Методика выживания - Юрий Анатольевич Здоровеющий

как звездану наштукатуренным хлебалом об мой сапог, сука драная, чтобы не врала никогда! Не вздумай ляпнуть что-нибудь про самостоятельность, в политике уж тем более, иначе точно по вафельнику схлопочешь. Ты шагу без поддержки не ступишь. Сожрут нахрен и не подавятся. Что ты можешь без мужиков? Нихера! Так что заткнись, падла! Еще раз разинешь свой искусственный силиконовый гриборот, больше похожий на сморщенную куриную жопу, и я выполню обещание. Можешь поверить на слово.

Ева снова развернулась к канадке лицом. Демонстративно усмехнулась и продолжила, так сказать, просвещение:

– Все? Закончилась твоя вера в собственную непогрешимость и обладание миром? Самостоятельность тоже иссякла? И всего-то, вшивая солдафонка твою хваленую силу ногой в говно затолкала. Так кто из нас больше самостоятельный? Ты? Ха-ха-ха! Бредишь, курица. Как раз солдафонка. Только я себя супер-пупер-самостоятельной не называю. У меня тоже друзья есть. Товарищи. Но я никогда от них не отказывалась. Никогда не боялась сказать правду себе и другим. Помогли, поддержали – спасибо им всем огромное! Моя очередь долги возвращать. А таких сраных лживых феминисток как ты, чухламонка занюханная, ненавидят! Случись выбирать – бросят тебя за ненадобностью. Такое уже бывало на этой войне. Ты же ничего сама не умеешь. Ничего! Ты – бесполезная тварь, расфуфыренная и самовлюбленная. Нахер тебя, сука смрадная.

Ева Полонска с нескрываемым отвращением показала советнице средний палец. Уже развернулась в салон, но в этот момент открылась герметичная переборка. Одного взгляда хватило Полонска чтобы понять: в кабине слышали весь разговор.

– По какому классу вы обучались, младший лейтенант, мэм? – нарочито вежливо обратился капитан-лейтенант.

Ева подсознательно улыбнулась. Вскинула руку «под козырек» и ответила:

– Сэр! Капитан-лейтенант, сэр! Открытый универсальный диплом, сэр. Второй класс пилотажа.

На лице командира судна отразилось неподдельное изумление.

– Даже? Большая редкость, мэм. Мои поздравления. В кабине лететь не желаете?

Широкая добрая улыбка растеклась по розовому лицу польки.

– Какой же пилот этого не желает, сэр? Только я не могу. Я лечу к месту службы с друзьями. Как-то не приучена отделяться от коллектива ради собственной выгоды. За приглашение благодарю, капитан-лейтенант, сэр!

Командир экипажа весело рассмеялся. Слегка притронулся к плечу девушки.

– Буду рад побеседовать в дальнейшем, лейтенант. Думаю, случай еще представится.

Пилот скрылся за переборкой. Ева вернулась к друзьям и преспокойно улеглась головой на колени Грегори.

Какое-то время члены Совета помалкивали. Видимо, обдумывали произошедшее. Все же канадка не выдержала. Багровая от обиды и унижения еле слышно произнесла:

– На базе я этой невыносимой простолюдинке покажу свою власть. Пусть только долетим.

– И что вы сделаете, миссис Браун? – впервые заговорил англичанин.

Ответила на вопрос эстонка.

– Неужели, Элтон, на всех базах Совета царит полный бардак? Но, помилуйте! Кого же мы тогда финансируем? Если любой проходимец может безнаказанно нас оскорблять…

– Мисс Отс, – ответил мужчина. – Смею напомнить вам один скоротечный момент, свидетелями которого мы стали всего десять минут назад. Вспомните, как та же наглячка говорила со старшим по званию пилотом. Ни слова дерзости или хамства в ее речи не было.

– Вы хотите сказать, – неподдельно вытаращилась миссис Браун. – Что хамить, сквернословить и оскорблять у военных принято только Совет?

– Ни в коем случае, коллега. Вы плохо знаете специфику жестких условий жизни на базах. Война есть война! Она поневоле вносит свои коррективы во все стороны бытия. Вы неуважительно высказывались в адрес солдат, Камилла, а этого делать нельзя, даже если многие из них в действительности не умеют читать. Зато они запросто умеют другое. Вы должны это понимать. Когда товарищ спасает тебе жизнь, разве вам не плевать на его родословную? Другие ценности выходят на передний план.

Прибалтийка облизнула подсохшие губы. Попробовала вновь заступиться за спутницу.

– И все же, сэр, должно же быть элементарное уважение?

– Элементарное есть, – согласился Элтон Хилл. – Если бы миссис Браун не продолжила жаловаться на недостаток манер и отсутствие комфорта, ничего бы не произошло.

– Я виновата? – воскликнула миссис Браун. – Ну, знаете ли!

Сэр Хилл не поддался эмоциям женщины. Равнодушно продолжил собственную мысль.

– Вам ведь конкретно указали на некое обстоятельство, имевшее место в прошлом Совета.

Удивленные взгляды женщин пересеклись.

– Вижу, дамы, вы ничего не знаете об эксцессах прежних времен. Если желаете, могу устранить пробел.

– Сделайте милость, пожалуйста, – просапела канадка.

– Извольте. В первые дни массового нашествия инопланетян особо тяжкому удару подверглись северные районы планеты. Вы это знаете. Такое маленькое государство как Исландия, никогда не имевшее собственной армии, не могло и мечтать о сохранении суверенитета. Началась срочная эвакуация населения. Конечно, паника и все прилагавшееся по умолчанию. Так вот, последнее судно уходило на материк, больше не оставалось возможности вывоза людей. Места ограниченные. Один из банкиров потребовал особого статуса для себя и семьи. Его без промедления расстреляли, как и того, кто посмел повысить голос и козырять тем, что он – мэр. Всех, кто не представлял ценности на новом месте, оставили за бортом. Им так и сказали: вы ничего не умеете. В обретенном пристанище людям придется срочно обустраиваться. Там нужны строители и каменотесы. Нужны учителя, врачи и геологи. Нужны те, кто умеют работать. И, конечно, военные. А административные работники, работники номенклатуры, банкиры, биржевые маклеры и тому подобные прихлебатели никому не нужны. Как и их деньги. Патрон для охотничьего ружья ценится больше жизни банкира. Теперь подумайте, любезные дамы: что изменилось? И не стоит на меня обижаться. Я противник хамства во всех проявлениях, но я привык трезво смотреть на вещи. Есть множество обстоятельств, при учете которых нам с вами лучше бы вообще не упоминать о принадлежности к номенклатуре. И одеваться сообразно случаю.

Дискуссия на тему допустимости вольного поведения более не продолжалась. Миссис Браун и мисс Отс о чем-то с минуту шептались между собой. Затем прекратили общение. Зато по прибытии на территорию подводной базы обе посланницы Совета Наций мгновенно забыли заботливое предупреждение коллеги из Англии. Поводом тому явился Эрвин Гросс, исполнявший обязанности старшего офицера базы в отсутствии адмирала.

Поскольку командор Родимов так же отсутствовал, Эрвину предстояло встречать высоких гостей, так как администратор был извещен Накамурой заранее. К нему и направилась миссис Браун, отмахнувшись от сержанта охраны.

– О, Господи! Наконец-то! – запричитала она. – Эрвин. Как хорошо, что я вас тут встретила.

Гросс нешуточно удивился такому неожиданному радушию. Он был некоторое время знаком с советницей Браун, так как женщина занималась