Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

двадцать пять лет назад в эти горы с вопросами о пространственных аномалиях. Он что-то сделал в той точке, или что-то попытался сделать, или просто присутствовал там в нужное время. Что именно произошло, неизвестно. Но аномалия после этого усилилась.

Интересно.

***

Ближе к ночи, когда огонь в очаге осел до углей и Гэнку уже почти не двигался на своей скамье с закрытыми глазами, я провёл проверку.

Сел у стены, закрыл глаза и выравнивая дыхание. Достал конструкцию Шести Глаз из того фонового режима в котором она всегда находилась, и начал потихоньку её форсировать.

Первые секунды. Пятнадцать, тридцать. Нормально, без напряжения. Сорок. Лёгкий фон за правым глазом, уже знакомый.

Шестьдесят. Дискомфорт появился, как обычно, в правом канале чуть выше глазницы. Остановился и прощупал это место изнутри. Там уже было что-то. Четыре тонких слоя фуин-структуры, осторожно выстроенных за последние две с половиной недели по одному. Буфер. Неполный, но уже рабочий на уровне сглаживания первой трети нагрузки.

Семьдесят. Дискомфорт усилился, но позже чем раньше. Раньше он приходил на шестидесяти, сейчас запаздывал, и эта разница была маленькой но реальной. Три секунды по субъективному ощущению, может больше. Буфер работал…

Восемьдесят. Продолжал. Правый канал нагревался, тепло стало заметным, не болезненным, но чётким. Больше нельзя. Восемьдесят пять, и я отключил конструкцию. Потёр правый висок тыльной стороной руки, тепло уходило медленнее чем раньше, но уходило. Посидел так с минуту.

Восемьдесят пять секунд. Это было на двенадцать больше чем в самый лучший день до этого. И дискомфорт запаздывал. Буфер делал своё дело, ещё немного и разница между тем что было и тем что будет станет существенной.

Открыл глаза. В комнате было тихо, только угли потрескивали в очаге. Гэнку дышал ровно, спал уже. Я откинулся к стене и смотрел в потолок.

Завтра нужно было идти в горы. Северо-восток, два часа по словам Гэнку, туда где было слишком громко для обычного человека. Там пересечение трёх линий, там то место которое усилилось двадцать лет назад по неизвестной причине.

Там либо ответ, либо ещё одно направление. Одно из двух. Но промежуточных вариантов больше не будет, слишком долго двигался в обход, время двигаться прямо.

***

Утром Гэнку уже был на ногах когда я встал. Двор за воротами ещё был в тени, солнце только начинало заходить в долину с востока. Старик что-то делал горячее у очага, чашка дымилась.

Я оделся, проверив снаряжение. Кунаи на месте, свиток на месте, оружия с собой немного, только то что было всегда. Сборы заняли две минуты.

— Завтрак, — сказал Гэнку, не спрашивая, просто поставив рядом небольшую миску с остатками вчерашнего риса.

Ел стоя, быстро, Гэнку сидел рядом со своей чашкой и молчал. Когда закончил, поставил миску.

— Спасибо за всё. И за ночлег тоже.

— Место было, — ответил Гэнку. — Незачем благодарить.

Я надел куртку и вышел в дверной проём, остановившись на пороге. Долина уже наполнялась утренним светом, трава у ограды блестела от ночной влаги. Направление на северо-восток запомнил хорошо, выход из долины был за северной скальной стеной, там виднелась узкая расщелина которую вчера не заметил с воздуха но которую чувствовал сенсорикой.

— Гэнку, — произнёс, не оборачиваясь.

— Да.

— Тот странник что приходил двадцать пять лет назад. Он что-нибудь сказал перед тем как ушёл?

Пауза была долгой. Потом старик ответил:

— Сказал что горы здесь молчаливее чем выглядят. — Пауза. — Я не понял тогда что он имел в виду.

— Сейчас понимаете?

— Немного, — произнёс Гэнку. — Вы похожи на него. Не лицом. Чем-то другим.

Я обернулся. Старик сидел у очага и смотрел на меня с тем ровным взглядом, который уже научился читать правильно за одну ночь. Не оценивал и не сравнивал, просто отмечал факт.

— Это редко? — спросил подняв бровь.

— Очень, — ответил Гэнку. — Поэтому и заметно.

— Что именно редко?

Старик немного помолчал.

— Люди ищут многое, — произнёс он наконец. — Большинство ищут потому что боятся не найти. Это видно. — Он опустил взгляд на свои руки. — Некоторые ищут потому что хотят найти. Это другое. Редкость.

Я посмотрел на него секунду, потом кивнул и вышел за порог.

Двор был прохладным, утренним, с запахом горного воздуха и дыма от очага. У поленницы стоял инструмент, мотыга и черпак. Камень у ворот нёс свежий иней на северной грани. Прошёл через ворота и пошёл к расщелине в северной скале.

За спиной скрипнул пол под ногами Гэнку, старик подошёл к двери. Я не оглянулся, но услышал.

— Вы ищете дорогу, — произнёс старик не задавая вопроса.

— Да.

— Дороги не существует, — сказал Гэнку, — пока её не прошли.

Я всё шёл. Расщелина была в семидесяти метрах, и дошёл до неё, прежде чем фраза старика успела осесть в голове как что-то большее чем слова.

Остановился у входа в расщелину. Горы с двух сторон, серый камень, утренний свет который ещё не добрался до дна. Впереди темнота щели, которая через несколько минут пути выведет на следующий уровень хребта.

Дороги не существует пока её не прошли?

Повернул это в голове раз, другой. Искал противоречие, потому что в таких фразах обычно что-то не сходится если смотреть внимательнее. Не нашёл. Потом подумал что это просто то что говорят когда хотят сказать что-то умное, что такие вещи произносят монахи в горах потому что у них много времени думать о словах.

Потом подумал, что он может быть прав. Разница между этими двумя мыслями была небольшой. Шагнул в расщелину.

Камень сомкнулся с обеих сторон, ветер утих, стало прохладнее и тише. Шаги стали другими по звуку. Где-то впереди, за тёмным изгибом скалы, ждало место, о котором Гэнку говорил что там слишком громко. Место где три линии сходились в одну точку. Место, которое усилилось двадцать лет назад по причине, которую ещё предстояло понять.

Я шёл вперёд, и за мной не было больше ничего кроме узкой полосы утреннего неба над головой, которая постепенно сужалась по мере того как скалы смыкались, пока не превратилась в тонкую светлую нить между