Костер и Саламандра. Книга 3 - Максим Андреевич Далин

class="p1">– Русалки не мерзкие, – сказала я. – Они, знаете, очень странные, но не мерзкие. А драконы и вовсе милые, они в столице есть, вы можете познакомиться с драконом, Айк.

– Где?! – радостно вскинулся Айк и тут же опомнился. – Простите, леди.

– Ну… где… – растерялась я. – Они же работают, это надо у Броука спросить.

– Наверное, не стоит отрывать прекраснейшего мессира Броука от работы, – весело сказала Вильма. – Каждое утро, когда часы бьют пять, и каждый вечер, в пять пополудни, у драконов совещание в портовом жандармском участке, у маяка. Там они обмениваются новостями, получают фронтовые сводки и готовятся вылететь в море, чтобы охранять столицу. Не уверена, что у них хватит времени на долгие беседы, но увидеть их и перекинуться парой слов у вас наверняка получится, дорогой мессир Айк. Только помните: сейчас ваш приоритет – русалки, а не наши крылатые товарищи.

– Если государыня позволит, – сказал Валор, – я готов познакомить мессиров с нашим товарищем тритоном. Милейший Безмятежный на редкость добросердечен и исполнен здравого смысла, он лучше введёт будущих дипломатов в курс дела, чем я.

– Конечно, дорогой Валор, – сказала Вильма. – Тем более что меня ждут в штабе, а после я встречаюсь с мессиром Рашем. Пожалуйста, передайте нашем другу Безмятежному, что мы готовим всё, о чём просили он сам и экипаж «Миража». Полагаю, – закончила она с жестоким смешком, – плавуны останутся довольны теми подарками, которые тритоны оставят им.

Я поцеловала Виллемину в щёку на прощанье – и подумала, что она ведь все свои дела, наверное, сдвинула из-за меня на пять минут. Но у неё был такой вид, будто всё в полнейшем порядке. В идеальном.

Мы с Валором и будущими дипломатами спустились в парадный холл и разошлись: они на пирс пошли, к «Миражу», а я – в каземат.

Честно говоря, мне хотелось просто побыть одной. Подумать.

Там в лаборатории, конечно, работал Ольгер, но это неважно, он всегда был там занят, если его не выдёргивали на какую-нибудь конференцию или совет. Он мог там звякать и булькать в своё удовольствие: всё равно стены толстые, в нашей, так сказать, гостиной ничего не слышно.

Я села у зеркала в глубокое кресло, а у меня на туфлях устроилась Тяпка. Лучшая поза: я просто расслабилась всем телом, не хватало только чашки кавойе. Хотелось прикрыть глаза, мысли уже начинали течь в правильном русле…

И тут я почувствовала, как Тяпка вздрогнула и насторожилась. Мы разом поняли, что в каземате кто-то есть: Дар полыхнул, будто в него плеснули керосина. Пришли мёртвые, не угодно ли!

Я аж подскочила.

Совсем обнаглели! Мы тут защиту не ставим – и они ходят во Дворец, как к себе домой! Простые такие, незатейливые, как галька на пляже.

Хотела на них рявкнуть, чтобы имели совесть, но разглядела. Они хорошо проявились – им очень надо было как-то держаться за юдоль. Выглядели как только что умершие, но вели себя слишком свободно, будто уже привыкли к Меже. Не свежие, просто собранные очень.

Дети!

И я только и смогла сказать:

– Как же вы сюда попали? Вы же… Боже мой, вы же очень издалека, да?

Они переглянулись. Двойняшки, наверное: очень похожи, лет по двенадцать, может, чуть больше. Мальчик и девочка. У мальчика дыра во лбу, пуля снесла затылок – я такое уже видела, это винтовочный выстрел. С девочкой – хуже, на девочке окровавленные лохмотья, ноги в крови, две дыры в груди. Кололи штыком.

По растерзанной одежонке девочки ничего не понятно. Но по одёжке мальчика видно: обыкновеннейшая была рыбацкая деревушка. Где-то там, около Жемчужного Мола, видимо.

– Здравствуйте, леди Карла, – сказал мальчик. – Нас мэтр Норвуд сюда отправил. К вам. Он сказал, что без вашего разрешения он с нами вообще разговаривать не будет. И святой наставник сказал, что правильно… в общем, мы вот к вам пришли.

И девочка присела. Покосилась на Тяпку, чуть улыбнулась: «Ой, собачка!»

Мэтр Норвуд их направил, ага! Мэтр! Норвуд!

И тут у меня в голове начали появляться какие-то проблески. Даже колотить почти перестало.

– Так, мальки, – сказала я, – а как вы попали в госпиталь Лаола?

Девочка мне улыбнулась, как солнышко. Невероятно милая девочка.

– А у нас было сопроводительное письмо мэтрессы Ики, – сказала она. – И рапорт.

Мэтресса Ика… Где-то я это уже… и тут я вспомнила!

– О! Толстая такая тётка?! Офицер-некромант?!

Дети обрадовались, заулыбались и закивали.

– Да, леди, – сказал мальчик. – Толстая, добрая и с бородавкой вот тут. Она нам всё объяснила, утешила Долику и послала солдатов, чтобы забрать наши тела. Когда деревню отбили.

– «Послала солдат» надо говорить, – поправила я машинально. – Долика – твоя сестрёнка?

– Да, – сказал мальчик, а Долика ещё раз присела. Вежливая птичка. – Она Долика, я Дорин, мы из дома Песчаной Отмели. Только теперь дома нет. Никого живых не осталось. Поэтому мы и приехали. Мстить. Воевать.

– Добрая тётя Ика, значит, вместо того чтобы вас упокоить, вас обнадёжила… Ну молодец, что ещё сказать. – У меня слёзы на глаза наворачивались, и я немного поднимала Дар, чтобы не разреветься. Им и так несладко.

– А мы сказали, что не уйдём, – сказала Долика. В вежливой птичке драконий огонь прорезался. – Мы сказали, что будем мстить. Духи тоже могут мстить же.

– А тётя Ика сказала нам не брать грех на душу и отправила в госпиталь Лаола, – сказал Дорин.

– А этот Норвуд, который ужасно много воображает о себе, будто сам взрослый, сказал, что мы в солдаты не годимся, потому что мелкие ещё! – возмущённо выдала Долика и тут же запнулась, смутилась и присела. – Простите, леди. Просто это нечестно. Я знаете как могу воевать!

– Ясно, – сказала я. – Ясней полнолуния. Поехали в госпиталь, что ж делать.

Выйти на улицу и доехать до госпиталя оказалось очень полезно. Потому что мне уже не хотелось рыдать, грызть пальцы, орать и стучать кулаками по столу: голова немного проветрилась и стало можно снова нормально разговаривать. Тем более что духи вели себя тихонько и дали мне прийти в чувство. Долика гладила Тяпку, Тяпка как будто слегка беспокоилась, похахивала, полизывалась, но я подумала, что это она чует мой мандраж, как всегда. В общем, не придала, пожалуй, этому особого значения.

Поэтому в госпиталь я приехала уже в полном порядке, то есть в том состоянии, когда можно ляпнуть кого-нибудь уловом между глаз. Плашмя. Чтоб знал.

И начала я с Фрейна, благо он в приёмной Писание читал.

– Так, братец, – сказала я. – Ты что ж мёртвых детей по всему городу гоняешь? Думаешь, им мало досталось? Что это за… даже не знаю, как назвать… самоуправство –