По эту сторону. Дом с секретом и его притяжение. Часть вторая - Ольга Станиславовна Назарова

– Я нуждаюсь в художнике, который мог бы зарисовать кое-каких персонажей для компьютерной игры…

– Ой, но это же очень сложно и ответственно! Я точно не справлюсь! – Рита разволновалась, разумеется, тут же сменив внешность. – Ну вооот, опяяяять! – простонала она, подняв широченную правую переднюю лапу и помахав ею в воздухе. – Какое уж тут рисование!

– Вы чудесно справитесь, эта проблема решится уже завтра, а ваши художественные навыки более чем достаточны для моих целей! – заверил её Соколовский. – А самое-то главное, что вам же можно показать даже избушку на куриных ногах…

– Вы… вы знаете, где есть такая избушка? – ахнула Рита.

– Знаю, – с видом доброго, но очень вредного дядюшки, ответил Соколовский. – Даже покажу вам её, конечно, если вы согласитесь рисовать для меня.

– Мне… мне с родителями посоветоваться надо!

– Безусловно! – согласился Филипп Иванович. – Посоветуетесь и дадите мне свой положительный ответ!

Рита воззрилась на знаменитого актёра, который открыто ей улыбнулся, и поняла, что жутко хочет нарисовать и его! Прямо вот руки чешутся.

Сшайру выпал непростой день – во-первых, его первый раз в жизни рисовали, во-вторых, ему подарили его портрет, а в-третьих… к нему пришла сестра великой художницы (никто иной не мог бы так хорошо его изобразить) и… попросилась в ученицы!

Впрочем, тут он долго не думал:

– Нет!

– Но почему?

– Я не могу!

– Но…

– Я – раб, – с достоинством пояснил Сшайр. – Принадлежу хозяину. Но речь даже не о том, что без хозяина я не могу принять такое решение, а о том, что, если я начну вас учить и пришибу, а это точно именно так и будет, меня заслуженно казнят.

– Ой… – Ярослава, как девушка современная, не могла предположить, что здесь может быть какой-то раб… – Но… но я же сама могу попросить вашего хозяина. Это же Филипп Иванович, да?

– Да, но он вам тоже откажет.

– Но почему? Я сама занимаюсь боем, я просто хочу немножечко улучшить скорость реакции.

Сшайр глубоко вздохнул – если бы эта девушка не была сестрой великой художницы, только что подарившей ему невиданную драгоценность, он и разговаривать бы с Ярославой не стал.

– Хорошо, вы можете ссспроссить у хозяина ссами! – церемонно кивнул он и поспешил удалиться к Татьяне – ему надо было показать портрет, спрятанный за пазухой, и спросить, не может ли она взять его на сохранение – по мнению Сшайра, его комнатка никак не годилась для такой ценности. Нет-нет, он весьма спокойно относился к собственной людской внешности – то ли дело змеиный вид, но чудо, которое возникло на простом – он проверял – листке бумаги, никак не могло храниться кое-как.

Ярослава прибыла к Соколовскому как раз, когда он с успехом убедил чету Ермолаевых в том, что рисунки Риты будут необходимы для игры, а ещё в том, что за это девочка будет получать деньги.

– Да она и так с удовольствием будет для вас рисовать, – попытались было убедить его родители Риты.

– А я с удовольствием буду за это платить – работающий достоин оплаты! – парировал Сокол. – Я крайне заинтересован в том, чтобы мои идеи воплощал человек, которому я смогу показать и некоторые прототипы, и старинные гравюры, и дать подробные описания…

И только-только счастливая Рита с родителями удалились, как на пороге кабинета возникла раскрасневшаяся Ярослава.

– Можно? Я к вам с просьбой!

Выслушав Ясю, Соколовский отрицательно покачал головой:

– К сожалению, это невозможно!

– Почему? Потому что он ваш… раб? А вы вообще в курсе, что рабство отменено? – опасно разгорячилась Ярослава.

– Смотря где… в его племени – нет. Его или должны были казнить за преступление, или найти, где его… заточить. В результате передали мне.

– Преступление? – для Ярославы это слово имело вполне определённую подоплёку.

– Нет-нет, на девушек он не нападал! Просто укусил жениха своей сестры и отравил его своим ядом, отчего тот очень долго был в неволе в унизительнейших и тяжелейших условиях, а ещё едва не умер.

– Ой… – Ярослава растеряно потопталась рядом со столом Сокола, а