"Фантастика 2026-182". Компиляция. Книги 1-31 - Татьяна Петровна Крылова

Армия эльфов, перешагивая через трупы своих товарищей останавливается в трёх ста метрах от стен. Длинноухие растеряно переглядываются между собой, они не понимают, почему люди стоящие на стенах. Как и ранее переговариваются между собой, но даже и не предпринимают попытку оказать хоть какое-то сопротивление. Их луки молчат, а лица спокойны словно безоблачное небо.

Один из тысячников, выхватив лук из рук своего подопечного пускает стрелу, что пройдя через голову человека развеивает того подобно пару. «Иллюзия», понимает тысячник. Но в перёд бежать не стремится. Понимая что враг может только этого и ждать, в дело вступают дриады, а войско, постепенно, шаг за шагом начинает продвигаться всё дальше в глубь, заворачивая и охватывая крепость по флангам.

Магии нет, врага тоже…

— Лид Эхельхал, Они оставили крепость! — Когда и сам командир пересёк брод, со стен выкрикнул одни из самых быстрых и шустрых эльфийских солдат, как вдруг, мощный взрыв, вырвавшимся в небо огненным столбом, в щепки разносит деревянные стены вместе с ушастым храбрецом, взобравшимся на них. Стена огня, видится на десятки километров в округе, а дым исходящей от неё постепенно затмевает сами облака.

Отошедшие на пару километров войны империи, с улыбками, и счастливыми глазами глядят туда, где по их представлению полыхает враг.

— Никогда не думал что буду вместе с учениками творить запрещённую магию, господин, вы уверенны что это было необходимо? — Вместе с Карлом глядя на серый, поднявшийся в небо гриб, произнёс Гвиний.

— Не вижу ничего запретного в уничтожении нашего врага, — отозвалась вместо принца Августа. — Кстати, старик, а повторить ты его сможешь?

— Нет, в ближайшие лет этак семь-десять точно нет. Хотя и самому бы хотелось… — Тяжело вздохнув, развёл руками Маг-целитель, а после, видя озадаченный взгляд инквизиторши пояснил: — Уж слишком сладок и красив запретный плод, плетение подобного заклятия целое искусство…

— Искусство это взрыв… — Так же, словно зачарованный пейзажем, тихо протянул вспомнившуюся, чужую цитату Карл.

Глава 26

Первый Кардинал приходит на Восток

У всего есть свой предел, тем более если речь идёт об успехе. Так, я, достигнув ряда крупных побед, поднявших мораль моей армии на небывалые высоты ожидал в ближайшее время крутого пике. Предательство, неожиданной ход врага, или смерть кого либо из моего близкого окружения, вполне могли ознаменовать завершения белой полосы, передавшей эстафету чёрной.

Хоть сам я и не присутствовал в укреплении возведённом возле Угрюм реки, но со слов своих подопечных мог приблизительно оценить вражеские потери. Как минимум полторы тысячи эльфов зарубила кавалерия Магнуса. Где-то столько же могло сгореть на реке и получить тяжёлые раны. Итого армия врага сократилась приблизительно на шесть — девять тысяч. Огромной досадой для нас с Гвинием стал взрыв. Оставшиеся наблюдать за происходящим из леса разведчики, доложили о необъяснимой медлительности врага при переправе, из-за чего подготовленное Архемагом заклятье едва затронуло первые подошедшие к крепости ряды. Огромный просчёт, или взятая врагом тактическая пауза, сыграли с нами злую шутку. Благо, вторая заготовка в виде на скорую руку возведённой и взорванной платины смогла смягчить последствия нашего с Гвинием просчёта.

Итог — луг затоплен, сильного паводка способного уничтожить целую армию создать не удалось, но, вместо этого мы сумели так же нанести рядам врага некий урон, попутно замедлив его продвижение. Теперь, пока эльфы будет занят наведением переправы и восстановлением логистической цепочки, мои воины смогут хорошенько выспаться, а так же подготовиться к последней части Мерлезонского балета, а именно, к осаде.

Благодаря множеству тайных лазов и троп, Угорье даже будучи взятым в кольцо оставалось боеспособным, и вместе с этим очень опасным местом. Ведь пользоваться ходами, лазейками и тропами могли не только наши люди, но и ушастые. Самым логически верным для меня ходом, являлось покинуть город, перебраться в Колд, и уже оттуда думать, спасать или бросать город-крепость. Причиной отказа от этой идеи послужили потери врага, а так же откровенная тупость казавшихся мне крайне опытными эльфийских командиров. За тысячи лет проведённые в своих лесах, горах и прочих, враг не то что не оправдал моих ожиданий, но и более того, разочаровал даже самого Гвиния. Сейчас, имея приблизительно девяносто тысяч, длинноухим требовалось как минимум семьдесят, для одной лишь попытки штурма Угорья, где вместе с постоянно прибывающими подкреплениями мы могли выставить десять тысяч. Причём не абы кого, а хороших, или по крайней мере сытых и отдохнувших воинов, чьи спины будут прикрывать маги. А ведь помимо десяти тысяч, смело можно было приплюсовать крестьян, местных ополченцев и тех кто ещё мог подойти, а «подходить» как раз таки было кому.

Когда мы только вернулись в Угорье, меня ждала одна очень хорошая новость. Красотка Шарлотта каким-то образом умудрилась договориться с вернувшимися из столице авантюристами, а вместе с ними и уцелевшими кавалеристами, что некогда прислуживали Августу. За умеренную плату, парни потратив на сборы несколько дней, собрали отряд состоявший из некогда служивших первому и второму принцу воинов. Мелкая плутовка творя настоящие чудеса, умудрилась не просто примерить две конфликтующие стороны, но даже и сплотить их под единой целью — а именно, спасти восток Империи!

Сейчас эти и другие Орлы прибывшие из центральной части нашей «необъятной», в численности трёх тысяч ожидали моей команды в городе Колд. Обещание данное первым принцем, исполнено, и даже его смерть не смогла нарушить слово гордого воина. Как и говори Август, столица взята, а его конница со мной. Пусть не так много, пусть и за доплаты, но за выполненное мною обязательство, он выполнил своё, жаль только, что посмертно. Выживи он, и победа над ушастыми стала бы лишь вопросом времени… А так, самому бы в этом всём дерьме выжить.

По возвращению, каждый из моих воинов или из свиты чувствовал себя если не героем, то самым настоящим победителем. Все вновь праздновали, вновь лилась сладостная лесть из уст местной знати. Ну а я, в очередной раз припав к картам, с кубком вина в руках продолжал думать о тех, кому и в такой, казалось бы лёгкой победе пришлось сложить свои головы.

Тридцать пять моих всадников. Тридцать пять храбрецов умерших по моей команде. Чьи-то отцы, дети, господа и слуги. Кого-то из них стащили и зарезали эльфийские щитоносци. Кто-то при отступлении схватил спиной