Искры. Испытание Веры - Екатерина Ровская

Я едко усмехнулась и повернулась к своему вожаку:

— А на этот вопрос нам сейчас ответит Дэкс. Да, Дэкс? Может свяжешься со своей тёткой-отшельницей и замолвишь за нас словечко по родственному?

Резко, словно по мановению волшебной палочки, стало тихо. Даже поленья в костре перестали, казалось, трещать. Вот она, сила слова… Все молчали и переглядывались. Кто-то, как ТимАс и Тёмка, неверяще, кто-то шокировано, как близнецы с Ра и Тианом. А кто-то виновато… как псы, которые не могли не знать эту правду о своем вожаке.

Я ни с кем не переглядывалась. Я просто прожигала взглядом расслабленно сидящего справа от нас с Тианом Дэкса.

Он ничего не отрицал и не оправдывался. Просто едва заметно улыбался, завороженно смотря на огонь, который, среагировав на мою злость, метнулся в его сторону, почти опаляя волосы.

Дэкс не отшатнулся, даже не дернулся, не отодвинулся, но ко мне повернулся и в глаза посмотрел прямо.

— Я ничем не могу нам помочь…

— Дай угадаю, — меня просто потряхивало от злости, — ты не мог мне ничего сказать. Потому что так нельзя. Я права?

— Ты умная девочка, всегда была такой. И ты ко всему должна прийти сама. Сама должна принять все решения, сделать первые шаги. Сама решить по какому из возможных путей идти…

Я сейчас должна была ощущать себя обманутой, даже в какой-то мере преданной. Но ощущала лишь усталость. Усталость и злость, холодную, обжигающую. Разрушающую. Это состояние появлялось у меня за всю жизнь лишь пару раз, но я знала очень хорошо, если угнездившуюся внутри меня сейчас обиду не выплеснуть, она прочно укоренится в моей душе, в моем сердце и даст побеги, которые искоренить будет совсем не просто. Дэкс был мне дорог и я не хотела разрушать отношения с ним этим моментом, но и простить просто так я не смогу.

— А… Что за тетя? — Темка смотрел на Дэкса растерянно… настороженно. А вот этого совсем не нужно.

— А это та самая тетя, сын, которая воспитала Дэкса. — А ещё та самая отшельница, которой его подарили на одну ночь. Конечно у него ничего с ней не было кроме разговоров, с родной то тёткой! — Я права? Ты ведь рос не рядом с матерью и отцом. Твое рождение родители держали в тайне, не хотели чтобы храм добрался до тебя. Но жрицы узнали…

— Да… — Голос Дэкса был тих и безэмоционален. Именно тогда для него и начался ад на земле. Я не знаю как он жил на острове, но мне почему то кажется, что хорошо. У него было счастливое, насколько это возможно в их мире, детство и некое подобие семьи. А затем… Плен… Насилие… Казнь отца, а потом и матери… Годы рабства и пыток.

— Хоть что-то ты можешь мне сказать?

Несмотря на любовь к Дэксу и понимание их реалий, мне очень хотелось сейчас подойти и тряхнуть его что есть силы, вытряхнуть то, что он знает, что возможно спасет кому-то из нас жизни. Потому что не может быть так чтобы этот наш путь, по своей сути больше напоминающий крестовый поход, закончился для всех благополучно. Не в этом мире, не в нашей ситуации.

Эта мрачная мысль частенько посещала меня по вечерам у костра, когда мы сидели вот так, как сейчас. Я смотрела на лица своих общающихся спутников и осознавала это. Кто-то из них может погибнуть в пути, навсегда оставшись в моей памяти вот таким, жующим похлёбку ТимАса, смеющимся, с искрящимися глазами… Я могу не спасти всех, я не всемогущая, кем бы там ни была моя бабка. Больше всего на свете мне хотелось предотвратить это, предотвратить неизбежное. И пробирала до мурашек постоянно всплывающая в памяти строчка из пророчества «Жизнью пожертвует душу хранящий…»

Кто⁈

— Могу. Лишь одно. Ты двигаешься в правильном направлении… — я облегчённо выдохнула чтобы тут же замереть соляным столбом, — даже если для кого-то из нас это путь в никуда…

Резко выдохнув, я поднялась на ноги.

— Завтракайте. И собирайтесь. Я ни одной лишней минуты не хочу здесь оставаться.

Тихий вопрос Дэкса догнал меня уже почти у деревьев и, будь я по-прежнему обычным человеком, даже не услышала бы:

— Больше ничего не скажешь?

Я остановилась, закрывая глаза и зло выдыхая, а затем резко обернулась:

— Хочешь чтобы я ещё что-то сказала тебе? Отлично! Я скажу! Какого тварга лысого вы вылезли перед жрицами?!? Зачем⁈ Мало было того, что они всех остальных срисовали⁈

Напускная расслабленность Дэкса тут же как шелуха облетела. Он медленно поднялся, буквально пригвождая меня взглядом к месту. Я никогда не видела его таким злым, по крайней мере не на меня…

— Вот именно. Раз всех остальных увидели и те теперь могут постоянно быть рядом с тобой, не скрываясь и свободно перемещаться при свете дня, то мы уж точно не останемся в подполье! Я не буду прятаться по кустам как полудохлая нежить, чтобы наблюдать за тобой на расстоянии!

— Свободно перемещаться?!? Как долго⁈ Пока они не очухаются и не поймут, что мертвая я для них ценнее чем живая?!?

— Тем более! Я хочу быть рядом чтобы иметь возможность защитить!

Мы смотрели друг на друга тяжело дыша и ни один не был готов сдержаться и уступить. Я хотела защитить его, а он… он… хотел защитить меня. Этот спор был бессмысленен с самого начала. У каждого своя правда. Свой страх. Вот только…

— Ты скрыл от меня важную информацию потому что не хотел влиять на мои решения и мою судьбу… Но сегодня ты, не подумав, повлиял на нее и, возможно, кардинально. — На непонимающий взгляд я лишь нервно дернула головой. — Ты вынудил меня признать тебя перед ними и тем самым… Неужели не понимаешь⁈ «И станет она парой вожака, и поведет псов к свободе…» Ничего не напоминает? А это? «И псов в бой королева поведет…» Ты дал им ещё один повод желать убить меня! Нет меня, нет исполненного пророчества…

Дэкс окаменел. Пораженно застыли все остальные. Нехорошая совсем тишина повисла над нашей поляной. А у меня появилось странное чувство предрешенности. Словно я уже ничего не могу изменить. Словно… Хватит!

— Ладно. Сейчас уже бессмысленно о чем-то спорить. Они уже срисовали всех нас. Рассекретились мы с вами по полной, товарищи. Мне только и оставалось, что подать наше появление наиболее выигрышно для нас. Надеюсь получилось…

— Еще