"Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 - Александра Шервинская

– Кто такой Шорфар?

– Отец Максимилиана, Лиз и… третьего потенциального наследника трона. Он владыка мира демонов, Эрисхаша.

– За обладание такой информацией можно лишиться головы, – хмыкнул я. – Но я поклялся Оком Тьмы, так что с моей стороны соблюдение тайны гарантировано.

– В ином случае я не открыл бы тебе этот секрет, – пожал плечами Хантер, – Тревор часто бывал здесь, и он мог знать, что три часа в сутки я не могу защищать Лиз, это время необходимо мне для других дел, которые кроме меня никого не касаются. Именно поэтому, я думаю, убийца из Ла-Тредина появился здесь в конкретное время. Он знал, что с двух до пяти утра можно попытаться пробраться через ловушки.

– Не думай больше об этом, – кивнул я, – я буду здесь в те часы, когда ты занят. Не сомневаюсь, что эта попытка не последняя. Но скажи, Хантер, кто третий наследник трона?

– Это тот, кого ты знаешь под именем Каспера Даргеро…

Ну что же, Древнему всё же удалось меня удивить!

Глава 5 (начало)

Каспер

Мы пробирались через усеянную серыми камнями равнину уже несколько часов, стараясь не просто не наступать на большие плоские валуны, а обходить их десятой дорогой. Правда, не всегда получалось это сделать, так как разбросаны они были по земле совершенно бессистемно. За это время несколько камней точно так же оказывались бримбами, но просыпались они, к счастью, медленно, и мы с Минни успевали забраться в какую-нибудь расщелину или просто спрятаться между камнями. Там мы сидели, почти не дыша и не шевелясь, до тех пор, пока паук не наедался и не превращался снова в подобие плоского камня. Я искренне молился Бесшумному о том, чтобы бримбам хватило снующих между камнями мышей и каких-то похожих на мелкий зайцев зверьков, и они не стали бы обшаривать в поисках еды близлежащие окрестности.

То Минни, то я всё чаще посматривали на небо, которое медленно, но неуклонно становилось темнее, превращаясь из светло-голубого в мрачно-сиреневое. Мы оба прекрасно понимали, что провести ночь на этой равнине и уцелеть при этом – задача практически невыполнимая. А обитель хоть и приблизилась, но была по-прежнему достаточно далеко.

Через некоторое время, после почти часового сидения под прикрытием прислонившихся друг к другу двух камней, похожих на покосившиеся башни, мы поняли, что пришло время выбирать место для ночлега. Вариантов было немного: или попробовать отыскать достаточно большую расщелину, в которой можно будет хотя бы сесть, если уж не лечь, или снова ночевать на границе леса и равнины. Но до леса тоже ещё нужно было добраться, так что решение пришлось принимать в спешном порядке.

– Ещё полчаса, и мы уже ничего не увидим, – в очередной раз взглянув в стремительно темнеющее небо, озвучил я очевидный факт, – предлагаю рвануть в сторону леса, пока не поздно, так как ничего напоминающего пещеру или большую расщелину я не вижу. А в темноте наступить на паука – раз плюнуть.

– Ночью в лесу опасно, даже на кромке, – вздохнула Минни, – хотя и тут не слишком надёжно. Ты прав, Каспер, наверное, лес – меньшее из зол в нашем с тобой случае.

– Тогда давай попробуем тремя короткими перебежками, – я прикинул расстояние до темнеющей кромки леса, – серых камней тут, как мне кажется, почти нет, или я просто в сумерках уже не вижу. Ты справишься или тебе нужна помощь?

Последний вопрос вырвался словно сам собой, так как это был совершенно не свойственный мне порыв.

– Спасибо, Каспер, у меня хватит сил, не волнуйся, – мягко улыбнулась Минни, – давай не будем отвлекаться и поспешим. Где заканчивается первый отрезок?

– Видишь вон тот круглый камень и возле него скрюченное дерево?

– Да, – она прищурилась, всматриваясь в сгущающуюся темноту, – бежим?

Мы сорвались с места и, стараясь перепрыгивать или огибать подозрительные серые камни, устремились к первой контрольной точке. К дереву мы примчались практически одновременно, и я в очередной раз поразился тому, в какой прекрасной физической форме находится немолодая, в общем-то, монахиня.

– Кажется, никого не задели, – слегка задыхаясь после бега, проговорила она, опираясь рукой о лишённый коры ствол, – или я просто не заметила?

– Да вроде пронесло, – я прислушался, но не смог уловить уже знакомого шелеста, который издавали бримбы, выпрямляясь. – Хорошо бы нам и дальше так же везло. Вторая точка – вон та плешь, словно от пожара, видишь?

– Уже нет, – покачала головой Минни, – но я помню, где она была, так что понимаю, что ты имеешь в виду. Ну что, побежали?

И мы снова рванули с места, как два участника соревнований на должность императорского гонца, которые регулярно устраивал Максимилиан. Гонец должен был уметь в рекордно короткие сроки преодолевать нужные расстояния, в том числе и бегом, ибо за не вовремя доставленное письмо – из тех, что нельзя отправить магической почтой – можно было поплатиться головой. Но так как жалование императорские скороходы получали более чем приличное, желающих принять участие в соревнованиях всегда было предостаточно.

Не успели мы остановиться на проплешине, поддерживая друг друга, и порадоваться, что и второй этап пройден благополучно, как над равниной пронёсся стон, начавшийся с очень низких нот и постепенно дошедший до визга, от которого заныли даже кости.

– Что это? – севшим голосом спросил я, поморщившись, так как вой произвёл на меня сильное впечатление. Он и так-то был жутковатым, а с учётом нашего не слишком надёжного положения наводил на самые нерадостные мысли. Что-то подсказывало мне, что от существа, заявляющего о своём присутствии таким образом, не стоит ждать ничего хорошего.

– Это снежный червь, – спокойно объяснила Минни, – к его крику со временем привыкаешь и перестаёшь так реагировать. Мы тоже по началу боялись, а потом ничего – притерпелись.

– Слушай, а почему ни ты, ни настоятельница ничего не рассказали мне обо всех этих тварях, когда я был здесь в прошлый раз? – я наконец-то озвучил давно не дававший мне покоя вопрос. – Ведь это началось давно, ты сама говорила.

– А какой в этом был смысл? – в темноте я скорее почувствовал, чем увидел, как она повернулась в мою сторону. – Ты бы не поверил, разве не так? Это слишком сильно расходилось с привычной тебе картиной мира. К тому же матушка знала, что ты вернёшься, следовательно, предвидела то, что ты сам убедишься в том, насколько изменился мир вокруг тебя.

Я промолчал, потому что она была совершенно права: я ни за что не поверил бы тогда историям о якобы нападающих на обитель чудовищах. Я