, гораздо ценнее любых големов и гомункулов.

Всё можно было бы исправить, но сейчас не время отбирать чужое. Гагер знает свою главную слабость. Он чертовски завистлив. Зависть – это топливо, питающее его решения, это мотор, который толкает его вперёд. Но сейчас эта же зависть грозит стать его гибелью.

– Слишком много, – шепчет он себе под нос. – Нахапал себе этот мальчишка…

Гагер снова стискивает зубы, заставляя себя подавить чувство. Раздражение угасает, сменяясь холодным расчётом. Он знает, что сейчас вынужден отступить. Зависть к этому менталисту может стать его крахом. И этого допустить нельзя.

Его взгляд темнеет, и губы кривятся в усмешке. Это ещё не конец. Но нужно подождать, затаиться. И, когда придёт время, он вернёт всё с лихвой.

* * *

Ледзор обнаруживает скрытый проход в нижние помещения Обители. Мы начинаем спуск, я веду за собой нескольких альвов, среди которых и Бер. Лучше держать кузена под присмотром. Мало ли, что ему взбредёт в голову – вляпается во что-нибудь, как обычно.

К тому же, этот меч, который он таскает с собой… Он явно не простой. Такие вещи никогда не достаются просто так. Рано или поздно плата за его использование потребуется, и вряд ли она окажется лёгкой. Не знаю, где он его нашёл, но разбираться с этим сейчас точно не время. Этим займёмся позже.

Внизу нас встречает массивная железная дверь, покрытая геномантским кодом. На ней резной узор, витиеватый и странный, словно предупреждение.

– Похоже, на хранилище, – отмечает Бер.

Я использую генокод монаха. Дверь поддаётся не сразу, но потом начинает медленно открываться, впуская нас внутрь.

Перед нами открывается огромный зал, залитый мягким, приглушённым светом. Тишина здесь почти абсолютная, нарушаемая лишь звуком наших шагов.

Вдоль стен стоят хрустальные саркофаги. Внутри них покоятся дети, женщины, старики и