Первый Предтеча 3 - Элиан Тарс

— Да, — подтвердил я. — Полагаю, по наводке ректора Бестужева. Я полагаю, что именно он сдал Антона людям Стального Пса. Кстати, именно они нас вчера преследовали. У меня с ними война.

— Я… — Мира запнулась, провела ладонью по лицу. — Пока многого не понимаю полностью. Ты с твоими необычными возможностями… Предтечи… откуда-то взявшиеся враги Антона…

Она подняла на меня глаза. Синие, ясные и беспощадные.

— Но что я знаю точно, — твердо произнесла она. — Брат должен быть отомщен. Род Северских должен отомстить! И этим бандитам, и ректору.

— Непременно, — ответил я.

— Точно? — мое спокойствие ее удивило.

— Не люблю врать и бросать слова на ветер, — пожал я плечами. — Терпеть не могу грязные ритуалы.

Мира хищно улыбнулась и кивнула:

— Что ж… Выбора у меня немного. И раз так, тогда я пока доверю тебе род Северских.

Она сделала шаг ко мне и произнесла, глядя снизу вверх:

— Но при условии, что я буду наблюдать за твоей местью из первых рядов. И участвовать в ней.

— Иначе и быть не может, Мира, — согласился я.

— И ты обязан позже рассказать мне всё подробнее. Я обязана знать, как подобное случилось.

— Думаю, и у меня будут к тебе вопросы, — кивнул я. — Дел впереди вообще очень много, и нам найдется что обсудить. А теперь пойдём. Не стоит заставлять дорогого Виктора Валерьевича ждать нас ещё дольше.

Я развеял купол. Звуки утренней Чёртовой Лапы хлынули обратно: голоса бурчащих местных, ворчание Петровича, лязг чего-то металлического со стороны «Волка».

Мирослава вытерла лицо рукавом рубашки, расправила плечи и зашагала рядом со мной.

Глава 6

Клеёнку Петрович притащил со двора бабы Гали ещё в первый день, вместе с первым пайком. А сейчас кто-то из гвардейцев расстелил ее на скамейке у «Егеря». Сверху сервировали кружки, чайник и блюдо с пирогами — расстарались от души.

Браунштейн сидел, закинув ногу на ногу, и с видимым удовольствием жевал пирожок с капустой. Портфель стоял у его ног, охрана маячила поодаль, а Петрович подливал гостю чай с таким радушием, будто принимал как минимум губернатора.

— Антон Игоревич! — Браунштейн поднялся, промокнув губы платком. — Какая прелесть этот ваш район! Свежий воздух, птички поют, никакой городской суеты. Знаете, моя Альбиночка сейчас на седьмом месяце, и дома порой бывает… скажем так, весьма эмоционально. А тут такой покой! Я бы с удовольствием приезжал почаще.

— Ну так приезжайте, мы вас всегда рады, — усмехнулся я. — Виктор Валерьевич, позвольте представить. Моя кузина, Мирослава Сергеевна Северская.

Браунштейн учтиво поклонился. Мира ответила сдержанным кивком, а затем удивленно покосилась на меня:

— Ты обо мне рассказывал?

— Пришлось, — ответил я. — Виктор Валерьевич оформлял объявления войны Бестужевым. Чтобы не ждать положенные сутки с момента объявления войны, а ударить сразу, нужен веский повод. Похищение члена рода как раз таким поводом и является.

Мирослава перевела взгляд с меня на юриста. На её лице промелькнуло нечто похожее на уважение, но затем оно вновь стало привычно хмурым.

— Виктор Валерьевич, — я сел на скамейку рядом с юристом и взял пирожок. — Можем ли мы восстановить Мирославе фамилию Северских официально?

Пока мы шли сюда, Мира вкратце рассказала, что её воспитывали в семье прошлого главы рода. Несмотря на возраст она была одним из сильнейших бойцов Северских. Но когда стало понятно, что роду не победить в войне, «дядя Игорь» — отец Антона настояла на том, чтобы инсценировать смерть Мирославы.

«Они не дадут тебе жития после всего, что ты им сделала», — приводила слова бывшего главы рода девушка.

В общем, официально она мертва.

И после моего вопроса сейчас изумленно смотрит на меня во все глаза.

Ну а я что? Я уже готов подтвердить всему миру, что она моя кузина. Всё-таки мы из-за этого боевые действия начали сразу же после объявления войны…

Браунштейн ответил не сразу. Некоторое время он задумчиво барабанил пальцем по кружке.

— Хо-хо-хо, задачка не из лёгких, — честно признал он. — Но решаемая. Проще всего, конечно, будет, если вы поженитесь. Тогда она просто возьмёт вашу фамилию, и никаких доказательств не потребуется. А так, если по-серьёзному… Тест крови через канцелярию, демонстрация Дара, если он где-то зафиксирован в имперских реестрах, плюс ваша клятва как действующего главы рода, что Мирослава является урождённой Северской. В совокупности этого может хватить. Но повторюсь — задачка не из лёгких, могут вскрыться подводные камни.

Он цепко уставился на Мирославу.

Понимает, умный юрист, что не просто так она сейчас с другой фамилией ходит. Как минимум это незаконно.

Но опять же, закон нарушили не мы, а прошлый глава рода Северских… А взять с него теперь нечего, он и так умер.

— Дар зафиксирован… был, — проговорила Мира, покосившись на меня.

— Говори, — кивнул я.

Она резко повернулась к Браунштейну и произнесла:

— Виктор Валерьевич… Честно говоря не хотелось бы очень уж открыто ворошить прошлое.

— Понимаю, — кивнул Браунштейн. — В прошлогодней листве порой скрываются змеи. Вы хотели бы сделать это, не привлекая излишнего внимания…

Он задумчиво нахмурился и снова повернулся ко мне.

— Невозможно? — хмыкнул я.

Он нахмурился еще сильнее:

— Не люблю неразрешимые задачи. Я подумаю, что можно сделать, без огромного количества запросов и экспертиз. Но обещать ничего не могу.

— Этот ответ меня вполне устраивает, — заверил его я, и решил сменить тему: — Но все же, Виктор Валерьевич, утолите мое любопытство, вы ведь не ради свежего воздуха к нам в такую рань приехали? Документы привезли?

— Разумеется! — Браунштейн подхватил портфель и извлёк из него плотную папку. — Акт приёма-передачи земельного участка. Утверждён земельным комитетом, заверен канцелярией. Осталась только ваша подпись.

Я раскрыл папку и начал читать. Браунштейн терпеливо ждал, прихлёбывая чай. Мирослава хоть и делала вид, что ей это совершенно не интересно, как бы не взначай заглядывала мне через плечо.

Дочитав до третьей страницы, я остановился и еще раз перечитал один увлекательный абзац.

Затем еще раз.

И снова.

Повернувшись к Мире, я поймал ее взгляд и серьезно произнес:

— Я ведь уже говорил, что всегда держу слово?

— Ну… что-то такое было, — кивнула девушка. В глазах ее блеснуло любопытство.

— Помнишь, вчера ты спрашивала,