Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

изрезанном морщинами обветренном лице. Хотя какой старик? Людвиг Нолан — свекр Кетлин, двоюродной племянницы главы ковена. Жилистый и верткий, ему вроде только перевалило за пятьдесят. На сколько помнил Дмитрий, Людвиг полтора года назад потерял единственного сына в стычке с фатхарцами и теперь воспитывал внуков, сыновей Кетлин, лелея надежду вырастить из них достойных наследников и будущих лордов. По правую же руку от Соляного барона сидел третий лорд — Георг Киллиан. Высокий и широкоплечий здоровяк, которого частенько в шутку именовали человеком-горой. Ну да, тот сидел в красной хлопковой рубашке с вышитым на груди черным вороном и мышцы на его руках, наверное, не уступали железному Арни в самом расцвете карьеры бодибилдера.

Дмитрий, если честно, был удивлен что барон и все командиры накачиваются вином вместо того, чтобы планировать завтрашний бой и контролировать как возводятся укрепления на длинном валу напротив отмелей, но Кирст словно прочитав мысли Ковалева подмигнул ему.

— Завтра у нас будет еще один день, чтобы привести в порядок вал.

— Вы уверены, барон, что фатхарцы снова не пойдут на приступ? — удивился Дмитрий.

— Пойдут! — махнул рукой барон и прожевав кусок свинины обтер рот рукавом и тогда уже пояснил похлопав при этом человека-гору по каменному плечу, — Как не пойти? Не для того они собирали такую прорву народа. Но, завтра мы выгадаем день вызвав на бой их лучшего воина. Сэр Георг сразится с фатхарцем и, я уверен, разрубит того на несколько кусков! Для степняков такой поединок священен и независимо от его исхода, атаки на вал или в другом месте завтра днем можно не ожидать. Я же, с самого утра выделю в помощь артельным рабочим еще две сотни солдат, которые за завтрашний день смогут, если не полностью, то в большей мере восстановить деревянные укрепления на валу, а то и выкопать побольше глубоких ям, чтобы чертовы лошади фатхарцев переломали на нашем берегу себе ноги. Да и из дальних феодов еще подходят отряды, если дикари снова кинуться на нас всем скопом эти солдаты не будут тут лишними.

«Значит, Соляной барон еще не до конца пропил свои мозги, если в голову приходят здравые мысли! — подумал Дмитрий, — Это хорошо, значит, я успею не только дождаться подкрепление с запасом патронов, но и разместить на валу свои пушки. Посмотрим, как удивятся степняки когда по ним из трех стволов пальнут мелкой галькой заменяющей картечь!»

Глава 12

На рассвете, пока фатхарцы не начали новую атаку на вал, мощный рыцарь в сопровождении барона и верховного мага выехал на отмель. Его оруженосец несколько минут раздувая щеки трубил в боевой рог, хотя степняки и так видели их. Наконец, через четверть часа к отмели вышел верховный шаман степняков в окружении еще нескольких колдунов и трое воинов, скорее всего из уважения к пешим шаманам, ведущих своих лошадей в поводу. Разговор был снова недолгим — фатхарцы, немного поспорив, согласились на поединок.

Через три часа на узкой террасе донжона срединного замка вместе с Соляным бароном собрались все лорды и рыцари сводной армии чтобы наблюдать за предстоявшим поединком. Теперь Дмитрий понял о чем спорили фатхарцы, сэр Георг в сверкающей стальной кирасе и стальном шлеме вновь вышел на отмель, но был он не на коне, а пешим. В правой руке он держал широкий меч, в левой треугольный щит с черным вороном на красном фоне. С другого берега навстречу ему к отмели вышел чернобородый и черноволосый гигант. Кольчуги на нем не было, только кожаная безрукавка и кожаные же наручи проклепанные железными пластинами. В руках фатхарец держал два боевых топора с длинными рукоятями.

— А фатхарец тоже здоров, ни телосложением, ни ростом нашему Георгу не уступает! — хмыкнул седобородый сэр Людвиг.

— Степняки только верхом биться горазды, а в пешем бою здоровяк Йорги уделает этого конепаса на раз! — заявил барон Кирст отхлебнув вина и добавил повернувшись к Дмитрию, — Лорд Киллиан, после провала куска нашего королевства сюда, уже пять лет является чемпионом боев на мечах.

Белевшая высохшей галькой отмель была метра четыре в ширину и метров девять-десять в длину — сильно не развернешься рискуя зайти в воду и поскользнуться на мокрых камнях. Напротив отмели на берегу фатхарцев стоял верховный шаман с двумя десятками других шаманов, а на валу на деревянном стульчике расположился мэтр Магнур так же в окружении магов послабее, за ними стоял лорд Гуго Баргини с сержантом и десятком арбалетчиков. Армикус стоял возле верховного мага, видно для того, чтобы описывать тому ход поединка.

Вновь в рог протрубил оруженосец лорда и сэр Георг, после того как вскинув руку прокричал короткий девиз, выставив щит двинулся на варвара. Тяжелый меч в его сильной руке летал как перышко, но и степняк был не промах — сначала он отступал назад под стальным натиском рыцаря. Степняк уклонялся, отбывая по касательной клинок меча топорами, но через несколько шагов поднырнул под просвистевший над головой меч нанес первый удар, что достиг цели. Кочевник нырнул вперед, а острие его топора чиркнуло по ноге рыцаря между металлическими пластинами юбки кирасы и наколенником, распарывая кожу и надрезая плоть. Серьезным такое ранение не назвать, но тонкая струйка крови побежала по ноге и Киллиан стал чуть заметно припадать на правую ногу.

Теперь они поменялись местами — на дальнем конце отмели был Георг, а спиной к зрителям — боец фатхарцев. Но рыцарь продолжал защищаясь щитом теснить фатхарца, а когда тот зацепив меч топором отвел его в сторону и попытавшись проделать свой трюк во второй раз, Георг сильно ударил соперника угловатым краем щита так, что степняк кубарем полетел в воду. Зрители на террасе встретили этот удар радостными криками. Георг прыгнул вслед за упавшим соперником, но тот резво крутанулся и меч рыцаря лишь вспорол каменную гальку.

Георг Киллиан не снижая натиск теснил фатхарца к краю отмели и когда тот попытался поднырнуть под меч нанес удар не лезвием но крестовиной, рассекая степняку лицо. И этот удар был встречен ликованием его соратников. Кровь текла по лицу топорника заливая глаза и снижая его прыть. Гергу удалось вновь сбить противника с ног нанеся удар в подреберье уже не рукоятью, но клинком распарывая безрукавку из-под которой брызнула кровь.

— Я же говорил вам, господа, что мой рыцарь разделает конепаса под орех! — радостно воскликнул Кирст, поднимая кубок в честь своего чемпиона и отхлебывая