Обратный отсчет - Токацин

Гедимин пожал плечами.

— Да не знаю я, где эта мартышка, — сказал он, недовольно щурясь. — С декабря не видел.

Городской сайт Кларка, в честь праздника украшенный изображениями цветов и птиц, пестрел объявлениями о наборе курсантов для полицейского департамента. Кроме базового курса, было ещё несколько, от управления боевым экзоскелетом до основ ксенобиологии, — департамент расширялся вместе с городом. Гедимин нашёл перечень лучших учеников прошлого выпуска — в самом хвосте списка шёл Уриэль Хадад, всё-таки сдавший основы выживания и не вылетевший ни за дебош в общежитии, ни за общение с «тесками».

— Ты не ходишь на космодром, — качнул головой Иджес, неприязненно глядя на монитор. — А я вот его вижу. Каждый раз стоит у ограды и смотрит. Чего он к тебе привязался⁈

В наушниках раздался кислый смешок.

— Вот и я думаю, парни, — чего к Джеду все привязываются⁈ — вступил в разговор Кенен. — Манеры — как у атомного крейсера, внешность…

«Вернулся,» — жестами сказал Иджес, ткнув пальцем в наушник. «Уезжал в город. Думал, до полудня прокатается.»

«Улицы перекрыты,» — беззвучно ответил Гедимин. «Неудобно кататься. Праздник.»

— Ладно, не будем, — сам себя оборвал Кенен, не дождавшись отклика. — Джед, при всех твоих особенностях ты мне беспредельно дорог. Отряхни скафандр от плутония и готовься к выходу. В городе нас ждут.

«Самки,» — криво ухмыльнулся Иджес, глядя Гедимину в глаза. Тот угрюмо кивнул.

Кенен встретил Гедимина в коридоре. Он был в сером уличном комбинезоне с защитными элементами, под мышкой держал шлем. Гедимин поискал взглядом шляпу, воротник, манжеты или хотя бы кольцо поверх перчатки, ничего не нашёл и удивлённо хмыкнул.

— Держи, — Кенен прилепил ремонтнику на грудь наклейку с двумя птицами на розовом фоне. — Кому праздник, а кому и работа. Мне кое-что привезли с утренним рейсом. Постой рядом при распаковке — боюсь не досчитаться детали-другой…

…Флиппер на сниженной скорости скользил мимо экранов с праздничными заставками, цветочных гирлянд, выползающих из перегороженных переулков, и полицейских постов на въезде в центр города. Кенену не нужно было в центр — он держался западной трассы, никуда не сворачивая, а она упиралась прямо в космодром.

Он свернул за терминалами, небрежно приткнул флиппер у стойки, на ходу накинул замок — всего один, а не три, как обычно — и, поманив за собой Гедимина, пошёл куда-то в лабиринт ангаров. Сармат, отправившись за ним, успел увидеть краем глаза, как жёлтый силуэт у припаркованного поблизости глайдера застыл и развернулся к убегающему командиру ремонтников. «Ури?» — лица Гедимин толком не разглядел, но, если это был не Хадад, значит, Кенен поставил флиппер неправильно, и его передатчик уже пищит от сообщений о свежем штрафе. «Наверное, Ури. Маккензи не станет парковаться как попало. Он экономный.»

В этот раз грузовой контейнер, дожидающийся сарматов в углу ангара, был гораздо больше коробки с инструментами, — четыре на пять метров вместе с удароустойчивой упаковкой. Представители продавца суетились вокруг, вскрывая слои уплотнителя; Кенен стоял, сложив руки на груди, и довольно ухмылялся.

— Смотри, Джед, — кивнул он Гедимину. — Новенький, только с конвейера. «Веспа», австралиец. Они после войны начали линейку в честь спутников Сатурна. Это «Альбиорикс».

Гедимин, удивлённо мигая, смотрел, как из многослойного контейнера появляется флиппер. Он был выкрашен в красный и чёрный, по бортам виднелись схематичные изображения Сатурна и его колец, серебристые на чёрном фоне. «„Веспа“?» — Гедимин копался в памяти, вспоминая, что он слышал о моделях флипперов. Для ремонта их не пригоняли, и сармат давно не интересовался новинками, — а если бы и пригнали, в Кларке ездили на древних агрегатах, много раз переделанных и доработанных до неузнаваемости.

— Что скажешь? — толкнул его в бок Кенен.

Сармат подошёл к флипперу, освобождённому от остатков контейнера, приподнял, посмотрел снизу и с боков и нехотя кивнул.

— Сойдёт.

Продавцы, переглянувшись, нервно захихикали.

— Если Джед сказал «сойдёт», значит, можно не опасаться, — сказал Кенен, положив руку на штурвал. — Но я всё-таки настаиваю на испытаниях.

Он вопросительно посмотрел на ближайшего продавца. Тот, широко улыбнувшись, закивал.

— Аккумулятор полностью заряжен, мистер Маккензи. Можете сделать круг по ангару.

Кенен, не торопясь подниматься в седло, смерил человека задумчивым взглядом. Его пальцы едва заметно дрогнули.

— Я, пожалуй, не буду спешить, — медленно проговорил он. — На таком маленьком пятачке я могу и не развернуться. Было бы неприятно разбиться на ровном месте. Джед, давай ты — для пилота истребителя это простенькая задачка!

Гедимин озадаченно хмыкнул. Прозрачный взгляд Кенена не выражал абсолютно ничего — будто на дне глазниц опустились перегородки, отделяющие глаз от мозга. «Ну ладно…»

Сармат, включив балансирующие «подушки» защитного поля, осторожно сел на место пилота и одобрительно хмыкнул — агрегат то ли изначально делали «под теска», то ли собрали для Кенена специальную модель повышенной прочности. Пуск сработал легко, с одного движения ладонью; флиппер с тихим урчанием развернулся на месте, подчиняясь наклону штурвала.

— Заряжен на десять процентов, — буркнул Гедимин, наконец обнаружив подвох, и качнул штурвал к себе. «Три метра по прямой, потом нале… Has— sulesh!»

Додумывал короткую мысль он уже в полёте — отдельно от флиппера, чей штурвал успел выпустить, к ближайшей стене ангара. Она загудела от удара, отбросив сармата на пол. Тот, извернувшись, тут же вскочил на ноги, развернулся к флипперу, — механизм, заглушив мотор, отъехал на пару метров назад и там остановился, покачиваясь на «подушках». «Хорошая устойчивость,» — отметил про себя Гедимин, потирая ушибленный локоть. «А вот падать я разучился.»

За его плечом раздался пронзительный свист, а следом — недовольные возгласы Кенена и бормотание продавцов. Обернувшись, Гедимин увидел на пороге двоих патрульных в жёлтой пехотной броне. Один из них взялся за считыватель и протянул руку за документами, второй, обойдя флиппер, остановился перед Гедимином. Его смуглое лицо заметно побледнело, зрачки расширились.

— Зачем встал? — спросил он, испуганно глядя на сармата. — Садись тут, у стены. Вызовем медика. Ты ранен, у тебя шок. Садись!

Гедимин мигнул.

— Я не ранен, — сказал он, выпрямляя ушибленный локоть. Пока рука поднывала, но через час всё должно было пройти, — регенерация у сармата была уже не та, но кости остались прочными.

— Мы с Лиз видели, как ты летел, — Уриэль настойчиво толкал его ладонью в грудь, пытаясь усадить у стены. — Рука, небось, сломана…

— Не