Фантастика 2026-4 - Артемий Скабер

— Где тут у вас ваш ублюдский король? — продолжил я, намеренно добавляя в голос презрение. — Или он слишком занят, чтобы встретить гостя лично? Может, боится показаться? Лахтина говорила, что у него кишка тонка встретиться с настоящим противником.

Монстры вокруг заволновались. По их рядам прошла заметная дрожь. Будто волна колыхнула поверхность живого моря. Скорпиозы начали топтаться на месте, постукивая клешнями о каменистый грунт. Звук напоминал барабанную дробь. Некоторые твари поднимались на задние лапы, раскачиваясь из стороны в стороны. Другие принялись щёлкать жвалами, издавая высокие стрекочущие звуки.

Внутри я напрягся, готовый в любой момент активировать магию. Мышцы буквально звенели от напряжения. В голове просчитывал варианты атаки, просматривал возможные траектории движения, анализировал слабые места в строю противника.

«Не смей расходовать нашу уникальную армию!» — внезапно раздался в сознании голос хомяка. В моём воображении он стоял на коленях, заламывая маленькие лапки.

Тупое существо. Оно вообще в курсе, как я рискую? Вся эта авантюра — игра ва-банк.

«Заткнись», — мысленно отрезал я. — «Когда мне понадобится совет от грызуна с манией накопительства, я спрошу».

Сосредоточился на настоящем. Реакция монстров становилась всё более нервной.

Пора переходить к более радикальным мерам. Набрал в лёгкие побольше воздуха, чувствуя, как магия концентрируется в горле. Нашел резонансную частоту своего источника и направил поток энергии в голосовые связки.

— Лахтина! — закричал я что было силы, одновременно выпуская магию. Голос, усиленный энергией двенадцатого ранга, разнёсся по округе подобно грому. Каменная земля под ногами задрожала, в воздухе возникли видимые волны силы, расходящиеся кругами. — Я пришёл!

Последние слова буквально вибрировали в воздухе, отражаясь от каждой поверхности, создавая многократное эхо. Несколько ближайших тварей дёрнулись, прижимая усики к панцирям.

По спине стекал холодный пот. Рубашка прилипла к телу, волосы на затылке встали дыбом. Адреналин гулял по венам, обостряя каждое чувство до предела. Сейчас я видел, слышал, ощущал всё вокруг с невероятной ясностью.

Оглянулся по сторонам, выискивая признаки появления их лидера. Ничего. Только бесконечное море хитиновых панцирей. Проблема в том, что я не имел полного обзора. Любой из монстров мог напасть со спины, а я узнаю об этом слишком поздно.

Решил исправить этот недостаток. Я воспользовался темнотой, их небольшим размером и рангом и выпустил мясных хомячков

Насекомые разлетелись во все стороны. Они поднялись в воздух, образуя вокруг меня невидимую сферу наблюдения. Через считанные секунды я уже получал информацию со всех направлений, имея полные триста шестьдесят градусов видимости.

Изображение приходило фрагментарно. Мозаика из сотен крошечных картинок складывалась в единую панораму. Вот скорпиоз, крадущийся справа. Вот трое крабовидных существ, перемещающихся по флангу. Вот странное существо, похожее на гигантскую сколопендру, замерло в ожидании на валуне.

Напряжение нарастало с каждой секундой, как перед грозой. В воздухе буквально ощущались разряды статического электричества, щекочущие кожу. Странно, но монстры не атаковали.

Через сеть мясных хомячков начал получать более детальные изображения. Сначала заметил это у водяных медведей. Массивные металлические ошейники, тускло мерцающие магическими рунами.

Перевёл взгляд на грозовых волков, стоящих чуть поодаль. Та же картина — каждый зверь носил ошейник подчинения, соединённый с источником. Сука, даже на «летающих колбас» каким-то образом нацепили модифицированные версии ошейников. Ничего святого нет.

Толпа монстров внезапно расступилась, образуя прямой коридор. По нему неторопливо, с королевской грацией, шёл мужчина. Монстры склоняли головы, когда он проходил мимо, прижимая жвалы и опуская жала.

Вблизи он выглядел ещё более странно. Высокий, худощавый, с неестественно прямой осанкой. Длинные чёрные волосы спадали до поясницы идеально ровными прядями, словно застывшие потоки тьмы. Глаза — такие же тёмные, без белков и зрачков, просто бездонные колодцы, поглощающие свет. Черты лица были почти человеческими, но слишком симметричными, слишком идеальными, как у скульптуры.

Но самым удивительным был его наряд. Одет во фрак безупречного кроя — чёрный, с атласными лацканами, белоснежной манишкой и идеально повязанным галстуком. Выглядел так, словно собирался не на битву, а на премьеру в столичном театре или дипломатический приём у императора.

Мужчина остановился в десяти шагах от меня. Окинул презрительным взглядом, отметив жалкий вид. Весь в слизи, крови и обрывках хитина. Его ноздри едва заметно дрогнули. Тонкие губы искривились в гримасе отвращения. Он демонстративно отвернулся, сплюнул на землю, и только потом соизволил заговорить:

— Ты… — в этом единственном слове звучало столько презрения, сколько обычные люди не могут вложить в целую тираду.

— Я, — кивнул, отзеркаливая его манеру. — Ты… — повторил его интонацию и тоже демонстративно сплюнул.

Заметил, как его правая бровь едва заметно дрогнула. Задело. Хорошо. Значит, за маской холодного пренебрежения скрываются эмоции, а где эмоции — там возможность манипуляции.

И что мляха за манеры? Я только что эффектно телепортировался в самый центр его армии, разнёс нескольких его подчинённых и закричал так, что содрогнулась вся серая зона. А он реагирует с таким пренебрежением, словно я какая-то назойливая муха?

Мысленно оценил противника. Не чувствую его магического фона — плохой знак. Значит, или он слишком силён, чтобы я мог ощутить его энергию, или использует какой-то метод скрытия своей истинной мощи. Приготовился к тяжелому бою, одновременно продолжая играть в словесные пикировки.

— Жив? — поморщился мужик, словно сам факт моего существования оскорблял его эстетические чувства.

— Жив, — ответил с вызывающей улыбкой, демонстративно разводя руками. Капли слизи сорвались с рукавов и шлёпнулись на землю. — Более чем. И полон энергии, как видишь.

— Зря. Умрёшь, — продолжил он тем же монотонным тоном.

Эта манера общения начинала действовать на нервы. Мужик явно не страдал от нехватки интеллекта.

— У тебя какая-то проблема с речью? — спросил с насмешливой заботой. — Может, заикание? Или просто словарный запас ограничен? Что-то больше одного слова можешь выдать, или мне нужно говорить проще, чтобы ты понял?

В его глазах мелькнуло нечто, похожее на раздражение. Почти незаметная эмоция, но я уловил её.

— Человек, — наконец-то заговорил он нормально, растягивая слова, словно они были неприятны на вкус, — ты мог убежать. Тебе подарили шанс, не знаю кто и как.

Он сделал паузу, поправляя манжету фрака.

— А теперь ты не уйдёшь отсюда, — продолжил он, делая плавный шаг вперёд. — Твоя кровь… Послужит хорошим компонентом в ритуале моей дочери. Не думай, что если ты убил её жениха, то он единственный. Есть и другие… претенденты.

— Бла-бла-бла,