Фантастика 2026-4 - Артемий Скабер

— Понятно, — пропустил слова мимо ушей. — Если не хочешь, то давай я тебя прямо сейчас тут убью, и не нужно будет позориться. Желаешь быть псом, так умри хотя бы как мужчина.

Ледяной тон, безразличный взгляд. Глаза Зафира вспыхнули гневом. Мышцы на шее напряглись, челюсти сжались. Маска безнадёжности треснула, показывая под собой живого человека. Ярость — именно то, что мне было нужно. Она придаёт сил, когда всё остальное потеряно.

— Что я предлагаю? Мехмет сильнее тебя, убивать он сразу не будет. Поиграется, насладится твоей беспомощностью, агонией и только потом, когда ты осознаешь, какой слабак… прикончит тебя.

Каждое слово — как удар хлыста, безжалостно, но точно. Никаких иллюзий, никаких пустых утешений, только суровая правда, которую он знал.

Я наблюдал за его реакцией. Зрачки расширились, дыхание участилось, руки сжались в кулаки, несмотря на боль от кандалов. Гнев постепенно вытеснял страх, решимость приходила на смену отчаянию.

— Я знаю! — ещё сильнее вспыхнул Зафир.

— Поэтому моё решение — это уникальное зелье. Личная разработка нашего рода, очень редкая и мощная штука. У меня единственный экземпляр. Много людей погибло, чтобы достать ингредиенты, а состав делали несколько лет.

Враньё лилось свободно, убедительно, детали придавали правдоподобность. Так я ещё никогда не рекламировал.

Взгляд Зафира изменился: в нём появилась искра интереса, надежды. Он подался вперёд, насколько позволяли цепи, вслушивался в каждое слово. Крючок заброшен, рыбка клюнула.

— Что это? — спросил турок.

Я достал очень маленький пузырёк из внутреннего кармана. Поднял флакон так, чтобы тусклый свет из окошка играл на стекле, создавая впечатление чего-то мистического, драгоценного. Жидкость переливалась, будто живая, гипнотизируя взгляд.

— Твой шанс, — улыбнулся. — Смотри, как он работает. Когда Мехмет будет играться, то приблизится. Потом ты как хочешь, но должен пролить это особенное зелье на него. Хоть в задницу запихивай, но оно обязано попасть на кожу, а лучше в кровь. Через несколько мгновений братишка начнёт качаться и захочет спать.

— Ты дашь его мне? — спросил Зафир.

В голосе недоверие смешивалось с надеждой. Шехзаде хотел верить, но годы дворцовых интриг научили его подозрительности. Правильная реакция. Я бы разочаровался, если бы он слепо поверил.

— Нет, мляха, просто так тут показываю, чтобы подразнить, а потом попрощаться… — покачал головой. — Слушай дальше. Когда его сторонники увидят это изменение, то захотят помешать тебе. Появится лишь несколько мгновений, чтобы его добить. Увидел, что он поплыл, и сразу ему в сердце кинжал или в глаз. Понял?

— Да! — кивнул шехзаде.

Глаза загорелись боевым огнём. Плечи расправились, несмотря на цепи. Он начал верить не только в зелье, но и в себя. Именно этого я и добивался.

— Как я понял, там будут и твои сторонники?

Важный вопрос. Если у Зафира есть союзники среди присутствующих, они могут помочь в критический момент. Создать суматоху, отвлечь внимание.

— Конечно.

Уверенность в голосе радовала. Значит, не все отвернулись. Есть соратники, готовые рискнуть ради него.

— Вот, они должны тебе помочь. У вас же всё официально. Ну, и потом действуй дальше по обстоятельствам. Ещё вопрос: тот ублюдок, который забрал мою жену, будет на этой дуэли?

Так я перешёл к главному — местонахождению дефтердара.

— Хасан Муфид-эфенди ибн Абдулхамид?

— Он самый, — поморщился.

— Конечно, ведь он поддерживает моего брата.

«Отлично», — подумал я и оскалился.

Вот она, моя возможность забрать Зейнаб и кристалл. Остаётся только один весьма скользкий момент: как мне передвигаться по дворцу свободно?

— Так, совсем забыл, — тряхнул головой. — Сущая мелочь. Ты должен принести клятву крови и души, что если взойдёшь на престол, то будешь меня поддерживать, помогать и не нападёшь. С Русской империей у тебя война! Вести её не нужно, но объявить — самое то. Мои земли у вас, мои, — небрежный тон, словно речь о пустяке, о формальности.

— Господин? — уставился на меня Джемал.

Мужик был поражён. В его глазах читалось недоумение, почти возмущение. Он явно не ожидал таких требований к бывшему господину.

— А что ты хотел? — хмыкнул я. — Благотворительностью не занимаюсь. Я ему помогаю, он — мне. При этом ещё и в долг получает.

— Согласен! — тут же ответил Зафир. Скорость решения удивила даже меня.

— Ну вот и ладушки, — улыбнулся я.

Темница, шехзаде закован и на земле. Я стою, и мне приносят клятвы. Полдела сделано, осталось его только на престол усадить — ещё один удар по императору. Пока всё идёт, как и планировалось.

Комната внезапно показалась меньше, теснее. Воздух сгустился от напряжения. История творилась здесь и сейчас — союз, который может изменить баланс сил в регионе. Турецкий шехзаде, связанный клятвой с русским графом, — немыслимо, но реально.

Когда закончили, я отдал бутылёк Зафиру. У нас где-то три-четыре часа до дуэли и там минут пятнадцать.

Как мне узнать точное месторасположение Зейнаб? Задумался. И вдруг вспышка озарения, на лице — улыбка.

— Толик, настало твоё время! — произнёс я и выпустил из пространственного кольца голема.

Карликовый вариант машины убийств. Голем материализовался из пространственного артефакта, окутанный лёгкой дымкой магии. Чуть больше метра ростом, непропорциональный, с длинными руками и короткими ногами, а каменная поверхность покрыта трещинами.

Зафир отшатнулся, насколько позволяли цепи. Глаза его расширились от удивления. Он явно не ожидал увидеть живой камень, даже дышать перестал на мгновение.

Я осмотрел голема критическим взглядом. Маленький, но крепкий. Скорость движений впечатляла — быстрее, чем у его прежней трёхметровой версии. Идеально для разведки в узких коридорах дворца.

Активировал кольцо снова, высвобождая морозного паучка, легко запрыгнул на его спину. Джемал отшатнулся, когда я протянул руку, чтобы затащить на монстра. На лице мужика отразилось отвращение, смешанное со страхом.

— Залезай! — прошипел, не повышая голос.

Взгляд, не терпящий возражений. Рука, протянутая не для помощи, а для приказа. Турок неохотно взобрался на паука, стараясь минимизировать контакт с ледяной поверхностью.

Тяжёлые шаги в коридоре, лязг ключей, скрип петель. Дверь распахнулась, впуская двух стражников. Турки в традиционной форме, с саблями на поясах и пистолетами в кобурах. Один держал масляную лампу, освещая камеру.

Мы замерли, не дыша. Паук прижался к стене, становясь частью камня. Джемал напрягся, готовый активировать свою магию в случае обнаружения. Голем замер в углу, неотличимый от обычного камня в тусклом свете.

Охранники бросили беглый взгляд на Зафира, убедились, что он