Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

чем обычно. Или иначе. Как если бы воздух в этом месте был особого состава. — Пауза. — Я объездил когда-то много таких мест. Потом понял, что они расположены не случайно. Что у них есть линии. Как линии у листа если посмотреть на свет.

— Сколько линий?

— Три, которые мне известны в этих горах, — ответил Гэнку. — Они пересекаются.

— Где?

— Глубже. — Он мотнул головой в направлении северной стены долины. — Туда я не ходил. Слишком громко.

— Громко?

Гэнку опустил чашку и посмотрел на свои руки.

— Как когда стоишь рядом с большим колоколом который звонит. Ты не слышишь ушами. Ты чувствуешь телом. — Он поднял взгляд. — Я пробовал один раз. Примерно в двух часах пути отсюда в горах. Вернулся через час, не дойдя. Голова болела два дня.

Хм…это совпадало с тем что знал о серьёзных пространственных аномалиях, когда сама ткань пространства нестабильна достаточно сильно, она воздействует на биологию через вибрацию которые тело не умеет фильтровать. У шиноби это проявлялось как дезориентация и головная боль, у обычных людей сильнее и дольше.

— На свитке, — указал пальцем, — написано что-то кроме схемы. Язык. Вы его знаете?

— Нет. — Гэнку снова взял свиток и посмотрел на поля. — Я видел несколько похожих знаков в старых текстах из нашей библиотеки которая сгорела много лет назад, к сожалению. — Он протянул свиток обратно вздохнув. — Это старый язык. Очень старый.

— Старше чем деревни шиноби?

— Старше чем Элементарные Страны. — Гэнку слабо усмехнулся. — А я знаю, что это старше чем большинство.

Спрятал свиток обратно отпив чай, он уже немного остыл, но был хорошим, с лёгкой горечью которая не мешала. Старик напротив молчал, не заполняя паузу, просто существовал рядом с очагом и ждал если нужно. Подумав немного покачал головой, ладно, а кто же…

— Кто приносит вам провизию?

— Один торговец из предгорий. Раз в год. — Гэнку повернул свой взгляд обратно на огонь. — Он давно умер. Теперь его сын. Мальчику нравятся горы.

— А если не придёт?

— Тогда не придёт, — ответил старик просто. — У меня есть огород с южной стороны, за главным зданием. И лес внизу полон того что нужно, если знаешь где смотреть. Я не умру от голода.

***

Выйдя потом во двор обошёл храмовый комплекс полностью, теперь уже пешком и внимательно. То что увидел снаружи, выглядело совсем иначе при близком рассмотрении.

Западное строение, то которое соединялось с основным крытым переходом, было когда-то библиотекой или хранилищем текстов. Это читалось по конструкции стен, в них были специальные ниши, расположенные на определённой высоте, правильного размера для свитков. Сейчас ниши были пустыми, только в паре мест остались деревянные держатели, почерневшие, без свитков. Пол здесь был выложен тщательнее чем в остальных строениях, и несмотря на заброшенность камни держали швы, что говорило о хорошем растворе и руках мастера.

Само главное здание было когда-то молитвенным залом. Высота потолка там была выше, и под балками до сих пор оставался старый крюк для светильника, кованый, с несложным узором. Алтарной перегородки не было, только неглубокая ниша в северной стене. Что там стояло исчезло давно.

Хозяйственные пристройки интересовали меньше, но и там было интересное. В одной из них обнаружил следы небольшого горна, давно нерабочего. Кто-то из прежних жителей занимался не только молитвой, это было понятно и раньше по инструментам у поленницы.

Самым интересным оказался южный двор за главным зданием. Огород Гэнку был именно там, небольшой, аккуратно огороженный камнями. Сейчас поздняя осень и там было немного, несколько кустов ещё держали листву. Но сама планировка говорила о знании, который вид на юг, который уклон для воды, как расположены высокие камни для защиты от северного ветра. Человек, который разбивал этот огород знал, что делает.

Но рядом с огородом было кое-что ещё. Камень. Обычный плоский камень размером примерно метр на полметра, вросший в землю у восточного края. Мох покрывал его края, но центр был чист, с аккуратно выбитым узором. Это…не печать, но и не декоративный элемент. Что-то среднее между компасом и картой, и только взглянув на него через рабочее зрение, остановился.

В камне была структура. Слабая, почти на нуле, но реальная. Кто-то вложил в этот рисунок чакру или что-то похожее, много лет назад, и что-то от этого вложения осталось. Не активное, просто остаточное, как запах от сгоревшей свечи. Но достаточное чтобы видеть, что узор не декоративный, что у него есть направление. Три линии, выбитые в камне, сходились в одной точке, которая была смещена от центра к северу.

Центр пересечения трёх аномальных линий?

Старик делал там огород у этого камня сорок лет и, по всей видимости, просто смотрел на него как на часть ландшафта. Или знал что-то. Или не нуждался в объяснении потому что для него объяснение было другим по природе.

Запомнил направление. Точное насколько можно было прочитать из структуры остаточной энергии в камне. Потом развернулся и пошёл обратно в основное здание.

***

Гэнку сидел там же, с новой чашкой чая. Сел напротив, и старик даже не спросил где я ходил.

— Камень у огорода, — пальцем указал в ту сторону. — Откуда он?

— Был здесь когда я пришёл, — ответил Гэнку. — Первые братья говорили, что его нашли в горах и принесли ниже. Потому что без него что-то шло не так с огородом.

— Что именно?

— Урожай плохой был. — Старик пожал плечами. — Может совпадение. Может нет. Принесли камень, стало лучше. Так объясняли…

— А рисунок на нём?

— Старый. Кто нарисовал, неизвестно. Камень уже таким был когда его нашли.

Помолчал, думая что спросить следом.

— Три линии на рисунке. Они указывают место в горах.

Гэнку посмотрел на меня с тем выражением которое появляется у людей, которые знают ответ на вопрос, но не торопятся его давать.

— Это и есть то место которое я называл громким, — произнёс он наконец. — Да.

— Вы знали, что камень это карта?

— Подозревал. — Старик отпил. — Но зачем мне была