Фантастика 2026-134 - Мария Заболотская

- Меч отложи, и лопни веревку, - приказал наставник, и пошел себе по своим делам.

Шкура снял перевязь, и встав перед брусом, уныло посмотрел на него. Он понятия не имел, как это сделать, да еще и без меча. Но... "лишь тот силен, кто границ не замечает, видя лишь беспредельность". Расширив сознание, парень все же смог понять, что именно от него требуется, и начал тренировку.

- Гляди, Чуб, Шкура опять чудит.

- И опять ему за это нихрена не будет. - Буркнул завистливо Чуб. Парень вырос в молодого воина с завидным костяком греко-римского борца, да и мордаху имеет смазливую. Местные крестьянки, которых, на самом деле, хватало в долине, заглядывались на ладного ведьмака, чем он с удовольствием уже год как пользовался, за что неоднократно бывал наказан. Не за сам факт "грехопадения", конечно, а за то, что сбегал в самоволку на всю ночь. Наставники - отличные следопыты.

- Завидно? - Хмыкнул Хромой. Высокий, мощный, словно со Скеллиге, он смотрел сверху вниз почти на всех обитателей замка, однако, лучшим в учении не был, где-то серединка на половинку. Единственное, чем он выделялся, это чрезмерной живучестью, словно один из его родителей из Махакама, что вряд ли, учитывая его рост.

- Есть такое. Всех гоняют, а...

- А его гоняют еще больше, просто тебе зависть глаза застит. Все имеет свою цену, и благоволение Наставников выходит ему каторжным ежедневным трудом. Ты бы хоть немного оценил, чем твой сосед живет и дышит, - покачал головой сын кузнеца.

- Ну и ладно. Зато можно сколько угодно по бабам шляться, никто слова не скажет, - хмыкнул Чуб.

- Ты хоть один раз можешь вспомнить, чтобы Шкура с кем-то шлялся?

- А... э... нет, вроде как. Мы бы знали, - покачал головой Чуб.

- Вот и я о том же. Ему некогда, буквально.

- Нее, так не интересно. Зачем свобода, если от нее никаких преференций не выходит?

- Вот именно поэтому у него она и есть, что не для развлечения дана и используется только по делу.

- Глупость какая-то. - Чуб фыркнул, посмотрел на стучащего кулаками по доске приятеля, как на сельского дурачка, и пошел себе своей дорогой. Его ждала любезная Жаклин, пастушка и доярка замка. Всем своим шикарным пышным телом ждала. А наказание Наставников он уж как-нибудь переживет.

Хромой так же глянул на Шкуру, и пошел за Чубом. Не к Жаклин, конечно, у него своя зазноба имеется...

Шкура стал наносить удары по веревке, благо, что она довольно толстая, и пытался буквально взрывать проведенную внутрь нее энергию. Когда получилось, туго натянутая веревка лопнула. На отработку этого умения ушел почти месяц, но парень понял, что именно имелось ввиду автором книги, говоря, что нужно взрослое тело для изучения проникающего удара. Чем больше объем мышц, тем больше энергии они могут выдать, и тем сильней проникающий удар. Ему приходится сражаться с тварями шести метров в холке и даже выше. Так что, требуется не просто сила, а настоящая мощь, которую мутировавшее тело дарит с лихвой. Взрослое тело мутанта-ведьмака. И если даже без оружия с его взрывной энергией он может творить такое, то что сможет с быстрым и тяжелым мечом?.. На этот вопрос он желал найти ответ, но не спешил.

Шкура перешел от разрывания веревок к доскам. Ему не хватало привычки и концентрации, чтобы лопать дерево, но со временем и практикой, это вполне стало получаться. В итоге, он навострился распускать доски повдоль на тонкие лучины одним ударом выставленной костяшки среднего пальца. Так оказалось удобней концентрировать энергию. Через пару месяцев, он умудрился "отрезать" кусок доски поперек, добавив к выплеску силы свойство "остроты". С мечом так сможет любой опытный ведьмак или Мастер Меча, но без него, крайне сомнительно. Шкуре помогло то, что во время выполнения первого упражнения, он постоянно проникал в меч своим сознанием, и "прихватил" некоторое понимание его "свойств".

Отработав на дереве все, что мог, он спустился в старый раскоп, и стал бить по тупиковой стене. Кулаками. Затарившись перевязочными материалами и мазями, он буквально до крови молотил по камню, пока через несколько месяцев, камень не стал медленно осыпаться. К концу предпоследнего года обучения, камень под его ударом взорвался изнутри, и отвалился от стены изрядным куском. Внутренним взрывом его буквально выбило со своего места.

- Без меча... Без меча... - Он все шептал это, повторяя одно и то же, чувствуя что с "той стороны", из-за "дверцы", скрытой где-то в самой глубине его естества, наружу рвется что-то, пока: - Самурай без меча подобен самураю с мечом, только без меча. Оружие не меч. Я сам - оружие. Ну конечно! Я не оружие, я баран тупоголовый! - Воскликнул он, и приложился лбом к прохладному камню. Постоял так некоторое время, и подхватил одежку, ведь занимался в одних портках. Сначала нужно помыться в реке, и только потом одеваться. Выходя из пещеры, он вдруг присел, и в рывке выскочил из пещеры, будто взлетая гордой птицей. За его спиной, с правой стороны тоннеля осыпался камень, словно по нему мечом саданули, оставляя глубокий шрам на долгие века. А ведь молодой ведьмак просто провел по камню стены двумя пальцами, выпрыгивая из пещеры. Даже удара не наносил.

Вот о чем писалось в той книге по проникающим ударам. "Однажды ты поймешь...". Ну, теперь Шкура понял, и это понимание подняло его боевую мощь на новый уровень. Он спустился к реке, вымылся, оттирая кожу от каменной пыли песком, и оделся. По факту, он только что стал мастером меча по старой классификации, но он даже не пробовал все эти способности с мечом. Придется немало потрудиться, прежде чем они станут естественными с оружием в руках.

Стоит, пожалуй, отметить, что Симеон был в натуральном шоке от подобных успехов. Позволив ученику взять в руки меч, он оказался ошеломлен не столько силой его умений, сколько глубиной понимания и контроля энергии. Время от времени Симеона заменяли другие ведьмаки - приехавшие на зимовку становились в очередь, чтобы отточить клинок молодого ведьмака, и научить чему-то новому в игре со смертью. К концу последнего года обучения, Шкура им не уступал ни в скорости, ни в силе, и уж точно не в мастерстве. Даже опытные ведьмаки признавали, что Мастер Меча сваял истинный шедевр из весьма посредственного материала.