Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

Нефрита потерла глаза и от усталости понурила шипы.

– Я не чуяла Сквернов с тех пор, как мы отлетели от берега. – Ее голос звучал крепче, чем у Луна, но не намного.

Утес нахмурился.

– Вам нужно спуститься в каюты.

Лун был с ним полностью согласен. Малахита уже несла Сумрака вниз, Лоза шла за ней. Нефрита нахмурилась и обеспокоенно посмотрела на Флору, которая приняла земной облик и растянулась во весь рост на палубе.

– Флора, с тобой все хорошо?

Воительница заверила ее:

– Я в порядке. Просто не хочу пока спускаться в трюм. Мы там уже насиделись.

Утес проворчал:

– Я за ней пригляжу.

Когда они поковыляли за Малахитой, Нефрита шепотом спросила:

– Все было настолько плохо?

Звон сказал:

– Ужасно.

Лун сказал:

– Могло быть и хуже.

Внизу у лестницы их встретила Селадонна.

– Вы в порядке? – спросила она, переводя взгляд с Сумрака, лежащего на руках Малахиты, на Луна, который по пути вниз опирался о стену, чтобы не упасть.

– Да, только мы чуть не утонули, – ответила ей Лоза, уже входя в каюту, где лежали раненые. Она присела рядом с Кораллой, коснулась ее лба и встревоженно оглядела остальных. – Мне нужно приготовить отвар для легких. И Сумрак совсем истощен. Звон, ты не мог бы…

– Я подогрею воду. – Звон пошел к металлической печке.

Малахита опустила Сумрака и помогла ему сесть. Он все еще был слишком бледен, его щеки ввалились, а под глазами появились темные синяки. Лун тяжело осел рядом с ним и, хрипя, выдавил:

– В корзине есть еда. Фрукты и хлеб.

Селадонна поспешила к корзине. Нефрита подняла было одеяло, затем понюхала его и с отвращением отбросила. Вещи на корабле все еще воняли Сквернами и дымом, хотя горный ветер, который задувал в отверстия, уже освежил воздух в трюме.

Обращаясь к Малахите, Сумрак едва слышным голосом просипел:

– Я кое-что узнал. Сорок циклов назад тот монстр, «проводник», посоветовал другой стае Сквернов напасть на восточную колонию Опаловой Ночи.

Малахита замерла, уставившись на него.

Сумрак продолжал:

– Мне рассказала об этом прародительница. У нее не было родственных связей с той стаей, и она знала очень мало, лишь то, что ей поведал проводник. Хотя она притворялась, будто знает все. – Он повернулся к Луну. – Ты был прав. Они всегда лгут одинаково, и это скоро становится заметно.

Селадонна села и открыла корзину с припасами, прислушиваясь к разговору, который все больше сбивал ее с толку. Нефрита хриплым голосом спросила:

– Но почему именно на Опаловую Ночь?

– Потому что проводник думал, будто у Опаловой Ночи больше общего с предтечами. Из-за того, что колония располагалась не в Пределах, а на востоке, он решил, что она – самая старая из всех и находится ближе к городу, где он заточен. – Сумрак задрожал и обнял себя руками. – Прародительница говорила, что проводник чувствовал раксура и многое знал о нас, но мы даже не подозревали о его существовании. Прародительница из-за этого решила, что Скверны просто могущественнее нас. – Он с усмешкой прибавил: – Наверное, в конце она так уже не думала.

Малахита забрала у Селадонны корзину с припасами.

– Поговорим об этом позже. Ешь. – Голос старой королевы тоже звучал немного сдавленно – все-таки и она не была неуязвима.

Почти не скрывая нетерпения, Селадонна спросила:

– Мне кто-нибудь расскажет, что произошло?

Лун начал было говорить, но от первого же вздоха зашелся кашлем. Перебирая пакетики с травами из своей сумки, Лоза ответила за него:

– Мы со Звоном все расскажем. А вы молчите и отдыхайте.

Лун решил, что это она хорошо придумала.

* * *

Отваром, который приготовила Лоза, обычно лечили легочную хворь, и благодаря ему горло и грудь Луна сразу же перестали болеть. А еще из-за него весь оставшийся вечер и ночь прошли для Луна в сонной полудреме.

Он несколько раз просыпался и видел Сумрака, который спал, свернувшись калачиком под крылом Малахиты, а один раз очнулся, прижимаясь к боку Утеса. Он смутно помнил, как разговаривал со Звоном, и тот жаловался ему, что им придется очень долго ремонтировать корабль Делина, потому что две молодые королевы-дочери, которые им управляли, трижды задели скалы и поцарапали корпус. Лун в свою очередь думал, что Делин больше расстроится из-за дыры в днище. Зато Сквернов было нигде не видать. Ночь выдалась темной, полумесяц и звезды скрывались за облаками, а ветер быстро нес корабль вперед.

На рассвете Лун проснулся рядом с Сумраком, Лозой, Шафраной и Флорой. Он встал, тихонько обошел их и поднялся на палубу.

Ветер скользил по его коже, как прохладный шелк, и нес сладковатые запахи деревьев и гор, которые остались позади них. Небо все еще было затянуто тучами, но местами из-за них выглядывало утреннее солнце, гревшее палубу. Они летели над предгорьями, на которых росли редкие рощицы больших папоротниковых деревьев и яркие розовые кусты с шипами. Луну показалось, что он услышал далекий вопль горного ветрокрыла, но тот затерялся в шуме ветра, и, возможно, просто почудился ему.

Нефрита сидела на борту и смотрела вниз, на проплывающую под ними землю. Утес стоял на носу. Звон управлял кораблем, зевая и облокачиваясь на рулевую колонну. Малахита сидела посреди палубы лицом к корме и смотрела на небо. Она была в облике арборы, но выглядела от того ничуть не менее грозно. На мягкой земной чешуе ее шрамы были еще заметнее.

Лун подошел и сел рядом с ней. Она повела шипом и, повернув голову, посмотрела на него.

Он начал было говорить, но ему пришлось сначала откашляться, и лишь тогда он смог произнести:

– Прости за то, что я сказал тебе в колонии.

Малахита кивнула, принимая его извинения.

– Ты зол из-за того, что случилось. Ты еще долго будешь злиться. Как и я. Мы лишь можем стараться обуздать наш гнев. Или хорошенько скрывать его, когда он все же овладевает нами.

Лун подумал, что она, наверное, права. Он посмотрел наверх, щурясь против рассветного солнца.

– Я хочу остаться с Нефритой.

Он приободрился, когда Малахита в ответ лишь обреченно усмехнулась. Затем она сухо сказала:

– Это я уже поняла.

– Коралла, кажется, хорошая королева, но с ней я быть не хочу.

Шипы Малахиты недовольно всколыхнулись.

– Коралла слишком много о себе мнит. – Значит, кроме самой Кораллы никто за ее предложением не стоял. Это тоже обнадеживало. Малахита прибавила: – Я могу найти тебе королеву в любом дворе Пределов, в каком только пожелаешь.

Лун сказал:

– Я хочу королеву из Тумана Индиго. – Он знал, что