Методика выживания - Юрий Анатольевич Здоровеющий

– Отравился, – констатировал док. – Надо же. Не понимаю. Он был прекрасным работником. Аккуратным во всем. Спокойным и вежливым. Пунктуальным и исполнительным. И содержание получал хорошее. Пусть семья у него не маленькая, не думаю, чтобы они в чем-то нуждались. Не понимаю, зачем?

– А я, кажется, понимаю, – холодным голосом сказала мисс Дарси. – Тут записка, господа.

Родимов и Картер подошли ближе к тому столику, что стоял не при входе на склад, а в сторонке. На нем лежала предсмертная записка Парсеваля.

«Я никогда не был сволочью. Всю жизнь презирал подлецов. Не хочу оставаться сволочью даже сейчас, после того, что я совершил. Дело не во мне. Дело в моей семье… Те люди вломились ко мне глубокой ночью. Собрали всех нас в гостиной. Даже детей. Избили мужа сестры. Досталось и моему брату. Меня не трогали. Их старший так и сказал: не портите ему представительский вид. А потом они приставили оружие к голове моей жены. Потребовали, чтобы я подменил препараты. Я стал доказывать, что сделать это попросту невозможно. Тогда тот, кто всем руководил, взвел курок. Он в точности знал весь порядок учета, выдачи и хранения медикаментов. Он знал гораздо больше. Даже даты очередных прививок «ведьм». Он по пунктам продиктовал мне условия и предупредил: если я их не выполню – мои родственники умрут. Если я попытаюсь их обмануть или предупредить руководство – мои родные умрут. Что это за люди, откуда они, и кто их послал, я не знаю. Думаю, кто-то снабжает их информацией. Он же наверняка следит за мной тут. Поэтому не подменить препарат я не мог. Но и жить с этим грехом я не смогу. Не смогу смотреть коллегам в глаза. Не смогу смотреть в глаза даже родственникам. Ведь они все слышали. Они будут знать, что я совершил. И не важно, какими причинами объясняется мой поступок… Простите меня и прощайте».

Холодок пробежал по взмокшей спине доктора Картера. Пенелопа Дарси практически не отличалась от шефа. Только Родимов сохранял хладнокровие.

– Вы были правы, профессор. Этот человек не был подонком. Он не мог не выполнить требования шантажистов, так как был убежден в присутствии рядом их соглядатая. И все-таки он попытался предотвратить трагедию. Именно поэтому поменял коробки и сказал о просроченной годности препарата. Заострил внимание. Надеялся на сообразительность лаборантки. Но эта размалеванная курица не поняла, потому что дура тупая.

– Она не дура, Станислав. Даша очень старательная сотрудница. Она квалифицированная лаборантка… – попробовал заступиться профессор.

Родимов оборвал его адвокатский порыв.

– За столом с пробирками – может быть! А по жизни полная идиотка. Не разглядеть очевидного? Впрочем, в ее случае, мне кажется, это к лучшему. Ухватила бы – натворила бы больших глупостей. Разве бы она поняла, сообразила бы: нужно молча уйти. Всего-то предупредить вас, док, или Пенелопу? Уверен, эта кукла стала бы сразу же выяснять что-нибудь или выкинула нечто подобное, то есть погубила бы семью Алоиза. Ему бы не простили попытки нарушить строгие требования. А окажись ваша хваленая лаборантка умнее, возможно, и Алоиз остался бы жив. Во всяком случае у него появился бы шанс. Он выполнил требование. Препарат подменил. Не его вина в том, что Пенелопа Дарси обнаружила несоответствие… К черту. Извините. Терпеть не могу людей, занимающих не свое место. У меня на них обостренная аллергия. Нахватаются верхушек… Можно иметь двадцать дипломов, но быть полным тупицей. Можно дипломов вообще не иметь, а с легкостью затыкать за пояс большинство дипломированных недоумков. Хотите примеры? Легко. Валерия Голубева. Сара Мовшан. Образования нет. Дальше не продолжаю. Сами знаете. И не надо говорить о памяти Сары. С ней она имела проблемы. С памятью, но не с IQ.

Родимов развернулся к двери и задумался на мгновение.

– А где ее место, командор? Даши? Не подскажете? – Пенелопа почти вызывающе смотрела в глаза Станислава. – Вы ничего крамольного не подумайте. Я вполне отдаю отчет тому, кого вижу перед собой. Да. Я вижу незаурядного, сильного, всесторонне развитого и безусловно умного человека. Мужественного, самоотверженного человека. Но понимаете, командор, порой мне кажется, ваши требования к другим настолько завышены, что граничат с невыполнимыми. Я могу ошибаться, но у меня складывается впечатление, словно вы желаете подогнать всех людей под ваши стандарты. Простите, мне известно о трагедии «Преторианцев». Думаю, ваше сознание до сих пор несет в себе отголоски. В их среде вы были рыбой в воде. В среде себе подобных. Но ведь не все люди одинаковые? Не всем же быть избранными. Сами знаете, сколько народа пришлось перебрать, чтобы найти всего двадцать человек для проекта «Посейдон».

Родимов не удивился. В словах Пенелопы прозвучали некоторые мысли профессора Седорокова. Когда-то Илья Николаевич, обнаружив зашкалившие показатели мозговой деятельности Станислава, предупреждал пациента об ожидающих его трудностях. Об одиночестве как неизбежном итоге завышенных планок в отношениях между людьми. О недоброжелательности со стороны большей части любого общества.

Люди крайне неохотно признают превосходство других. Амбиции, тщеславие и гордыня. Да-да! Снова они, проклятые непобедимые качества. Можем к троице добавить зависть. Перечисленная четверка пунктов не дает людям правильно воспринимать тех, кто умнее, талантливее и сильнее.

Стас присел на кромку стола. Проникновенно взглянул в глаза мисс Дарси. Встал, провел рукой по щеке, словно стряхивал с лица усталость, и заговорил:

– Вы считаете, я жажду видеть в любом человеке вундеркинда? Хорошо. Тогда скажите мне, Пенелопа: дворник на улице и ядерный физик, как, они тоже «Преторианцы»? Физик дворником сможет стать запросто, а вот дворник никогда не сможет стать ядерным физиком. Не понимаете? Я не требую от людей несбыточного. Я лишь хочу, чтобы каждый соответствовал тому месту, которое занимает. Это несложно. Когда-то в ангаре я уже говорил людям: у меня нет повода для ненависти к человеку, чей коэффициент умственного развития ниже моего. Ни в коем случае. Но если такой субъект полезет в места, где нужно думать, я возненавижу его и не дам воцариться на чужом троне, если у меня будет такая возможность.

Пока Пенелопа размышляла над словами Родимова, сам командор приблизился к ней и вновь присел на крышку стола.

– Где место Даши, вы спрашиваете? Я скажу. Давайте вместе подумаем. Она получила хорошее медицинское образование, иначе ее бы тут не было. Судя по всему, девушке нравится выбранная специальность, иначе бы ее опять среди вас не было. Преданные фанатики дела, вроде вас с доком, не потерпят рядом с собой равнодушных пустышек.