Иной мир. Разведчик - Никита Эдуардович Шарипов

Поймав в прицел огромную голову, в которую не попадёт только косоглазый паралитик, Макс нажал на спуск. Попади пуля в лоб, всё могло быть печально, массивный череп там наверняка был толстым, но он подстраховался, выбрав мишенью затылок. Проблем не было, пуля пробила кость и тем самым окончательно умертвила жуткое создание.

Желание исследовать монстра было, но землянин его поборол. Оставлять товарищей одних при этом зная, что в любой момент мог пожаловать ещё один любитель человечины было бы подлым преступлением.

— Сука, девять патронов на тебя извёл! — прорычал Макс и поспешил обратно…

Вторым, кто справился с неизвестным недугом, стал Антон Балмаков. Очнувшись, он как и Макс не почувствовал никаких отклонений, будто и не болел. Он был полон сил и готов бежать хоть на край света. В теории следующим в себя должен прийти Лёха, ведь он захворал вторым. Олег по такой логике должен был проболеть дольше всех, потому что его свалило первым. Но это лишь в теории, а на практике всё могло быть иначе, вплоть до летального исхода, об этом тоже пока не стоило забывать.

Макс, ожидая, когда очнется кто-то из товарищей, времени даром не терял. Покидать лагерь надолго ему было нельзя, за исключением походов за водой, но и сидеть без дела не хотелось, поэтому он потратил почти два часа на изготовление копий, которые в скором времени им могли понадобиться. В роли наконечников выступили лезвия ножей, благо их у землян после обнаружения утопленников было навалом. Древками послужили прямые ветви странного дерева, ствол которого не превышал в высоту и метра, а всё остальное были стремящиеся к солнцу многочисленные отростки.

Ножом рубить твёрдую древесину было сложно, но реально. Копья получились тяжёлыми, от трёх до четырёх килограммов каждое. Если их высушить, то они обещали полегчать раза в полтора и быть неплохим оружием, как колюще-рубящим, так и метательным, хотя с последним всё наверняка было плохо, ведь метать копья земляне не умели. Тренировка по метанию копья в мишень, которую Макс провёл, показала главное: с десяти метров он не то, что в зайца не попадёт, в слона промажет!

Антон Балмаков, жадно хлебая из кокосовой скорлупы воду, слушал рассказ товарища. Известие о чудовище, которое пыталось сожрать землян, он воспринял спокойно. Закончив с поглощением воды, сказал:

— Не знаю я, Макс, что сказать. Пока не увижу монстра своими глазами, я не поверю в его существования. Может это был местный бобёр? У страха, понимаешь, большие глаза. Размерчик меньше, чем ты описал, наверное… Где этот твой… как его ты там назвал… лежит?

Не сказав ни слова, Макс показал в нужном направлении и протянул Антону одно из копий. Покачав головой и продемонстрировав пистолет, тот пробормотал:

— Нет уж, мне с ТТ-шкой сподручнее и спокойнее. Схожу, погляжу, может даже удивлюсь…

Не прошло минуты, а товарищ уже вернулся. Хотя правильнее было сказать прилетел с круглыми как хоккейные шайбы глазами. Тряся пистолетом, Антоха выдал:

— Ты не соврал! Есть монстр, огромный, и даже два! Один дохлый, на гориллу рыжую похож! Второй ещё страшнее, потому что живой, но уже чёрный, тоже на гориллу похож, первого жрёт! Меня пока не заметил! Макс, я чуть в штаны не наложил!

Первая встреча с жутким монстром Макса не напугала, он попросту ничего не понял. Вторая встреча — уже другая история. И монстр был другой, хоть и наверняка одного вида, только окрас отличался. Вторая встреча проняла от пяток до макушки, жутко стало, даже тепло от страха по телу побежало.

— Убьёшь его? — взмолился Антоха, трясущийся словно идущий в разнос дизель. — Друган, ну не молчи, скажи хоть что-то!

Отогнав панику прочь и вернув самообладание, Максим шёпотом ответил:

— Попробую убить, ведь первого убил… пошли, посмотрим, может тебе показалось…

Не показалось, всё так, как и было сказано, чёрный гиппоорангутанг жрал рыжего сородича с завидной скоростью и уже успел уничтожить половину одной ноги. Разрывая плоть и кости острыми изогнутыми когтями, которыми кончались пятипалые верхние конечности, он закидывал всё в огромный рот и глотал практически не жуя. Двух землян, до которых было всего метров семь, монстр не замечал, потому что был сильно занят важным делом.

Веточка-предатель, на которую Макс встал, не заметив среди листьев и травы, хрустнула так, будто являлась двухсотым брусом, на который дали предельную нагрузку. С головы до ног измазанный в крови каннибал тут же прекратил трапезу и уставился на Макса и Антоху. Пока земляне думали, стрелять или бежать, гиппоорангутанга и след простыл, умчался пулей, лишь топот и хруст веток услышали.

— А ведь он нас испугался! — воскликнул Макс, потому что кое-что понял.

— Уверен? — с сомнение спросил Антоха, пытающийся вращать головой на триста шестьдесят градусов. — А вдруг нет? Вдруг вернётся? Вдруг нападёт чуть позже? Или того хуже с подмогой явится!

— Нет, Тох, не нападёт он, и первый раз тоже не было нападения. Всё просто, друган, мы столкнулись не с хищником, а с падальщиком. Нас, лежащих без сознания, рыжая тварь расценила как мёртвых, но после первого моего выстрела поняла, что нарвалась, и попыталась свалить. Это падальщик, поверь мне, все факты об этом говорят.

— Хотел бы я, чтобы то, что ты сказал, было правдой, Макс… — недоверчиво протянул Антоха.

— Это правда, посмотри на труп рыжего, его верхние конечности просто созданы, чтобы разделывать плоть. А вот с пастью всё иначе, она не имеет клыков, только жевательные зубы в ней есть. Падальщик и, к тому же ещё и частично травоядный, при нужде он может сидеть на растительной пище. В общем пошли обратно, пока ещё один такой не пожаловал. Леху и Олега надолго оставлять нельзя, могут сожрать…

Час пролетел незаметно и появилась новая проблема, у землян кончилась вода. Держа в руках две пустых половинки скорлупы кокоса, Макс поинтересовался:

— Кто по воду пойдёт, ты или я? И за фруктами надо бы сходить, ведь жрать хочется. Осилишь?

Антоха, сидящий на дереве и пытающийся при помощи ножа изготовить идеальное древко для копья, испуганно уставился на товарища и шёпотом сказал:

— Макс, лучше ты иди, а я останусь, охранять буду. Мне тут как-то спокойнее, хоть и жутко боязно одному оставаться. — Он кивнул на спящих товарищей. — Эти пока что так себе компания…

— Ладно, будь тут, мне не сложно сходить. Засиделся я,