Резонанс 1-11 - Павел Николаевич Корнев

— Готов!

Лев несильно ткнул меня, можно даже сказать — просто прикоснулся, но входящий поток энергии тут же оборвался, монета упала на покрытый войлоком пол. Я хмыкнул, поднял и вновь запустил её в воздух. И снова утратил контроль над сверхспособностями — всего лишь на миг, только хватило и этого. Воздействие оказалось столь точечным, что я его попросту не заметил.

Тогда решил схитрить, втянул в себя сверхэнергию и не сразу задействовал её, а предварительно стабилизировал, раскрутив стремительным волчком. И очередной тычок товарища не заставил упасть монету на пол, она лишь загуляла в воздухе, но и только.

Упал пятак в следующий раз, когда Лев, сделав выводы из своей неудачи, усилил нажим. Я уловил лёгкий укол, а следом внутренний волчок пошёл в разнос, едва успел его погасить, не позволив выплеснуться энергии вовне. И что самое главное — я не просто ощутил укол, но и распознал воздействие. Дальше пытался ему противодействовать, иногда даже успешно.

Мы упражнялись ещё с полчаса, и оба упрели, вновь сели пить чай. Ну а затем я распрощался с товарищем, пообещав при возможности заглянуть в следующее воскресенье, и отправился восвояси. Точнее — дошёл до трамвайной остановки и покатил на бульвар Февраля, в «СверхДжоуль».

Клуб уже был открыт, да и рыжий вахтёр на входе узнал меня и пропустил внутрь без вопросов, но вот там ждало разочарование: зал пустовал, лишь сидело за стойкой несколько заглянувших сюда в неурочное время студентов. Знакомых — никого.

Я немного поколебался, но ни к буфетчику, ни к вахтёру с расспросами приставать не решился, покинул заведение несолоно хлебавши. Ветер принёс листовку, машинально поднял её, и взгляд зацепился за броский заголовок «На запад!». Речь шла о необходимости скорейшего возвращения в республику «квази-суверенных образований», получивших независимость после распада империи, пока их не захватил Средин, и я скомкал листок, выкинул его в урну. Об «Альянсе национального спасения» слышать прежде не доводилось, но от содержимого за версту разило политической агитацией самого низкого пошиба, а у меня и без того хватало проблем с законом, чтобы давать лишний повод для сомнений в собственной благонадёжности.

Я уселся на лавочку и только начал решать, как поступить дальше, когда заметил шагавшую по бульвару знакомую барышню — подружку Нины с фигурой профессиональной гимнастки.

— Маша! — крикнул я, вскакивая на ноги. — Мэри!

Та развернулась и удивлённо округлила глаза.

— Петя? А Нинка сказал, тебя на Кордон услали, энергетику в порядок приводить!

— Всё так, — подтвердил я. — Услали. Думал не получится выбраться, а тут оказия случилась, вот и приехал.

— Идём! — протянула мне руку Маша. — Мы сегодня в цирк собрались, отправлю письмо домой и поедем.

В компании девушки я двинулся к главпочтамту и немало порадовался тому обстоятельству, что моя спутница не умолкала ни на секунду, болтая за нас обоих; сам, если честно, слегка потерялся и поддерживал разговор исключительно междометиями, кивками и понимающим мычанием. И ведь мне нравилось её общество! Просто не знал, как себя вести.

Ладно хоть ещё в городской парк от главпочтамта поехали на трамвае, а не отправились пешком, как в прошлый раз, домчались в пять минут. Там прошли в летнее кафе неподалёку от центральных ворот, один из столов в котором был оккупирован студентками, и Маша повысила голос, привлекая к себе внимание. Точнее даже — не к себе, а ко мне.

— Смотрите, кого я привела!

Барышни заметили нас, и Нина вскочила со стула.

— Петя? Уже вернулся?!

Я подошёл и с объятиями лезть не стал, стянул с головы панаму, поцеловал девушке руку.

— Нет, просто на день сумел вырваться.

— Как так? — удивилась Нина.

— Кадровый голод, — сказал я и с улыбкой пояснил: — Понадобилось мотоцикл в мастерскую отогнать, выходной никто на это тратить не захотел, ну я и вызвался добровольцем. Вечером обратно.

— Так ты мотоциклист? — заинтересовалась Маша.

Я переставил от соседнего столика два стула, ей и себе, затем подтвердил:

— Катаюсь немного.

Тогда одна из барышень с длинными тёмно-русыми волосами, рассыпавшимися по плечам, нарочито томно произнесла:

— А меня прокатишь?

Но не тут-то было. Нина упёрла руки в боки и возмутилась:

— Вот ты интересная! Петя ещё даже меня не катал!

— Ты же до свадьбы кататься не собиралась? — отпустила шпильку черноволосая девица с усыпанной веснушками кожей, невысокая и крепкая. — Ну и чего мальчик простаивать будет? Нас пока покатает!

Нина раздражённо засопела и даже немного покраснела, но разгореться пикировке помешал подошедший официант. Я заказал три шарика пломбира с шоколадной крошкой и опустился на стул, про себя подумав, что если у той же Полины грудь куда крупнее, то длиной ног Нина ей нисколько не уступает и в своём лёгоньком сарафанчике смотрится просто здорово. Пусть и не столь фигуристая, зато лицом куда симпатичней.

— И что смотришь? — хитро прищурилась девушка, перехватив мой взгляд.

— Соскучился, — признался я, нисколько при этом не покривив душой.

Ну да — соскучился. Сам даже не ожидал.

Мы ещё полчаса посидели в кафе, затем расплатились и вышли на улицу. Я бы не отказался от более существенного перекуса, но барышни засобирались точно не просто так. Меня при этом в свои планы они посвятить не пожелали, Нина с улыбкой сказала:

— Тебе понравится, — но и только.

Как оказалось, в Новинск с гастролями приехал цирк, и если до вечернего представления под куполом ещё оставалось несколько часов, то аттракционы на открытом воздухе уже работали. Мы купили билеты и отправились бродить по аллеям, там я не утерпел и потратился на два початка жаренной кукурузы. А только обгрыз их и вытер жирные пальцы платком, навстречу попалась компания молодых людей.

Высокий и дородный студент в светлых брюках, льняной рубахе и летней шляпе раскинул руки и с громогласным возгласом:

— Пьер! — облапил меня, принялся хлопать по спине.

Пришлось объяснять причину своего неожиданного появления ещё и ему. Студенты оказались преимущественно знакомыми, но шапочно, из них по имени знал лишь сухопарого и вихрастого Яна. А стоило только перездороваться со всеми, и девчонки потянули нас к странному сооружению, напоминавшему гигантскую бочку без крышки, метров десяти в диаметре. С внешней стороны оно было окружено лестницами, по которым поднимались на круговой помост на самом верху. Красочная афиша гласила «Гонки от отвесной стене».

Но я и без изображённого на той мотоциклиста уже сообразил, что именно происходит внутри, подсказку дало знакомое стрекотание движка.

Мы оплатили входные билеты, поднялись наверх и на какое-то время просто замерли в немом изумлении, глядя как