Фантастика 2026-79 - Валерия Рашитовна Шаталова

— Ты знаешь, — приговорив сразу весь эль, обратился он ко мне, — а мы ведь с тобой в чём-то похожи. Мы сами мастерим себе слуг, — он выждал драматическую паузу и жёстко закончил, — только вот ты — убийца.

Я пожал плечами. Не оправдываться же? Да, основной материал для моих творений — это мёртвые. Но среди Великих Князей нет невинных.

— И к чему этот упрёк? — прямо спросил я.

Но Гюнтер лишь засмеялся и сменил тему:

— Давай лучше повторим!

Штайгер вновь потребовал тёмный эль. А я не спешил на него нападать сам. Интересно, что ещё он ляпнет? И без разницы, что это фантом.

Я уже убедился, что мозг хочет подсказать мне что-то важное. То, что я сам уже забыл.

Поэтому внимательно прислушивался к моим собеседникам.

Но какое-то время Штайгер просто молча заливал в себя алкоголь. Всегда удивлялся тому, как много влазит в этого мелкого засранца.

Притом, что он не имел такого контроля над своим организмом, как Рихтеры или Вийоны.

Ну бухать любил и умел, как никто другой.

Покончив с очередной партией эля, он смачно отрыгнул и полез обратно в голема.

— Давай за мной, Макс. Поможешь мне провести тесты.

Даже не дождавшись ответа, он прыгнул в ту самую дыру в полу, из которой появился, и там исчез.

Даже грохот от топота трёхметрового тяжёлого голема вскоре перестал быть слышен.

Чёрт. Надо было прикончить его здесь. Но я надеялся получить какую-нибудь подсказку, а этот алкаш только и знает себе, что бухать.

И теперь, похоже, придётся лезть за ним в подземелье. Не думаю, что он скоро вернётся.

Выругавшись, я подошёл к краю разлома и спрыгнул.

Несмотря на темноту, я по звуку от прыжка голема, понимал, что здесь не глубже десяти метров.

Для обычного человека, конечно, и этого достаточно, чтобы переломать себе кости. Но одарённому моего уровня грех было беспокоиться.

Чтобы не тратить время, я побежал в ту сторону, откуда вновь услышал слабые звуки шагов.

И вскоре оказался в огромном, хорошо освещённом подземном зале.

В центре стоял уже знакомый мне голем, внутри которого сидел Гюнтер, а возле стен стояли другие модели.

— Выбирай любую! — радостно предложил мне Штайгер.

Я осмотрелся. Да уж. Большая их часть была рассчитана на таких же карликов, как Гюнтер. Только в одном из големов я теоретически мог поместиться, согнувшись в три погибели.

— Предпочитаю сражаться классическим способом, — ответил я и материализовал в руке теневой клинок.

— Ну… так не интересно, — сразу расстроился Гюнтер, — может, всё-таки опробуешь одного из моих големов?

— Нет, — твёрдо отказался я.

— Тогда держись! — крикнул он, и голем, в котором он сидел, побежал на меня.

Довольно быстро для такой махины.

Но битва с ним не шла ни в какое сравнение с боем против Роланда. После той встряски, уклоняться от голема было проще пареной репы. И даже по крепости, эта игрушка не была равна главе клана Десмонд.

Если бы Гюнтер использовал в бою всю мощь своей магии, то это был бы другой разговор. Но, когда он проводил тесты своих новых големов, то никогда не полагался на что-то ещё, кроме них самих.

Поэтому довольно быстро я разрубил на куски его каменного слугу вместе с ним самим.

И меня снова выбросило в лабиринт.

Я разочарованно вздохнул. Даже самый лёгкий бой был интересней, чем бродить по этим коридорам.

Но мне повезло. И следующая дверь нашлась практически по соседству.

Дверь, за которой было полно людей.

Именно такой стала моя первая реакция. Но, приглядевшись, я понял, что попал в огромный зал, полный восковых фигур.

И я сразу же понял, с кем меня ждёт встреча. Регина Сципион.

Сумасшедшая сука. Самая непредсказуемая из всех Великий Князей. И может быть, даже самая жестокая.

Во всяком случае, я всегда считал, что только настоящая психопатка будет коллекционировать своих жертв таким образом.

Восковые фигуры? Ага. Но воск только сверху. Внутри них — настоящие тела.

Я шёл вперёд, сквозь эти мрачные статуи, но пока не видел их владелицу.

Зато начал замечать… Рихтеров. Мои люди, которых я оставил тысячу лет назад, многие из них почему-то были здесь.

Может, потому, что я никогда не доверял Регине и ожидал от неё ножа в спину в каждый момент, когда мы только виделись.

Представить, что она перебила Рихтеров, пока я отдыхал в склепе, было легче лёгкого.

Крайне неприятно зрелище. Ничего не скажешь.

Но она сумела удивить меня ещё больше, когда в конце коридора из «восковых» Рихтеров я увидел сам себя.

И тут же раздался смех.

— Нравится?

Регина сделала шаг из-за одной из крупных фигур неподалёку. Хотя ей было легко спрятаться где угодно.

Сама она была очень миниатюрной, лишь немного выше карлика Гюнтера. Сантиметров сто пятьдесят, не больше.

В руках она держала тряпичную куклу, очертаниями напоминающую человека, но без всяких отличительный черт.

Да и сама она всегда напоминала куклу, только другую, фарфоровую. Бледная кожа, которая будто бы светилась изнутри, длинные чёрные локоны и огромные голубые глаза с длинными ресницами. Она была похожа на готическую Белоснежку. И даже одежда подчёркивала это.

Она любила длинные пышные платья с оборками, как у маленьких девочек. И всё это вместе придавало ей исключительно невинный вид.

Но те, кто им обманывались, быстро попадали в этот зал в качестве трофея.

— Не надейся, Регина, — усмехнулся я ей в ответ — я ещё не умер.

— Это как посмотреть, — она подошла ближе, и я разглядел целое ожерелье из булавок и иголок у неё на шее, — для мира ты давно мёртв. Как и весь твой клан. Поэтому вы здесь.

— Я думал, это место только для твоих жертв, — заметил я.

— А что? — вскинула она бровь, — сомневаешься, что я справилась сама?

Я отмёл это, якобы, признание, как обычный словесный мусор.

Иллюзии не могли сказать мне правду. Но Регина любила эпатировать публику. Так что такая бравада вполне в её духе.

— Жалких проклятий недостаточно, чтобы победить хорошо обученного некроманта, — спровоцировал её уже я сам.

— Жалких? — она снова расхохоталась и сорвала со своей шеи ожерелье.

Часть булавок просыпались на пол, но она даже не обратила на это внимание.

А вместо этого начала с остервенением втыкать в куклу те, что держала в руках.

Так вот значит, как это чувствуется!

Я едва не согнулся от боли.

Удивительная магия. Несмотря на то, что это испытание, я был уверен, что мой мозг производит его эффект абсолютно правильно. Всё потому, что мне доводилось приводить в