Обратный отсчет - Токацин

— Что вы тут строите? А, карантинный ангар… Уже готов? Ещё с утра тут ничего не было!

Гедимин кивнул.

— Карантинный ангар? Почему камеры такие тесные? — спросил он, вспоминая карантинные бараки в Ураниум-Сити и просторные стерильные боксы кларкского госпиталя. «Здесь даже сесть негде. Человек, наверное, сядет, но лечь точно не сможет. Для кого это?»

— Так крупных зверей завозить не позволят, — слегка удивился Уриэль. — А для мелких… разве тесно?

Он заглянул внутрь ангара, встретился взглядом с недовольным Иджесом и подался назад.

— Зверей? — повторил Гедимин, озадаченно мигнув. — Зачем тут звери?

Уриэль фыркнул, подавляя смех.

— Теск! Люди держат животных, ты об этом не слышал?

«Не только люди,» — Гедимину вспомнился огромный экзотариум Ассархаддона. «Понятно. Это здание для карантина животных. Раньше их держали с людьми… Или вообще не держали?»

Глядя вслед убегающему Уриэлю, он попытался вспомнить, видел ли он в Кларке животных. В городском парке вроде бы что-то было — по крайней мере, насекомые, но сармату ни разу не довелось на них взглянуть. «Лезет в голову всякий бред,» — сердито сощурился он, восстанавливая в памяти чертёж мини-реактора для «сфалта». «Тут работа закончена. Пойду к Иджесу. Скоро ехать на базу.»

Часть 22

28.02−24.06.26. Луна, кратер Пири, город Кларк — лунный рейд, корабль «Ниийюу»

28 февраля 26 года. Луна, кратер Пири, город Кларк

— Добро пожаловать на борт! — ухмыльнулся Кенен, развернувшись боком к штурвалу и хлопнув ладонью по заднему сидению нового флиппера. «Веспа», привезённая с Земли специально для командира сарматской базы, большую часть времени отстаивалась в камере главного шлюза; Кенен прикрывал её защитным полем, чтобы не поцарапалась, и каждый день выезжал на ней в город. Гедимину сесть в седло разрешили впервые, если не считать неудачного заезда в день покупки, и сармат смотрел на «Веспу» с подозрением, хотя явных неисправностей не видел. «Если бы что, Кенен сразу прибежал бы,» — напомнил он себе, занимая место за спиной командира. «Видимо, ездит.»

— Сиди тихо, Джед, не качайся, — велел Кенен, надевая шлем. Сегодня он ехал в уличном комбинезоне — красно-чёрном, под цвет флиппера, с защитными накладками и встроенным генератором защитного поля. Гедимин, глядя на него, с трудом сдерживал ухмылку.

— Доктор Фокс не одобряет мои поездки, — сказал Кенен, выбирая переулок, куда свернуть с оживлённого западного шоссе. — Он настаивал, чтобы ты показал ему свою руку. Не спорь, если он захочет посмотреть.

… — Отличная регенерация, Гедимин, — Питер выпустил его руку и одобрительно кивнул. — Человек бы так легко не отделался. Не знаю, почему Земля не пользуется вашими наработками, — с такой направленной мутацией нам, врачам, работать было бы не в пример легче.

Гедимин кивнул.

— Давно бы построили нормальный клонарий, — пробормотал он вполголоса и сердито сощурился — Кенен ткнул его кулаком в бок, нечувствительно, но обидно.

— Я слышал, Пит, вам с марта прибавится работы, — сказал он, присаживаясь на диван у кофейного автомата. — В Кларке появятся домашние питомцы…

Фокс поморщился.

— Это не по моей части, — сказал он. — Два раза я объяснял это совету — и, если понадобится, объясню в третий. Не мои проблемы, что в Кларке нет ветеринаров. На Земле их достаточно.

— Кофе? — Кенен, поставив свою чашку на столик, вопросительно посмотрел на Питера. — Совет хочет расширить госпиталь?

— Скорее, потеснить, — отозвался Фокс, придвинув к себе чашку. — Но им придётся искать другое помещение и других специалистов.

По его лицу пробежала брезгливая волна.

— А если учесть, что они планируют завозить животных не только с Земли… Я бы на их месте поискал ветеринара в Миане. Говорят, у Алити богатый опыт изучения фауны и защиты от неё. Мне вот неохота разбираться с неизвестными науке зоонозами.

Кенен усмехнулся.

— Думаешь, карантинная служба прохлопает эпидемию?

— Думаю, не зря вас после контакта с мианийцами полмесяца держали в карантине, — отозвался Питер. — Я бы и земную фауну предельно ограничил. Или клонировал бы в Кларке, если кому-то так нужны живые игрушки. Но у нас больше боятся клонариев, чем вспышки зооноза. Остаётся завидовать вам, искусственнорождённым. Если прижмёт, позовём вас на ликвидацию. С нейтронными пушками, хлором и распылителями щёлочи.

— Мы к твоим услугам, Пит, — широко улыбнулся Кенен. — Ни одна бактерия не ускользнёт.

01 марта 26 года. Луна, кратер Пири, город Кларк

Сигма-излучение всколыхнулось, «приподняв» волнообразный график омикрон-потока, выписало пять плавных изгибов и снова «легло» на плато, — реактор «успокоился». Сбросив управляющие стержни, Гедимин сделал очередную запись об эксперименте и, убрав ежедневник в секретную нишу, надолго задумался. С каждым прогоном пульсация реактора утихала быстрее, и сармат не знал, как к этому относиться.

За его плечом замигал красный светодиод. Гедимин, недовольно щурясь, нехотя повернулся к закрытому люку.

— Чего?

В наушниках послышался смешок.

— Джед, такое впечатление, что у тебя памяти хватает на пять минут. Мы же договорились, что начинаем сегодня. Мы с Айзеком ждём.

Гедимин мигнул.

— Ждёте? Где? — оторопело спросил он и тут же понял, что вопрос предельно глуп — внутреннюю связь реакторного отсека можно было задействовать, только встав в начале секретного туннеля — передатчик в этой паре был именно там, выйти на него снаружи было невозможно, а значит, Кенен сейчас сидел у замаскированного люка. «И Айзека притащил,» — Гедимин сердито сузил глаза и потянулся к открывающему рычагу.

— Входите, оба.

Через пару секунд Кенен, одевшийся в тяжёлый радиозащитный скафандр, уже отодвигал крышку люка. Из-за его плеча осторожно выглядывал Айзек.

— Что бы вы тут ни делали, снаружи об этом ни звука, помнишь? — на ходу инструктировал его Кенен. Айзек опасливо щурился на Гедимина, молча сидящего у щита управления и дожидающегося, когда его люк закроют.

— Давно я не участвовал в ядерных исследованиях, — пробормотал сармат, разглядывая мониторы. — Ага, вот контур охлаждения, вижу… Не пробовал снимать тепло и пускать в дело?

Гедимин качнул головой.

— Его не так много, чтобы возиться. Реактор довольно холодный. Станцию можно обогреть, но не больше.

Он поднялся из кресла, уступая место Айзеку.

— Можешь идти, — сказал он Кенену. Тот хмыкнул.

— И оставить беззащитного Айса наедине с ядерной энергией?

— Эксперимент должен быть чистым, — Гедимин, поморщившись, аккуратно отодвинул сармата к выходу. — Ты