Фантастика 2026-147 - Максим Шаравин

— Да!!! — заорали Боги — если не все, то большинство, по крайней мере. Громче всех орали самые воинственные — Тор, Морриган, Уицилопочтли… — Атакуем людей! Они умоются в крови!!!

— А затем, — постепенно голос Одина набирал силу, становился из скорбно-приглушённого торжествующим и гремящим, — затем мы повергнем весь бренный человеческий мир в прах! В чистую энергию, из которой он однажды был создан! И из этой энергии мир будет воссоздан снова — уже идеальным, в котором у людей не будет и мысли о непокорности…

Дит, стоящий в окружении других Богов Смерти, поморщился.

— Значит, Один и остальные по-прежнему хотят перезапустить Вселенную. Я-то надеялся, что гибель олимпийцев заставит их отказаться об этих планов…

Боги Смерти стояли чуть поодаль — группа негласных отщепенцев среди всех небожителей, владыки разных областей подземного мира.

— Надейся, — поморщился Осирис. — Им плевать на то, что потеряем мы, если мир перезапустится. Они никогда нас ни во что не ставили. Даже моя собственная жена…

Он покосился вперёд, туда, где Исида и Сет стояли плечом к плечу и орали воинственные лозунги, приветствуя план Одина и потрясая в воздухе кулаками.

— Вы разве не расстались? — хмыкнула Морана. — Кажется, я что-то такое слышала… тысячи две или три лет назад…

— Ой, да брось, можно подумать, ты из своего глухого угла следишь за тем, что происходит у нас в Египте, — Осирис закатил глаза. — Две-три тысячи лет? Серьёзно? За это время мы сходились и расходились около десятка раз, наверное…

Дит поглядел на них со сдержанной суровостью.

— Так и будете обсуждать семейные дела? Или, может быть, поговорим о делах?

— Дела? — на него посмотрела Хель. — А у тебя есть что-то посущественней, чем «ой, давайте обсудим, какие остальные нехорошие и как они нас избегают»?

— Они нас не избегают, — покачал головой Дит. — Они нас боятся, просто не хотят в этом признаваться — ни нам, ни друг другу, ни самим себе. Как будто вы сами этого не знаете.

Лица Богов Смерти выражали разное. Кто-то согласно покивал, кто-то с сомнением покачал головой.

Тем не менее, Дит знал, что в глубине души каждый из Богов Смерти знает, что он прав. Более того — каждый из них считает так же.

Их, Богов Смерти, не любили. Уважали. Боялись. Сторонились, но в то же время изображали радость и радушие при встрече с ними. Никогда никуда не звали первыми, если только была такая возможность, но при этом не решались напрямую выгонять их со встреч и гулянок. Смерти боится каждый, а уж бессмертные — особенно. Да что там — даже сами Боги Смерти порой боялись смерти!..

— Их сила — он молитв живых, — продолжил Дит, — а наша — от стенаний покойников. Им нужны молитвы, а мы всё равно заполучим свою жатву, что бы там ни было…

— Кхе-кхе… не совсем, — покачал головой Танатос. — Дальние области царства мёртвых снова бунтуют; мы теряем всё больше контроля…

Глаза Дита вспыхнули таким гневом, что даже остальные Боги Смерти отшатнулись от него, а митингующие по соседству божества с удивлением покосились в их сторону.

— Вот именно!! И меня это не устраивает… Но… у нас всё равно больше власти, чем у них.

Он медленно выдохнул, успокаиваясь; остальные Боги Смерти с опаской глядели на главного и самого могучего из них.

— Молитв от живых больше не становится, — усмехнулся он, вновь глядя на остальных. — Живые плодятся, как кролики, но не хотят возносить молитвы. А наша паства лишь прибывает. И даже непокорная её часть, даже те, кто находится не под нашим контролем — всё равно находится в царстве мёртвых, никуда оттуда не денется…

— Кроме твоего любимчика, конечно, — ехидно усмехнулась Морана.

— Ага. Сизифа, — добавил Гипнос, а стоящий рядом с Осирисом Анубис по-шакальи захихикал.

— О, вы думали уколоть меня упоминанием Сизифа? — тихо рассмеялся Дит. — Напрасно! Сегодня я совсем не злюсь при упоминании о нём… Ну, может быть, лишь немного. Знаете, буквально вчера ко мне в руки попалась душа Данте. Того старого порученца Зевса, которого я для него в своё время выдрессировал. Он… долго орал, рыдал, молил вернуть его на Землю, но, как по мне, этот пижон основательно зажился.

По тесному кружку Богов Смерти прошёл смешок.

— Ну, ну, и?

— И он рассказал мне кое-что, — закончил Дит. — О том, как он умер. А умер он от руки Сизифа. Не то, чтобы это само по себе было для меня неожиданностью, но… он сказал, что Сизиф прикончил его буквально с одного, может быть, двух ударов.

— Данте? — удивилась Морана. — Этого типа? Помнится, Зевс даровал ему такую силу, что простые смертные не представляли для него угрозы.

— Зевс в этот момент уже был мёртв, — заметила Хель.

— Мёртв, но такие силы не выветриваются за час…

Дит кивнул.

— Вот именно. О том же подумал и я. Конечно, Сизиф — тоже не простой смертный. Я думал, они будут наравне. Но, судя по тому, что я узнал, силы Сизифа сейчас… существенно превосходят силы Данте. Как вы думаете, где он заполучил такое могущество?

Боги Смерти неуверенно запожимали плечами.

— Кто его знает… — покачала головой Морана. — В мои края он почти не заглядывал, я знаю о нём только по рассказам других.

— Как-то пару раз пересекались, — тявкнул Анубис. — Очень грубый, самоуверенный тип…

— Пересекались, и вовсе не пару раз, — вздохнул Танатос. — Самоуверенный — это