"Фантастика 2026-192". Компиляция. Книги 1-21 - Никита Киров

И приходит пора сомнений, Где тебе лишь шаг до ошибки. Где готов ты пожертвовать теми, Кто, мечтой обманувшись зыбкой, Подтолкнул тебя к этому краю И в исходе тебя уверил. Только вера, пускай и слепая, Защитит, не допустит потери.

Глава 28

На подходе к скале ноги стали ватными. Воображение точно сорвалось с цепи. Картинки, одна страшнее другой, мелькали перед глазами с такой скоростью, что закружилась голова. Впервые я поняла Альгидраса. Так и до сумасшествия недалеко. А главное, я не могла определить, что из этого просто мои страхи, а что – реальные картинки чьего-то прошлого. Я видела кровь, огонь, какие-то фрукты на протянутой мозолистой ладони и улыбающегося Будимира.

Мелководье, по которому мы огибали выступавшую в море гору, было бирюзовым и… мертвым. От наших шагов по воде даже не расходились круги. Альгидрас шел впереди. Я смотрела на мокрые пряди его волос, торчавшие в разные стороны, и очень хотела, чтобы все поскорее закончилось, как когда-то в юности ночью накануне экзамена мечтала поскорее оказаться в следующем вечере.

Скалу, в которой темнел довольно большой вход в пещеру, отделяли от моря метров тридцать усыпанного галькой берега. Посередине этого пространства в одиночестве стояла Дева, безмолвная и прекрасная, как и прежде.

Миролюб оглянулся на Альгидраса, потом на Алвара.

– Что делать будем? – его хриплый голос в тишине мертвого мира прозвучал неожиданно громко.

Алвар на него шикнул, однако было поздно.

– А вот и вы! – воскликнул вышедший из пещеры Гаттар. Он выглядел совсем так же, как и в нашу последнюю встречу, – веселым, уверенным в себе. И улыбка у него была такая же, как и прежде, – добрая и располагающая.

Димка сидел у него на руках, живой и невредимый.

– Мама! – радостно закричал он и дернулся было спрыгнуть на землю, однако Гаттар его не отпустил. – Мама, дедушка Гарай нехороший, – пожаловался Димка. – Он забрал меня от дома. Дядю Алиша толкнул, а меня забрал. Я не хотел уходить, честно-честно. Ты же не сердишься?

Сын так разволновался, что начал тараторить с сумасшедшей скоростью.

– Не сержусь, – улыбнулась я заледеневшими губами.

Гаттар смотрел на Диму как добрый дядюшка.

– А потом дядя Гаттар встретил нас в лесу и забрал меня. Сказал, что ты за мной сюда придешь. А дядя Алиш не сердится, что я ушел? Я обещал рядом стоять, – виновато добавил ребенок.

– Не сердится, не тревожься, – подал голос Альгидрас и обратился к Гаттару: – Чего ты хочешь?

– Мы так и будем кричать друг другу издали? – весело спросил Гаттар. – Идите сюда.

Я шагнула вперед, однако выросший передо мной будто из-под земли Вран сжал мое запястье, а Миролюб неожиданно произнес:

– Мальчик отравлен.

– Что?! – переспросила я чужим голосом.

– Дева показывает… Яблоки… Яд… Алвар, проверь, может, я что не так понял, – Миролюб шептал это все, слепо глядя прямо перед собой.

– Алвар! – в панике оглянулась я.

Это не может быть правдой…

– Мам, иди скорее! Там в пещере озеро красивое, дядя Гаттар обещал его тебе показать. А еще у меня ракушка зеленая. У нас дома я таких никогда не видел. И тут есть фрукты почти как наши яблоки.

Алвар бросил взгляд на Альгидраса и произнес:

– Я не знаю, яд ли это, но с Димаром что-то не так.

– Ма-а-ам?

– Я иду, милый, – ответила я и вытащила руку из хватки Врана. Тот меня отпустил.

Мир вокруг был по-прежнему безмолвен. Лишь ремешки промокших в воде сандалий скрипели в такт нашим шагам да шуршала галька, на которую мы наступали. Мое сердце грохотало так, что заглушало эти скудные звуки, и я всерьез ожидала, что оно вот-вот разорвется.

– Ты похожа на рыцаря, – радостно сообщил мне Дима, когда между нами оставалось метра четыре.

– Поставь мальчика и отойди, – произнес Альгидрас.

Димка заерзал на руках у Гаттара, и тот с улыбкой опустил его на землю. Сын тут же бросился ко мне, и я присела перед ним.

– Ты сильно испугался? – спросила я.

– Немного. Мне дедушка Гарай не понравился. Он все время говорил про то, что станет самым сильным и что я просто маленький и ничего не понимаю.

Димка обнял меня за шею. Его лоб, скользнувший по моему виску, был горячим.

Вран, стоявший рядом со мной, вдруг положил ладонь на Димкину макушку. Глядя на смуглую, исчерченную мелкими бледными шрамами руку савойца, я чувствовала, что сердце стучит в горле. Страх, липкий, неконтролируемый, накатывал как прибрежные волны в шторм.

– Чего ты хочешь? – голос Альгидраса прозвучал незнакомо.

– Димар, пойдем к морю. Я покажу, как оно спит, – неожиданно предложил Вран и потрепал Диму по волосам.

– Не хочу, – откликнулся сын и прижался ко мне еще сильнее.

– Вран, он испугался, он сейчас никуда не пойдет, – пояснила я, однако Алвар склонился к Димке и что-то прошептал ему на ухо.

Тот выпустил мою шею и нехотя вложил свою ладошку в руку Врана. Его щеки были пунцовыми. Я с беспокойством проводила их взглядом и посмотрела на Алвара. Тот не взглянул на меня в ответ.

Дождавшись, пока Дима и Вран отойдут подальше, Гаттар заговорил:

– Времени нет. Все споры после. На