Ловушка для мисс Паркер - Александра Шервинская

Трактир, куда привёл меня Слоутер, оказался действительно более чем приличным заведением, радовавшим посетителей как вкусом порций, так и их размерами. А ещё тут подавали самый настоящий апельсиновый кофе — напиток умопомрачительно вкусный и такой же запредельно дорогой. Уж не знаю, кто в Корделине мог себе позволить подобную роскошь. Я, во всяком случае, в обычной жизни точно не могла, поэтому с огромным удовольствием разорила своего кавалера аж на две чашки. Слоутер, правда, даже бровью не повёл, когда нам принесли счёт, а спокойно вложил в папку достаточно крупную купюру.

Я была почти уверена, что за кофе Слоутер попытается что-нибудь у меня выведать, но он спокойно поддерживал ни к чему не обязывающий разговор о погоде, достопримечательностях разных частей королевства, рассказывал о столице, в общем, не касался никаких даже относительно скользких вопросов.

Мы уже собрались уходить, когда в зал вошла ослепительно красивая женщина, лицо которой показалось мне смутно знакомым. Она что-то сказала своему спутнику, и я, услышав голос, сразу вспомнила: это была мисс Оливия Каллахен, актриса одного из столичных театров. Народная молва приписывала ей такое количество романов с сильными мира сего, что если бы это действительно было так, то ей просто некогда было бы играть на сцене. Во время обучения в Академии я пару раз была на представлениях с её участием, а память на голоса у меня всегда была превосходной.

Сопровождаемая кем-то из магистрата, мисс Оливия прошла к лестнице, ведущей в отдельные кабинеты, но вдруг остановилась и неверяще посмотрела в нашу сторону. Точнее, на Слоутера, который стоял к ней спиной и держал на вытянутых руках мою куртку, помогая её надеть.

— Стивен?!

В голосе столичной красавицы было такое искреннее изумление, что я завертела головой в поисках неведомого Стивена, его вызвавшего. Однако мисс Оливия смотрела именно на Слоутера, лицо которого на мгновение закаменело, а потом снова приняло своё обычное скучающе-равнодушное выражение.

— Стивен, что ты здесь делаешь?! И почему ты так странно выглядишь?

Слоутер даже не повернулся в её сторону, спокойно поинтересовавшись у меня, готова ли я вернуться на ярмарку.

— Стивен!

Красотка сделала несколько шагов и решительно заступила нам дорогу.

— Почему ты делаешь вид, что не слышишь меня?! — возмущённо спросила мисс Оливия. — Отворачиваешься, словно мы не знакомы!

— Простите, но вы меня с кем-то явно перепутали, — вежливо ответил Слоутер, глядя куда-то поверх головы актрисы, — меня зовут Арчибальд Слоутер, а не Стивен.

— Какой Арчибальд, что ты такое говоришь?

Однако в голосе мисс Оливии проскользнули едва заметные нотки неуверенности, и она ещё раз внимательно всмотрелась в Слоутера. Я же молча переводила взгляд с одного на другого, как, впрочем, и все остальные посетители ресторана.

— Мне жаль вас огорчать, мисс, но вы обознались, — холодно улыбнулся контролёр, — ничего страшного, иногда встречаются очень похожие люди. Ванесса, ты идёшь? А то мало ли что там с нашим прилавком может случиться, пока мы тут разговоры разговариваем.

— Прилавком? — окончательно растерялась красавица, и мне даже стало её немного жаль: никому не пожелаю оказаться в такой дурацкой ситуации.

— Ну да, у нас с Ванессой тут прилавок с травами на ярмарке, — невозмутимо пояснил Слоутер, — я бы вас пригласил, но увы, мы уже расторговались подчистую!

— Расторговались… — медленно проговорила мисс Оливия и ошарашенно повторила, — расторговались… Да, видимо, я перепутала вас с одним своим давним приятелем… Простите!

— Ничего страшного, — заверил её Слоутер и энергично начал подталкивать меня к выходу из трактира, — с каждым может случиться!

— Приходите сегодня на представление, — по-прежнему заторможенно проговорила актриса, — я прочту несколько монологов и спою пару песен из последних премьерных спектаклей.

— Непременно, — поспешно ответил Слоутер, чуть ли не выталкивая меня за дверь, — огромное спасибо за приглашение.

Уже оказавшись на крыльце я наконец-то вырвалась из его цепкой хватки и решила выяснить пару вопросов.

— Что это такое сейчас было?

— Подумаешь, перепутала меня девушка с кем-то, всякое случается, — стоило нам выйти на улицу, как Слоутер моментально перестал нервничать и напрягаться.

— Кто такой Стивен?

— Ни малейшего представления, веришь? Откуда я могу это знать, Ванесса?

— Ты мутный и чрезвычайно подозрительный тип, мистер Слоутер, — я прищурилась и посмотрела на него, — не знаю, как ты, а я вот непременно пойду послушать. Это же сама Оливия Каллахен! Когда ещё доведётся прикоснуться к прекрасному… Ты пойдёшь?

— Наверное, нет, — подумав, отказался Слоутер, — день был тот ещё, так что я, пожалуй, лучше полежу в номере и почитаю.

Я какое-то время молча смотрела на него, и Слоутер откровенно занервничал.

— Что ещё не так?!

— Не хочу тебя огорчать, но у нас нет номера, — внимательно глядя на него, сказала я, — у нас есть только телега, которая стоит под открытым небом. Довольно плохо представляю себе, как ты планируешь читать в холоде и в темноте.

— Это я так поэтично выразился, — тут же отозвался Слоутер, — я имел в виду именно телегу, которая в эту чудесную осеннюю ночь служит нам заменой номера.

— Ну если поэтично, тогда конечно, — я не нашлась, что возразить. — Но если вдруг ты решишь, что ночь не так чудесна, как тебе казалось, то можешь спрятаться в киоске шляпника, он всё равно уходит ночевать домой. Там ты, возможно, даже сможешь прилечь, если сложишься вдвое.

Глава 5

Не знаю, как у мисс Оливии было с памятью на лица, но с голосом у неё всё было превосходно. Её выступление было настолько замечательным, что я забыла обо всём на свете: о том, что практически выдала себя, о том, что где-то в телеге или в будке шляпника лежит очень подозрительный контролёр, о том, что вся моя жизнь сложилась совсем не так, как мне когда-то мечталось. Мягкий, проникновенный голос утешал, обещал счастье и любовь, тепло домашнего очага и исполнение желаний. Теперь я прекрасно понимала, почему столичная пресса писала о мисс Каллахен исключительно в превосходных степенях. Оставалось, правда, загадкой, как её смогли уговорить приехать в Корделин, находящийся — уж будем откровенными — на самых задворках королевства. Впрочем, может, у них там в театре какие-то нормативы по благотворительности и приобщению провинции к настоящему искусству, откуда я знаю!

Надо сказать, что в восторге пребывала не только я: публика аплодировала и восторженно свистела, а бургомистр преподнёс столичной знаменитости огромный букет. Мисс Оливия раскланялась, сгрузила все цветы на крякнувшего