По эту сторону. Дом с секретом и его притяжение. Часть вторая - Ольга Станиславовна Назарова

Разумеется, Соколовский и не собирался показывать братьям-сорокам встенную дверь, поэтому и доставку до терема не думал им поручать. Да, конечно, можно сделать так, чтобы они обо всём потом забыли, но зачем лишний раз утруждаться, если в хозяйстве есть присказочная сова?

Оставалась одна проблема – извлечь братцев из бассейна и избавиться от их присутствия. И если первое удалось сделать элементарно – всего-то намекнуть гусям, что это ИХ водоёмчик, то со вторым вышли некоторые сложности.

– Так как же мы пойдём или полетим, если мы того… мокрые? – на три голоса заныли сороки. – Сокол, ты ж сам подумай…

С одной стороны, Соколовскому страсть как не хотелось думать о сороках, а с другой… Когда сам напрыгаешься в мокрой одежде между бесконечными дублями, волей-неволей испытываешь некоторое, пусть даже небольшое, но всё-таки понимание даже к таким надоедам.

– Ладно, можете высохнуть на чердаке.

– И… – замерли в ожидании сороки.

– И что вам ещё? – изумился Филипп.

– Как что? А поесть? Ты же не скряга какой-то! Ты ж не позволишь нам в полёте свалиться от голода и переутомления?

– Никакого переутомления у вас я не заметил, но покормить вас покормят, – кивнул Сокол, который мыслями уже был в затопленном лесу.

Он приказал щуке максимально вынырнуть, Сшайру – вытащить рыбу на бортик бассейна, гусям – выловить сеть, брошенную сороками в воде.

– Геннадий, упакуй щуку в сетку и завяжи края так, чтобы она не выпала, – приказал Соколовский, не обращая никакого внимания на гримасы Германа, который рыбищу откровенно побаивался. Правда, щуке до него не было никакого, просто ни малейшего дела, она была настроена исключительно на господина и повелителя, и пока он не скомандует слопать кого-то, и не думала клацать зубами – делать ей, что ли, нечего?

Вызванная присказочная сова легко подцепила парой коготков здоровенную рыбищу и улетела за Соколовским, сороки, разумеется, последовали было за ним, но, сунувшись в кабинет временного начальства, с изумлением обнаружили, что оказались на чердаке…

– Это как? – осторожно спросил младший брат.

– Не знаю, – протянул средний.

– Но жуть как интересно! – загорелись глаза у старшего, что было весьма печально, потому как любопытство сорок, как правило, явление эпическое…

Соколовский в это время уже шагал по лесу, давая инструкции щуке, которая внимательно его слушала.

– Так, вот начинаются затопленные места, – сказал Филипп Иванович. – Ныряй и гони гада назад! Не давай ему покоя, а то ещё, чего доброго, в спячку заляжет, а потом весной понатворит тут мне… Когда закончишь, будешь реку сторожить, чтобы больше никакая водяная пакость не приплыла. Понятно?

Клацанье челюстей было однозначным выражением согласия.

– А раз понятно – вперёд!

Он распутал сетку, вытряхивая здоровенную щучищу в воду, она нырнула, но тут же высунула голову обратно.

– Чего ещё? Как сильно можно кусать? – ухмыльнулся Соколовский. – А как тебе захочется, так и грызи, главное, чтобы толк от этого был!

Судя по скорости, с которой щука ринулась выполнять задание, в собственной толковости она была железно уверена.

Если Соколовский и сомневался в результатах щукодействий, то доклад присказочной совы, которая осталась в лесу для контроля за сторожевой рыбой, все эти сомнения разрушил напрочь.

– Мечется? Хорошо! Никакого роздыха водяному нет? Отлично! Уже восемь раз сильно укусила? Исполнительная какая! – одобрил известия Сокол. – Вот это я понимаю работа! Получите, распишитесь, хвост не потеряйте, а то откусит щучка – и всё, и поминай как там вас звали…

Решив один вопрос, он отправился дальше – уточнить по поводу Ритиного рисования.

Впрочем, когда он добрался до Маргариты, то выяснилось, что она и без вопросов уже занята – рисует Шушану, да так здорово и похоже, что Филипп Иванович принял решение срочно договариваться о сотрудничестве.

Правда, на этом этапе его отвлёк звонок режиссёра, который во избежание проблем решил сразу проконсультироваться с Соколовским по поводу переделанного шлема.

– А зачем на лоб льва налепили? – вздохнул Филипп, осмотрев фото. – У нас украшений а-ля римские легионеры никогда не делали.

– Вот и я ему говорю, что это лишнее! – вознегодовал режиссёр. – Счас он у меня прямо при мне переделывать будет! Я его специально заставил, чтобы он на