Фантастика 2026-130 - Ал Коруд

Пернатый в негодовании зашелестел перьями:

– Ты за кого меня принимаешь? Магические животные не читают на языке людей. Делать нам больше нечего.

Я вздохнула. Мой спутник еще и безграмотный. Опять все надо делать самой.

В другое время я бы без проблем прочла надпись. Благо уже выяснилось, что местный язык я понимаю не только на слух, но и в письменном виде. Но проклятая боль в затылке… Она как будто охраняла тайну каменной девы, мешая мне приблизиться к разгадке.

Но сдаваться не в характере сестер Шестовых. Открыв глаза, я шагнула к портрету. Всего шаг, но каким трудом он мне дался! Я словно переступила яму с ядовитыми змеями, и каждая ужалила меня, впрыснув яд в кровь.

Чтобы не упасть, я уперлась ладонями прямо в портрет. Наклонила голову ближе к надписи и сощурилась. Зрение фокусировалось с трудом.

В конце концов, ценой невероятных усилий мне удалось прочесть:

– Эт… лина, дочь Лам… бе… рта, прин… цесса Севера, – выдохнула я и осела на пол перед портретом.

Силы остались только на то, чтобы на четвереньках выползти из картинной галереи. К счастью, портрет Этлины был последним. Чем дальше я от него отдалялась, тем лучше себя чувствовала. Метров через двадцать я смогла подняться на ноги. Снова боль прошла, не оставив и следа.

– Порядок? – поинтересовался Амфи.

Я кивнула и спросила:

– Как думаешь, Этлина и есть каменная дева?

– Или ее родственница. Уж очень они похожи.

– Получается, я разбила не статую, а живого человека, обращенного в камень? – сглотнула я ком в горле.

Одно дело испортить произведение искусства, совсем другое – лишить кого-то жизни. Вдруг несчастная девушка неосторожно примеряла корону, превращающую в камень, и стала вот такой. А я ее – бах! – и на осколки. Нехорошо вышло…

– Ты же не нарочно, – подбодрил Амфи.

– Это да, но вряд ли ей от этого легче, – вздохнула я.

Амфи покрутил головой, ища, чем бы меня отвлечь от самобичевания. И, что интересно, нашел. То единственное, что могло меня заинтересовать.

– Выход! – крикнул пернатый, распушив перья.

Я глянула в указанном им направлении, и в самом деле увидела дверь. Высокую, двойную, обитую железом. Такая может вести только на улицу.

– Идем, – я подобрала юбку повыше и поторопилась к двери.

Сейчас проверим ее на прочность.

Дверь манила меня обещанием свободы, и я потеряла бдительность. Шла к ней, не глядя по сторонам, ни о чем не думая. Я походила на Рокфора из мультфильма «Чип и Дейл», увидевшего сыр. Полная прострация. Вижу цель – не вижу препятствий.

А они между тем были. И еще какие! Но я поняла это слишком поздно. В тот момент, когда чуть ли не лбом натолкнулась на это самое препятствие.

Бубух! Бабах! – раздалось громогласное, когда я была всего в паре метров от выхода. Я даже не сразу поняла, что это шаги. Казалось, кто-то вбивает бетонные сваи в пол. Но нет, это просто глиняный истукан переставлял ноги.

Он вышел из темного угла рядом с дверью. Встал между мной и выходом – не обойти. Огромный, как скала, широкоплечий, квадратноголовый… некто.

Я резко затормозила в последний момент, но сапоги все равно проехались по отполированному каменному полу. В результате я стукнулась лбом в солнечное сплетение истукана. Ровно туда я ему доставала, а где-то там выше были его плечи и голова, огромная как арбуз.

– Ох, – я потерла лоб, отступила на шаг и запрокинула голову, чтобы заглянуть в лицо препятствию. – Ого! – вырвалось у меня. То ли от шока, то ли от удара я начала говорить междометиями.

– Гы, – поддержал меня Амфи.

– Аргх! – ответил истукан. Видимо, пугая.

Вот и поговорили. Ничего не скажешь, содержательная вышла беседа.

Я отошла еще на несколько шагов назад. Амфи попятился вместе со мной. Мы оба решили, что от такой махины разумнее держаться подальше. Вдруг оно агрессивное?

Передо мной было нечто человекоподобное – туловище, две ноги, две руки и даже голова с лицом. Вот только существо было не из плоти и крови, а из какого-то странного материала.

Я пригляделась. Это что, глина? Существо было слеплено из нее, как детская поделка. Я натолкнулась на очередную нечисть, о которой Тьер почему-то забыл упомянуть.

Плохая новость была в том, что оно охраняло выход. Прямо сейчас истукан загораживал мне проход к двери. Не обойти его, не объехать.

– Пусти! – потребовала я. – Мне срочно надо на свежий воздух. У меня уже клаустрофобия началась в этом вашем замке.

– Выхода! Нет! – рявкнул истукан.

У меня аж волосы назад отлетели от порыва ветра. Вот это объем легких у него.

Но была и хорошая новость – существо не нападало. Видимо, пока я не делаю попыток выйти, оно меня не тронет. Но если я только попробую… Я шагнула вперед и вправо. Увы, попытка обогнуть истукана не удалась. Он повторил мой маневр.

Тогда я резко дернулась влево, рассчитывая на неповоротливость истукана. Я планировала оббежать его и выскочить на улицу, но не тут-то было.

Бах! – истукан прыгнул вбок и снова оказался на моем пути. Широко расставив руки, он повторил:

– Выхода! Нет!

Похоже, это единственные слова, которые он знает.

– Кто ты такой?.. – пробормотала я.

– Голем, – ответил Амфи. – Существо из глины, напитанное магией.

Я поблагодарила Амфи кивком за урок местного естествознания. Еще один монстр в мою копилку.

Где же твое слабое место, голем? К этому моменту стало очевидно, что хитростью истукана не обогнуть. Силой с ним тоже не справиться. Я еще не выжила из ума, чтобы драться с огромной глиняной тушей. У него кулак размером с мою голову. Ударит, мало не покажется.

Если хочу выйти на улицу, нужен другой план. С остальной нечистью я же как-то справилась.

Я осмотрелась. Еще только оказавшись в холле, обратила внимание как здесь темно. Причем окно есть – целых два по бокам от двери, высокие, чуть ли не до потолка, но оба завешены плотными, не пропускающими свет шторами. С чего вдруг? В других частях замка я не замечала подобной светобоязни.

Я перевела взгляд на голема. А не в нем ли причина? Глина – довольно хрупкий материал. Например, она не любит солнечный свет. На свету она сохнет и трескается.

Голем выглядел влажным, как если бы его опрыскали водой. Я пощупала свой лоб. Так и есть, на коже остался мокрый след.

– Пришло время для солнечной ванны, – усмехнулась я. – Кому-то не помешает подзагореть.

С этими словами я устремилась к ближайшему окну. Голем не пытался