Фантастика 2025-197 - Семён Нестеров

Мои люди таскали на прииск мешки и бочонки, предвкушая сытную еду, а Изя Шнеерсон, позабыв о брезгливости, лично обнимал каждый тюк, бормоча что-то о гешефте и промысле Божьем. Но мне было не до праздника. Радость от тактического успеха лишь обострила понимание того, что главный враг все еще цел и невредим.

— Приведите ко мне пленных, — бросил я Мышляеву, кивнув на сбившихся в кучу дрожащих бурлаков.

Допрос был коротким. Эти изможденные, сломленные люди не блюли никакой верности своим погибшим хозяевам. Под моим тяжелым взглядом, помноженным на вид свежих трупов, они наперебой выкладывали все, что знали. И вскоре подтвердилась ключевая деталь: транзитный лагерь, перевалочная база хунхузов, куда они везли провиант, находился на том берегу Амура. В тех самых фанзах, где всего год назад мы с боем отбивали нанайских женщин.

Вечером, когда первый ажиотаж улегся, я собрал свой «военный совет» у вытащенных на берег трофейных джонок. Левицкий, Тит, Сафар и хмурый, как всегда, Софрон стояли рядом, глядя на темную воду.

— Хорошая добыча, — гулко пробасил Тит, похлопывая по туго набитому мешку.

— Мы вырвали у змеи хвост, но голова-то цела. И эта голова скоро приползет сюда за своим добром.

В этот момент Софрон, до этого молчавший и задумчиво ковырявший щепкой просмоленный борт джонки, вдруг поднял голову. В его выцветших глазах блеснул острый, расчетливый огонек.

— А что, если не ждать, пока она приползет? — глухо произнес он. — Что, если самим в гости наведаться?

Все взгляды обратились к нему.

— Они ведь нас там не ждут, — продолжил старый солдат, и его тихий голос звучал в вечерней тишине весомо и жутко. — Они ждут свои лодки с золотом с прииска. Так пусть и дождутся. Только не с золотом, а со свинцом!

Он ткнул мозолистым пальцем в сторону трофейных джонок.

— Мы придем к ним на их же джонках. На весла и на руль посадим твоих тайпинов, Курила. Переоденем их в синие халаты хунхузов и ляжем на дно, под рогожи. Подойдем к самому берегу, как свои. А когда сойдем…

Он не договорил, но последнее слово повисло в воздухе, холодное и острое, как нож. Каждый понимал — потом будет резня.

План всем понравился. На лице Тита расплылась хищная, восхищенная ухмылка. Левицкий, оценив тактическую красоту замысла, коротко кивнул:

— Дерзко. Но сработает. Эффект внезапности будет полным.

Сафар не сказал ни слова. Лишь в глубине его темных глаз вспыхнул и погас холодный огонь. Это был его шанс еще ближе подобраться к Тулишену.

— Ой-Вэй, стоит ли так рисковать? — вдруг запаниковал осторожный Изя. — Придется идти без разведки. Вдруг на том берегу у них целая армия? А лодки не поднимут всех — надо делать два рейса.

Его слова остудили горячие головы, заставив нас задуматься. Действительно, нам придется разделить силы. Пока передовой отряд уже будет сражаться там, на маньчжурском берегу, второй только приготовится к погрузке!

Мнения разделились. Изя и Мышляев предлагали действовать осторожно. Тит и Софрон, настаивая на своем, предлагали «рискануть». Сафар молчал, Левицкий заколебался, посматривая на меня. А я впервые за долгое время не знал, на что решиться.

С одной стороны — да, неплохо было бы все поначалу разведать. Вот только получится ли? Было бы убийственно опасно послать туда русских. Они будут выделяться за версту. Направить китайцев — скажем, из тайпинов Лян Фу, чтобы под видом торговцев или рыбаков осмотрели берег? Можно, вот только наверняка все местные китайцы прекрасно друг друга знают. Берега Амура малонаселены, любой новый человек привлечет внимание. И неважно — белый он или азиат. А посылать людей в пасть тигра я не имел ни малейшего желания.

Надо что-то придумать… Нам нужен какой-то козырь, трюк, способный в один миг переломить дело в нашу пользу. Та-ак… А ведь такой козырь есть!

Глава 19

— Где Кагальницкий? Срочно ко мне!

Пока разыскивали нашего специалиста динамитного дела, я мысленно прикидывал, верно ли все рассчитал. Противник — банда хунхузов на том берегу, которую мы собирались атаковать, — был неизвестной величиной. Сколько их там, в этих фанзах? Полсотни? Сотня? Две? Китай большой, их может быть сколько угодно. Ввязываться в бой с превосходящими силами в их собственном логове было чистым безумием, если не иметь в рукаве козыря. Решающего аргумента, способного уравнять шансы. И этот козырь лежал в отдельных, обитых войлоком ящиках.

Динамит.

Появление инженера Кагальницкого прервало мои размышления. Услышав, что я желаю видеть его, он прибежал безо всякого промедления.

— Леонтий Семенович, каково состояние нашего особого груза? — без предисловий спросил я его, стоило ему подойти. — Главное, что меня сейчас интересует: не выступил ли на шашках нитроглицерин. Вы давно его проверяли? Нет ли следов «потения»?

Сухощавый инженер, казалось, даже несколько обиделся на такой вопрос, поджав свои тонкие губы.

— Владислав Антонович, уверяю вас, продукция фабрики Нобеля высшего качества. Я проводил ревизию неделю назад и не нашел ни малейшего экссудата. Все двадцать два пуда в идеальном состоянии, хранятся по всем правилам, в сухом месте. К ним в наличии имеется четыреста запалов — они в отдельной укупорке. Так что вы можете быть совершенно спокойны.

— Где именно они сейчас?

— Как вы и приказывали, держим отдельно от скопления людей. Пока отнесли на временное хранение в овраг у ручья, подальше от лагеря. Там как раз роют погреб, чтобы складировать все под замок.

Мы направились туда. В уединенном овражке в прохладной тени ровным серым штабелем лежали тяжелые ящики. Тут же ковырялась с заступами пара усталых, замызганных грязью тайпинов.

— Мань-мань дэ да-кай[1],— приказал я, указав им на верхний ящик, и тайпины, видимо, уже предупрежденные, что внутри нечто опасное, с большой осторожностью взялись за ломики.

Когда пара подозванных тайпинов аккуратно вскрыла один из ящиков, внутри в плотных рядах, переложенные войлоком и пучками древесной стружки, лежали цилиндры, похожие на толстые, сальные свечи в промасленной вощеной бумаге. Кагальницкий тем временем ножом вскрыл жестянку с запалами. Закончив с этим, инженер осторожно, почти с благоговением взял одну из динамитных шашек.

— Удивительно мощное взрывчатое вещество вы изобрели, Владислав Антонович, — с уважением произнес он. — Вот тут, на торце, гнезда для запальных патронов. Запалы терочного типа, все, как вы заказывали в Петербурге. Надежно и просто: достаточно чиркнуть по коробку, как спичкой, и бросить. Замедлительный шнур прогорает за пять секунд — затем