"Фантастика 2026-197". Компиляция. Книги 1-18 - Регина Грез

— Именно так, — подтвердил Максим. — Однако мы готовы поделиться некоторыми техническими и научными достижениями и со своей стороны обещаем отказаться от идеи утверждениясоциалистического строя во всём мире. Достаточно одной Европы. Да и то не всей. Вся Восточная плюс побеждённая Германия. Больше нам не нужно.

— Ого! — воскликнул Черчилль. — Не великоват ли кусок?

— В самый раз, — сказал Максим. — Нам нужны гарантии. Вот Восточная Европа с Германией и станут надёжным щитом на будущее.

Начался спор и торговля. В конце концов, сошлись на том, что Второй фронт союзники откроют, самое позднее, в мае следующего года. Что касается контроля над Европой, то этот вопрос можно обсудить позже. По результатам наступления Красной армии, а также союзнических сил в Нормандии (про высадку в Нормандии подсказал Максим, и все согласились, что это, возможно, лучший вариант).

— А что насчёт паритета? — спросил Максим.

— Согласны, — ответил Рузвельт. — Мы не трогаем вас, а вы нас. Это справедливо.

— И ещё, — вставил Черчилль. — Я тут подумал и решил, что мне тоже не помешают ваши волшебные наноботы. Если, конечно, это возможно.

— Возможно, господин премьер-министр, — сказал Максим. — Всё возможно, когда люди друг друга понимают.

И подмигнул.

Глава восьмая

— Итак, — сказал Рузвельт. Глаза президента Соединённых Штатов блестели, он явно был взволнован. — Каков наш modus operandi[355]?

— Очень простой, — ответил Максим. — Сейчас под мою диктовку вы, господин президент, и вы, господин премьер-министр, напишете обязательства, которые мы с вами только что обсуждали. Подпишете их и поставите государственные печати. В ответ я передам вам обязательство товарища Сталина. Уже подписанное и с печатью. Вот, пожалуйста, копии на русском и перевод на английский, — Максим передал им бумаги.

— Я не читаю по-русски, — буркнул Черчилль. — Откуда мне знать, что здесь на самом деленаписано? И вообще, разве так серьёзные дела делаются?

— Именно так настоящие серьёзные дела и делаются, — сказал Максим. — Трое, обличённых высшей властью людей, лидеров самых могущественных стран мира, заключают джентльменское соглашение и подписывают его. Заключают между собой, больше никто не участвует и больше никто о нём не знает. Не считая меня, разумеется. В случае несоблюдения соглашения одной из сторон, другие получают право на его обнародование и освобождаются от обязательств по нему.

Рузвельт уже читал перевод. Прочитал, достал из нагрудного кармана пиджака «паркер» с золотым пером, расписался. Затем отъехал на кресле к стене со встроенным сейфом, открыл его и вернулся с печатью. Поставил печать, спрятал её обратно в сейф.

— Готово, — сообщил.

— Чёрт возьми! — воскликнул Черчилль. — Я не вожу с собой государственных печатей!

— Для начала будет достаточно и вашей подписи, — сказал Максим. — Потом скрепим печатью.

— Что ж… — Черчилль ещё раз прочитал текст соглашения. — Так и быть, подписываю.

Достал ручку, подписал.

— Отлично, — сказал Максим, забирая бумаги. — Наше соглашение на столе.

— Вы же сказали, что это копии? — приподнял бровь Рузвельт.

— Я немного слукавил. Оригиналы.

— Но их два, — нахмурился Черчилль. — Откуда вам было известно, что понадобится именно два? Я сам до последней минуты не знал, что полечу в Вашингтон.

— На всякий случай, — сказал Максим. — На всякий случай приготовили два одинаковых. Как видите, не ошиблись.

Он не стал говорить, что одна из бумаг — точная копия, сделанная на молекулярном синтезаторе. Настолько точная, что от оригинального соглашения её не отличит ни одна экспертиза. К тому же, в отличие от соглашений Рузвельта и Черчилля, соглашение со стороны Сталина было напечатано на пишущей машинке (за исключением подписи).

Максим внимательно прочитал бумаги, кивнул, спрятал их в портфель, достал оттуда пластиковую коробочку с двумя капсулами.

— Что это? — с подозрением осведомился Черчилль. — Это нужно глотать?

— Нет, — ответил Максим. — Я прижму капсулу к вашей коже и наноботы проникнут в кровь. Это не больно. Возможно, будет немного щекотно. Ну, кто первый? Давайте вы, господин президент. Будем честны, вам это гораздо нужнее, чем господину Черчиллю.

— Давайте, — сказал Рузвельт. — Что мне сделать, закатать рукав?

— Да, — сказал Максим. — Но не сразу. Сначала сканирование.

— Надеюсь, вы нас не отравите, — буркнул Черчилль.

— Правильно надеетесь, — засмеялся Максим. — Поверьте, если бы мне нужно было вас убить, я бы уже сделал это. Помните коньяк и сигару?

— Нда, — сказал Черчилль. — Фрэнк, тебе не кажется, что мы с годами стали слишком беспечны?

— Просто вы не разучились рисковать, — сказал Максим. — Что не вызывает ничего, кроме уважения.

Он достал портативный медсканер и обследовал с его помощью сначала президента США, а затем премьер-министра Великобритании, объясняя свои действия.

— Мне кажется, я нахожусь внутри какого-то научно-фантастического фильма, — признался Рузвельт.

— То ли ещё будет, — пообещал Максим. — Всё. Ваши данные переданы медботам. Теперь вводим.

Рузвельт закатал рукав.

Максим прижал капсулу к сгибу его локтя, и вскоре та полностью всосалась под кожу.

— Забавное ощущение, — сказал президент США, прислушиваясь к себе. — Как будто шампанское в крови заиграло. Только без опьянения. Чистая радость.

— Так и должно быть, — сказал Максим.

Он проделал ту же процедуру с Черчиллем, закрыл портфель, сел в кресло.