Фантастика 2026-57 - Марина и Сергей Дяченко

Галвина, который в одночасье вернулся для новоявленных аборигенов в ранг абсолютного кумира, немедленно выдвинули на должность правителя городка, но гном наотрез отказался. Шакнар тогда еще подумал, что его друг мудреет прямо на глазах. Уж больно хлопотная предстояла работенка на этом посту. Управлять вольницей из бывших солдат – дело нелегкое, вдумчивое и требует большого рассудка и увесистого кулака. А у Галвина натура легкая, сердце доброе. Ну, не создан он для такой обузной должности.

На расстоянии корабли чем-то смахивали на водомерок. Целый рой насекомых разного возраста и габаритов за каким-то делом сначала облепил берег, а теперь спешно сматывался.

– Целое поколение лишилось работы, – промолвил Шакнар. – Ханчи, вот ты на мой взгляд – пройдоха крупный…

– До Пройдохи Крупного мне еще расти и расти, – перебил товарища гоблин. – Так у нас называют вождя вождей, которого избирают в исключительных случаях. Не скажу, что на эту синекуру полно желающих. По статистике Пройдоху Крупного валят в среднем в трех случаях из пяти. Причины разные, но цифры не врут. Поганый бизнес, я бы ни за что не вписался.

– Да плевать мне на вашу иерархию. Прохиндеи, блатмейстеры, теперь еще Пройдоха… Выругаться невозможно, чтобы не назвать кого-то по титулу. Я о другом хочу тебе спросить. Система Громмарда всех повязала по рукам и ногам. Так? Или не так? Ты у нас башковитый парень, все варианты в два счета вычисляешь. Скажи, будут еще сюрпризы из-за моря?

Ханчи с горестным видом рассматривал криво обломанный коготь на одном из пальцев. Потом вздохнул, вынул из кармана небольшой косметический несессер и принялся терпеливо наводить утраченную красоту конечностей. Орк терпеливо ждал ответа. Он знал, что на приятеля периодически накатывало преувеличенное осознание собственной важности. Наконец, гоблин стряхнул с колен обрезки ногтей, лихо опрокинул бокал с вином и заявил в ответ:

– С юридической точки зрения система Громмарда – полное решето. В ней изъянов и уловок можно найти еще на пару крупных войн и десяток конфликтов полокальнее. Но это, если рассуждать, как делец или стряпчий. А у них, господ с положением, бо-о-ольшие проблемы с рассуждалками. Кровь кому пустить – это легко, это вопросов нету. А с осознанием ситуации в целом – беда. Гнева будет много, обидок и претензий образуется профицит, но догадки и понимания недостанет. В таком раскладе неизбежно одно, – Ханчи с победоносным видом замолчал, чем-таки вынудил Шакнара задать вопрос:

– Да говори уже, не томи.

– Будут скарабеи в корзине.

– Чего?!

– Скарабеи. В корзине. Шакнар, неужто ты в детстве не запирал в корзине десяток скарабеев? И не наблюдал, как они рвут друг друга?

– Ну и нравы у ваших деток…

– Не хуже, чем у остальных. Короче, ты меня понял. Но беда, она глубже, Шакнар. Система Громмарда всего лишь преграда. Защита, но не лечение.

– Что ты имеешь в виду?

– Вот, допустим – муравейник, где обитают злые и хищные муравьи. Они лазают по окрестностям, разоряют все подряд. Ты поставил им преграду на пути. Почти непроходимую. Что будет дальше? Либо муравьи сдохнут, либо постепенно придумают, как твою преграду обойти. Так с Шенком и Лигой. Нужно разнести эти поганые курганы войны на части. Только так ты устранишь угрозу. Плотина лишь отсрочит беду на время. Ничего еще не кончено, Шакнар.

Ханчи увидел, как вытянулось от огорчения лицо друга, и со смехом расплескал по бокалам вино из почти опорожненной бутыли:

– Хватит нюнить, отставной вояка! Да, течение жизни не остановить, как одной даже очень глобальной системой не переписать законы, что тысячелетиями управляли сознанием многих народов. Но давай поднимем наши кубки за то, чтобы в то время, когда над Таашуром вновь загремят военные марши, мы уже с тобой обрели свои уютные места на кладбище. Слышишь, «Жизнь в сапогах»?

– Никогда не пил за собственную смерть с таким удовольствием, – засмеялся Шакнар. – А скажи-ка, паршивец эдакий… Я надеюсь, паршивцем у гоблинов никого не титулуют? Вот и славно! Поведай лучше мне, куда ты скупил дикое количество лигийского металлолома? Речь идет, само собой о пушках, глиссерах и прочем военном железе. И на какие шиши? Откуда, Ханчи, у тебя деньги, вернее их такое несметное количество?

Гоблин даже зажмурился от воспоминания об удачно проведенной сделке. Но строгий взгляд Шакнара требовал ответа.

– Ну, что ты пристал к деловому человеку? Термины «разоружение» и «конверсия» тебе ничего не говорят? Эх, а еще мнит себя военным специалистом! Качественное литье пригодится в народном хозяйстве Фаркрайна, можешь не сомневаться. А насчет средств, так на это существует еще один термин – «инвестиция» называется. Вокруг сплошь и рядом полно людей, готовых финансировать выгодные операции за часть прибыли. Я постоянно ищу новые проекты и привлекаю лиц, которые входят в них с деньгами на заранее обговоренных долевых условиях. Понятно?

Шакнар недоверчиво покрутил головой, но ничего не сказал. Он понимал, что легче убедить мышь побриться, чем выманить у гоблина один из его коммерческих секретов.

Вот еще один дредноут Шенка вышел в открытое море. Орк вышиб пробку из новой бутылки и налил обоим до краев.

– Еще одно мне не дает покоя, Ханчи, – прихлебывая вино, заявил он. – Кто-то все-таки должен был пронести на корабли Шенка эльфийские разрушающие артефакты. И этот предатель, он остался безнаказанным. Наверное, затаился гад, радуется, что вышел сухим из воды!

– И вовсе я не радуюсь и не прыгаю от счастья. Не получилось… хм… подумаешь! Не каждый деловой расчет заканчивается прибылью.

Шакнар медленно повернулся к соратнику:

– Что-то я тебя не понял…

– Что тут непонятного? Я собирался взорвать часть шенковских кораблей. Нет, ты не думай – я суда под нежитью заминировал бы, темными эльфами. Ну, может, еще пару бомб подложил бы троллям.

– Ханчи! Как же так?! Ты же против своих действовал? Ты же всех нас предавал!

– Кого это нас? – ядовито переспросил гоблин. – Троллям и прочей поганой знати была нужна война, ресурсы. А нашему, гоблинскому народу своей головы хватало, чтобы успешно дела вести. Ты меня хочешь убедить в том, что я должен был предать свою расу во имя интересов этой швали, которой все досталось по праву рождения? Хреновый ты переговорщик, «Жизнь в сапогах», вот что я тебе скажу!

– Все равно не понимаю… Зачем?!

– Странный ты, Шакнар. А если бы победила Лига? Нам как-то пришлось бы с ней договариваться. И те вельможи, и эти за бойню и кровь. А наши интересы – они посередине. Мы, гоблины – всегда за свободную торговлю. Теперь понял?

– С тобой не