Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

— Скромнее, — согласился кивнув.

Мы зависли в воздухе на одном уровне, Ооноки держался за счёт своей техники, я за счёт маны. Под нами Коноха жила своим утренним шумом, торговцы, детские голоса, запах выпечки, который поднимался даже сюда.

— Ты мог ударить, — сказал я помолчав и указывая вниз пальцем. — Деревня открыта сверху, мало кто тебя почувствовал бы прямо перед ударом.

— Мог, — согласился Ооноки без колебания не изменившись в лице.

— Но стоишь здесь уже сколько, пару минут?

— Семь минут, — поправил он точно.

— И ждёшь.

— Жду.

Я посмотрел на него внимательнее. В его лице работала оценка, которую видел тогда над ущельем, когда уходил из Ивы. Тогда он стоял с Ханзо и смотрел вслед, понимая, что мог умереть. Сейчас он стоял в небе над чужой деревней и ждал разговора. Что-то в нём явно-о-о, изменилось за прошедшие месяцы.

— Говори, — произнёс, взмахнув головой вперёд.

Ооноки опустил руки вдоль тела и посмотрел куда-то в сторону, на хребет.

— Мои люди, — начал он нахмуренно. — Те что ты взял в долине Такарэй…

— Живые.

— Я надеялся, что живые. — Голос у него был ровным хотя лицо он до конца не держал. — Хочу их назад.

— Понятно.

— И мир, — добавил он тише.

Я повернул голову чуть в сторону, а он продолжал смотреть на хребет.

— Официальный. С Конохой. — Ооноки наконец посмотрел прямо на меня. — Переговоры, документы, всё по правилам.

— Ты хочешь мира через меня?

— Хочу мира, — поправил он. — Через тебя или через Хокаге, мне без разницы кто подпишет. Но то что ты сделал в долине Такарэй стало известно всем, кому нужно было знать. — Пауза. — Продолжать в таких условиях бессмысленно.

Последнее он сказал как-то обесиленно словно сам понимал насколько бессмысленно, я же замолчал, обдумывая его слова, а Ооноки ждал. Под нами в деревне кто-то громко выяснял отношения у лавки зеленщика, голоса долетали обрывками.

— А как же Ханзо? — произнёс я вспомнив.

Ооноки чуть прищурился.

— Разве вы с ним договор не заключили?

Цучикаге сдвинул брови. В его лице прошло что-то похожее на раздражение, быстрое и контролируемое. Я усмехнулся и уже понимал, что он скажет.

— Ну-ну, — произнёс помахав ладонью. — Не беспокойся Цучикаге. Я в ваши отношения не лезу, просто интересно что ты скажешь Ханзо.

Ооноки помолчал секунду.

— А что скажу? — произнёс он пожав плечами. — Саламандра человек осторожный. Он понимает, что мир строится на доверии. И понимает, что если мира требует человек чья сила сравнима с Сенджу Хаширамой, то этот мир будет прочным.

— Это красиво сформулировано.

— Это правда.

Да, подумал смотря на его лицо. Он и вправду боится. Не с дрожью в коленях, не с паникой в глазах, просто боится здраво, как боится умный человек, когда видит что-то за пределами своей лиги. Он это понял в ущелье ещё тогда и за месяцы эта оценка только укрепилась.

— Ладно, — произнёс. — Тогда держи.

Взмахнул рукой и свитки вышли из пространственного кармана один за другим. Двенадцать штук, те что остались после опытов. Я передал их без пояснений, Ооноки поймал каждый быстро несмотря на небрежность и количество.

— Это все? — спросил он.

— Все, — сказал.

Кивнул, убрав свитки к себе и больше на эту тему говорить не стал, мудрый Цучикаге. Те что умерли в лаборатории уже никуда не вернутся, и делать из этого вопрос я явно не собирался, понимая обстоятельства. Не стоит говорить прямо в лицо Каге что его людей использовали как подопытных крыс.

— Ты бы это, — указал пальцем вниз, — пришёл бы с официальным визитом в Коноху. А то мы с тобой поговорили в небе, как-то...

Почесал затылок ища слово.

— Не официально я понял, — произнёс Ооноки с сухим кивком.

Уже исчезая, становясь невидимым слоем за слоем, он сказал напоследок:

— Я рад что мы смогли поговорить.

И всё, воздух на его месте выровнялся. Я ещё несколько секунд стоял в небе, смотря на то место где он был, потом опустил взгляд вниз на деревню и вздохнул. Хорошо, что умные ребята всё поняли, когда я убрал Хагорому, меня ничего не останавливала начать убивать всех, кто мне мешал. Но…это дико, так что пришлось играть по жёстким правилам, не выходя за рамки.

Думая о том, что кто бы эти рамки ещё обозначил, переместился обратно в лабораторию.

***

Шар появился на столе там, где и был. Тройная спираль внутри двигалась ровно, без потери темпа. Я поднял его и покрутил в пальцах, холод от него шёл другой чем от ядра Раума, мягче, без этого укуса пустоты. Достал контейнер с оригиналом отметив что ядро Раума угасало заметнее чем утром, яркость упала ещё на треть. Поставил оба рядом на стол и стал смотреть.

Аналог работал правильно. Но в нём было что-то, чего не хватало оригиналу. Обратное тоже верно. Ядро Раума несло в себе тысячелетия присутствия в живом теле, и в самой центральной точке была плотность, которую за несколько часов не воспроизведёшь. Моё горело ярко и ровно, а оригинал потихоньку угасал с достоинством старой вещи.

Понадобится пару изменений в конструкции. Центральная точка должна быть плотнее. Возможно нужен другой угол входа петли возвращения, там, где третий поток пересекался с первым я видел небольшую потерю на каждом цикле, некритичную, но за долгое время накапливающуюся. Убрал оба в карман и взял свиток с записями.

Работать спокойно оставалось ровно до следующего дня.

***

Посол из Ивагакуре прибыл через сутки после рассвета. Я узнал об этом от Нацу которая вошла в комнату прямо во время расчётов, постучав своими тремя привычными ударами.

— Принцесса зовёт, — произнесла она.

— Что случилось?

— Пришли люди. Из Ивы.

Нацу стояла в проёме с видом, когда новости важные, но подробностей у неё нет и она ждёт от меня реакции. Я свернул свиток и встал. Мито