"Фантастика 2026-129". Компиляция. Книги 1-27 - Влад Радин

— И? — поторопил его регент.

— И мы нашли множество других мест, где были применены артефакты. К примеру, в центре города действовали какие-то дамочки, заманивавшие молодых людей в рестораны, где их пытались объесть, а затем исчезали прямо на глазах ошеломлённых людей.

— Тарелочницы, — подсказала принцесса. — Я уже слышала историю, как одна такая синеволосая девушка недавно объедала клановых и убегала.

— В первый раз слышу, — удивился мужчина.

Принцесса едва заметно покраснела. Монаршей особе, в конце концов, не пристало увлекаться сплетнями — даже если они были такими увлекательными.

— В общем, мы проверили места исчезновения девушек, и следы артефактов терялись там же. Однако если взглянуть на карту Соленграда, то все происшествия расходятся кругами от статуи Всемогущей Бойни. Естественно, на территорию храма нас не пустили, однако замеры у ограды показали, что где-то внутри применялось что-то чудовищно мощное. Вот только там такой энергетический хаос после этого, что найти концы просто невозможно.

— Этого ещё не хватало! — воскликнул неприятно поражённый Годемир.

— Вряд ли это дело рук культа, — покачал головой Смильян. — Именно поэтому я и говорил про «канат»: если мы потянем за эту ниточку, нарвёмся на серьёзные проблемы. Эти незнакомцы мастерски всё провернули — подставили культистов, а сами остались в тени.

— И тем не менее, — покачал головой регент, — попробуй очень осторожно разузнать всё возможное.

— Будет исполнено, Ваше Сиятельство, — склонил голову собеседник. — Работа и опрос свидетелей, а их тысячи, ведётся непрерывно. Вероятно, у нас ещё будут дополнительные зацепки, чтобы размотать этот клубок.

— Хорошо, можешь быть свободным, — кивнул Годемир.

* * *

Практически в то же время в одном из кабинетов резиденции главы Клана Восьмилапа происходил следующий разговор:

— Как это понимать, Владимир⁈ — произнесла сорокалетняя женщина, одетая по искательской моде с эмблемой буровато-серой лесной кошки с длинными когтями.

Эта довольно крупная и фигуристая дама с широкими плечами нависла над круглым столом, за которым сейчас находилось четверо человек, и сверлила взглядом огромного мужчину — настоящего гиганта с короткими синими волосами.

— Джасна… — устало выдохнул Владимир Ведмедько, глава Медвежути, и на его квадратном, словно вырезанном из камня лице отразилась вся скорбь мира. — Знаешь, сколько мне раз задавали этот же вопрос главы других кланов и аристократы в последние два дня? Это была диверсия, но пока у меня нет сведений, как её провернули враги. Давай позже поговорим о компенсации, ладно?

Джасна Огнева — глава Клана Саблекота — фыркнула и тряхнула длинным хвостом огненно-рыжих волос, в которых не проглядывалось и намёка на седину, а затем уселась обратно.

Она всегда радела о вверенных ей людях. Иногда даже сверх меры, по мнению Владимира. И искренне считала, что нынешнее положение дел в стране ведёт её в пропасть. Поэтому-то и присоединилась к заговорщикам, полагая, что своими действиями сможет что-то изменить.

— Хорошо. Но ты так просто не отделаешься. Твои молодцы переломали пятерых моих ребят.

— Да, знаю. А ещё пятнадцать высших аристократов, троих из Клана Челюсти, пятерых из Бритвоморды, четверых из Клана Когтя. Я ещё долго могу продолжать… — потер лоб мужчина.

Чего он не упомянул, так это того, что Медвежуть тоже понёс существенные «потери». И сейчас на излечении находились в общей сложности человек пятьдесят. И это только те, кто сильнее всех пострадал. Причём отличилась не только молодёжь — старшее поколение тоже ни с того ни с сего лезло в драку первым. Объясняли они своё поведение просто: «Нас кто-то взял под контроль».

И это была только часть проблемы. Удар был комбинированный и нанесён с множества сторон, отчего у Владимира уже который день болела голова от навалившихся проблем.

— Давайте без склок, — прозвучал жёсткий голос шатена с длинными волосами, в которых виднелась небольшая седина.

Глава Клана Восьмилапов — Прибислав Ратиборович — был высок и жилист, будто высушенный ремень. Впрочем, по характеру он недалеко ушёл от этого предмета гардероба.

Этот мужчина возглавлял коалицию оппозиционных кланов, находясь в прямом подчинении у Князя Славена Зорича. Какими именно аргументами князь склонил его на свою сторону, Владимир точно не знал, но подозревал банальную схему — щедрые посулы денег и власти в обмен на поддержку. Впрочем, для Прибислава с его патологической алчностью и болезненным тщеславием даже малейшего намёка на выгоду оказалось достаточно, чтобы без раздумий предать корону.

— Мы сегодня не для этого собрались, — продолжил безапелляционно хозяин кабинета. — Мне нужно знать, готовы ли вы действовать, когда наступит празднование Дня Падения?

Учитывая, что из четырёх кланов заговорщиков ни Восьмилапы, ни Саблекоты, ни тем более Птицееды практически не пострадали при «нападении» неизвестных — ну не считать же за сильный урон несколько масштабных оголений, пару десятков избитых и превращение кого-то на время в кальмара чем-то существенным, — а все шишки достались медведям, то нежелание отвлекаться на мелочи, по мнению Прибислава, было, в общем-то, понятно. Всё-таки собравшиеся здесь обсуждали и планировали государственный переворот.

Тем не менее это не уменьшало головной боли Владимира: кто-то нацелился на Медвежуть, и это точно были не принцесса и регент. Уж он-то знал это наверняка.

— Да, — кивнула единственная женщина в помещении.

— Да, — поморщился глава Медвежути.

— Джавалан? — взгляд Прибислава, точный как прицел башенной баллисты, застыл на темнокожем участнике собрания с короткими пепельными волосами.

— Да, — уверенно кивнул мускулистый и короткостриженый мужчина — глава Клана Птицееда, сорокапятилетний Джавалан Гаруда.

— Да? — изобразил удивление хозяин кабинета. — А я слышал, что у тебя не всё гладко в клане.

— Я решу эту проблему, — процедил собеседник.

Этого гнилого типа — Джавалана — заговорщики довольно легко привлекли на свою сторону крупной взяткой и обещанием преференций в будущем. Однако даже нахождение с ним в одной комнате вызывало у Владимира желание опорожнить желудок. Всё из-за того, что он устроил в клане — по сути в своей семье — натуральную чистку, избавляясь от потенциальных противников. К тому же ходили слухи, что к власти он пришёл, попросту убив основного конкурента в борьбе за пост главы.

— Очень на это надеюсь, — проговорил Прибислав и жёстко добавил, — потому что обратного пути у тебя уже нет.

Угроза, прозвучавшая в его голосе, была отнюдь не пустым звуком. Восьмилапы находились во главе оппозиционных кланов не только потому, что