Тени во времени - Кристофер Руоккио

«Это была Ушара», — сказал я. «Она пришла и к тебе».

Селена покачала головой. «Это был мужчина. Ты сказал...»

«Это была Ушара», — повторил я.

Разве сам Судья не называл Ушару братом?

«Я не могу перестать об этом думать», — сказала она, возвращая руку к шее. «Корабль трясся вокруг нас. У меня в руке был нож...»

«Что тебя остановило?» Я чувствовал себя глупо, лежа там, хотя мое сердце было разбито и еще не зажило полностью.

«Что?» Селена прикоснулась рукой к своим вьющимся волосам. Замялась. Покраснела? «Я... ты подумаешь, что я сумасшедшая».

Настала моя очередь коротко рассмеяться. «Попробуй».

«Я... я молилась. Матери-Земле, то есть. Молилась, чтобы ты был в безопасности. Чтобы все это было сном. Адриан, я... я знаю, ты не веришь в Мать, но она... спасла меня». Я был слишком уставшим, чтобы возражать, чувствовал, как кровь стучит в висках. «Она была... такая красивая, Адриан. Сама Земля. У нее были черные волосы. Черные, как у тебя. У нас дома есть ее портрет. Она выглядела точно так же. Она была одета в голубое. Цвета моря. А ее глаза! Они тоже были голубые — может, зеленые. Она не сказала ни слова. Просто улыбнулась и положила руку на мою. Потом она посмотрела на него, и он исчез».

Я лежал, молча.

«Ты в порядке?» — спросила Селена.

«Мне просто нужно отдохнуть», — ответил я.

Я не знал, что ей сказать. Как я — из всех людей — мог опровергнуть то, что она видела? И все же я знал, что Мать-Земля не могла явиться ей. Мать-Земля была выдумкой, символом планеты, придуманным священниками, чьи хозяева не верили ни единому слову из того, чему учили.

«Ты мне не веришь».

«Нет», — произнес я, потянувшись к ее руке. «Дело не в этом, дело в...» Вместо этого моя рука нашла ее колено. «Я не думаю, что это была твоя Мать-Земля».

«Что же тогда?»

«Один из Наблюдателей», — пояснил я, думая о Рагаме. «Тот, который все еще верен Абсолюту».

Селена медленно подняла руки и обхватила мою. «Понимаю...»

«Она ничего не сказала? — спросил я, - ...не сделала?»

Селена покачала головой. «Она просто улыбнулась мне. Вынула нож из моей руки. Потом исчезла. И тот, кто был с ней. Что это значит?»

Тогда меня охватили тепло и умиротворение, и я почувствовал, как сердце замедляет свой бешеный ритм. «Думаю, это значит, что мы не одиноки».

«Я не могу перестать думать об этом», — продолжила Селена. «О ней, о нем». Ее глаза были устремлены на пол на ноги в сапогах. «Он показал мне, что произойдет, если сьельсины победят. Он показал мне, как горит мой город. Я видела, как Королевский Лес падает с неба. Как горит дворец. И мои сестры... то, что они делали с моими сестрами. И детьми. Даже маленькими детьми, я...»

«Я тоже это видел».

Ее пальцы крепче сжали мои. «Они похожи на нас», — сказала она. «Крестьяне. Те, которых ты привез с Дану. Они похожи на мою семью».

«Я думаю, они и есть твоя семья», — ответил я. «Какая-то незаконная ветвь».

Селена приняла это, сглотнув и кивнув головой. «Там была девочка. Она лежала мертвая в трюме. Люди Альбе сказали, что ее убили другие. Она была похожа на мою Друзиллу. Она младшая дочь отца... или была, когда я уезжала из дома. Сейчас может быть еще одна. Я даже не знаю. Я должна знать, не так ли?»

«Селена!»

Она резко выпрямилась. «Прости», — воскликнула она. «Прости, я... Как мы можем бороться с этими существами? Они могут сжечь наши флоты, свести людей с ума, быть везде одновременно!»

«Селена!»

Она была напугана. Теряла контроль.

«С Кассандрой все будет в порядке?» — спросила она. «Или он... оно... все еще будет... в ней?»

Я снял руку с ее колена. Понял, что держал ее там слишком долго. Я уставился на свои ноги, внезапно поняв, что больше не могу смотреть принцессе в лицо. «Я не знаю».

«Почему он не во мне?» — спросила она.

Я подумал об этом, прислушиваясь к слабому писку мониторов и глухому гулу вентиляции в комнате. «Когда я был... после того, как я оставил тебя на Форуме, — начал я, имея в виду момент своей гибели, — то встретил одного из них. Того, кто все еще служит Тихому. Рагаму. Рагама исцелил меня, избавил мой разум от того, что осталось от Ушары... от ее тени. Возможно, голубоглазая женщина исцелила тебя таким же образом».

«Но... почему?» — спросила Селена. Я видел боль на ее лице.

«Я не знаю», — ответил я. «Полагаю, что тебе еще предстоит сыграть какую-то роль во всем этом».

Старые видения, словно тени, мелькали в глубине моего сознания. Я видел себя сидящим на троне Империи, задрапированным в леопардовые шкуры, с Селеной у моих ног. Я всегда считал это видение провалом. Это было будущее, которого я никогда не хотел. Будущее без Валки. Будущее правления, будущее, которое, как я полагал, уже миновало. Но выходило, что я избежал сетей Актеруму только для того, чтобы попасться в эти сети. Неужели это тоже было моим будущим?

«Какую роль?» — спросила она. «Я не герой. Не воин».

«Не знаю», — ответил я. «Я не пророк».

«Почему она спасла меня?» — спросила Селена. «А не других? Не Кассандру?»

«Я этого тоже не знаю», — произнес я. «Может быть, твои молитвы были услышаны, но не Матерью-Землей».

Селена замолчала.

«Принцесса», — наконец сказал я. «Я не знаю всех ответов. Но я рад, что ты в порядке». Ее улыбка расцвела, но тут же померкла. Она не смотрела на меня. «Я не могу сказать тебе, почему Ушара пришла к тебе, или почему тебя пощадили... но я знаю, что ты столкнулась с одной из сил нашей вселенной и выжила. Возьми это на заметку».

«Я почти сделала это», — она снова положила руку на шею. «Если бы она меня не остановила. Я бы... Я...»

«Знаю», — произнес я. «Они хотели, чтобы я тоже убил себя».

«Я думала, они хотели, чтобы ты остался жив».

«Думаю, они хотят многого», — ответил я. «И думаю, что каждый из них хочет своего. Они не единодушны, эти двое». Я долго и упорно размышлял над этой мыслью с тех пор, как Нима оставил меня здесь. «Ушара... предложила мне шанс убить Дораяику».

Селена перевела взгляд