Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

Первая неделя их сотрудничества, когда кто-то из братков Седого постоянно контролировал Алекса и даже ночевал в соседней комнате, прошла плодотворно — Дохлый «перевел», а по сути убил и ограбил еще одну семью из четырех человек. Муж с женой, престарелый отец мужчины и девчонка лет тринадцати. Он, как обычно, скинул в колодец уже подсохшие в межмирье за несколько часов тела, стараясь не смотреть в лицо девочке подростку. Но теперь братки Седого контролировали его работу. Прежде чем разрешить переводить семью через придуманный им портал, они сами провели беседу с мужчиной и остались довольны, получив с него еще одну тысячу долларов сверху, по сути украв эти деньги у Дохлого.

«Ничего, когда избавлюсь от Седого, то придумаю, как убрать и этих навязанных мне охранников.» — думал Дохлый, стараясь не показывать своего раздражения от бандитской опеки.

Когда он для тренировки и расширения своего внутреннего энергетического хранилища ходил в межмирье, то кто-нибудь из парней Седого наблюдал за ним, стоя возле самой границы. Но того, как он расправлялся с отравленными людьми, они не видели, Дохлый всегда заводил таких переселенцев за развалины старых домов. За стены дома, который находился рядом с оборудованным в подвале тайником, да и колодец был всего в двух десятках шагов от облюбованного им места, объясняя это тем, что проход во внешний мир открывается не везде, а только в месте силы или схождения энергетических линий, которое находится как раз за старыми домами, в серой зоне поселка.

Как-то толстый Толик, которого за глаза его приятели называли Кабаном, решил пойти с Дохлым в одну из его двух-трех ежедневных тренировок, но уже через сотню шагов того вывернуло съеденным завтраком, а из носа закапала кровавая юшка и обратно Дохлому пришлось почти тащить его жирную тушу до границы серых земель. С тех пор, опасаясь последствий, никто из них не пытался идти с ним, ни во время тренировок, ни когда Дохлый выступал в качестве проводника клиентам.

Первую неделю его отвозили на свидание с Софией через день, а то и пару вечеров кряду, но после того, как сам Седой и его скуластый черноволосый помощник привезли к нему каких-то двух, одетых в костюмы и галстуки мужчин, поездки прикрыли. Не запретили совсем, но Седой сказал, чтобы Александр подкопил сил за пару дней, не расходуя их попусту на свидания с женщиной. А после того, как перекинет порталом в открытый мир самого Седого, парни разрешат ездить к зазнобе хоть каждый день. Он, конечно, получил свою тысячу долларов с этих мужчин, не сомневаясь, что Седой взял с этих переселенцев гораздо больше.

«Ничего, недолго осталось, грохну Седого и тогда избавлюсь от навязанной крыши! Да просто, отравлю всех их, угостив своим фирменным чайком, а тела стаскаю в колодец, ставший склепом уже многим глупцам. — раздраженный запретом видеться с Софией, планировал Дохлый, — Думаю, сам Седой понесет денег побольше, хотя и с этих, одетых в костюмы чинуш, я взял немало! После ликвидации Седого можно будет вовсе свернуть лавочку и переехать с Софией в Белый Яр, денег-то нам и на жизнь, и на бизнес хватит. А не понравится в Яру, так через полгодика вернемся в Асино, когда про Седого и его пропавших братков все и думать забудут.»

Действительно, через два дня после ликвидации им мужчин в костюмах, в Латат приехал Седой, сам сидящий за рулем синего, почти новенького, внедорожника. Рядом с ним сидел скуластый парень, которого в прошлый свой визит он называл Рафом.

— Готов? Эх, жаль на машине туда уехать нельзя! Или все же можно? — спросил вылезший Седой у Дохлого.

— Нет, на машине никак не получится! — развел мнимый маг руками, — Только небольшое окошко портала открыть могу.

— Ну плохо, Александр! Плохо! Тренироваться больше нужно, чтобы на машине мог человека провести. Может, и получится через год, да? — подмигнул Седой уже не ему, а своему скуластому и поджарому помощнику, потом похлопал машину ладонью по крыше, — А пока тебе, Раф, свою ласточку оставляю!

Сегодня в Латате дежурил Кабан и туповатый паренек, которым тот помыкал как хотел, по кличке Рябой, прозванный так из-за украшавших его лицо небольших оспинок. Они вместе с Дохлым вышли приветствовать своего босса и тот обратился уже к ним.

— Все нормально тут? Раф меня проводит, а вы оба тут, у границы наблюдаете. Понятно? — и Кабан с Рябым закивали, как китайские болванчики, — И не расслабляться, в оба смотреть!

Удостоив парней крепким рукопожатием, как бы в шутку погрозил кулаком и наказал слушать Рафа, остающегося старшим, как отца родного и добавил уже с отеческими нотками:

— Да нормально все, парни! Не грустите! Через год вы все отсюда свалите, а я вас уже на подготовленном месте ждать буду.

После, Седой взял с заднего сиденья кожаный саквояж и направился к границе. Скуластый Раф, повесив за спину объемный рюкзак, двинул за ним. Кабан и Рябой остались стоять и смотреть вслед уходившей через границу Радиуса троице.

Первые полторы с небольшим сотни метров Дохлый вел их по когда-то асфальтовой, но и сейчас твердой, искрящейся черной крошкой, словно посыпанной кристаллами антрацита, дороге. Седой дышал тяжело, с каждым шагом все с большим присвистом, вырывающимся из груди, как это бывает у астматиков. Уже через сотню шагов он начал делать небольшие, на несколько секунд остановки, чтобы восстановить дыхание и прийти в себя. Его скуластый помощник тоже тяжело дышал, утирал выступивший на лбу пот, но не останавливался и делал следующий шаг с упорством и монотонностью робота.

— Далеко еще? — натужно прохрипел Седой.

— Нет, — мотнул головой Дохлый и показал рукой на развалины нескольких домов, — метров сорок еще, а там сделаем привал и дам вам восстанавливающее силы лекарство.

— Какое еще лекарство, это обязательно? — недоверчиво глянул на Дохлого Раф.

— Без него не дойдете, — покачал головой Дохлый, — до места перехода, еще столько же идти, а вам, как я понял, — глянул он на скуластого Рафа, — еще обратно возвращаться.

— Ничего, дойду! — сквозь стиснутые зубы процедил Рафаил.

Дохлый завел их в стены полуразвалившегося дома и Седой, бросив свой саквояж, рухнул на лежащее у стены бревнышко, служившее всем клиентам местом отдыха. Татарин же, сбросив с плеч рюкзак, остался стоять привалившись спиной к стене. Он крутил по сторонам головой сунув руку в отвисающий карман легкой ветровки и Дохлый догадался, что