Фантастика 2026-152 - Николай Дмитриевич Соболев

В этом — вся их сила, но, одновременно — и слабость, конечно же, тоже. Они и тут с упорством маньяков цепляются за привычные им земные инструкции и правила. А тут — ну совершенно же другая планета, другая жизнь, и все отношения надо выстраивать за-но-во! С самого начала. Между людьми, сообществами, народами, островными группами — между всеми нами. Вот мы, например — этой своей миссией их и строим.

Да, справедливо признаю, стоит использовать всё лучше, что создала на Земле наша человеческая цивилизация, непременно стоит, но не до такой же безумной степени! Представляете — между бревенчатых домов «главной улицы» (die Hauptstraße) и матерчатых палаток, расположенных друг от друга строго на одинаковом расстоянии, некое подобие выравненной дороги с дорожной разметкой у них устроено! На каждом доме, на каждой палатке — инвентарный регистрационный номер! И даже девушка — полицейский регулировщик тут есть! Познакомились мы с ней — Магда ее зовут, после про неё расскажу. При том, что из колесной техники у них тут и ездит всего-то «две с половиной» электротаратайки. Две везут, а «половинка» — это грузовой прицеп. Подозреваю, даже практически стопроцентно уверена, что всё это — чуть переделанная и доработанная складская техника, но и её наличием они страшно гордятся. Практически каждый из нами встреченных местных «ненавязчиво» поинтересовался: «Есть ли у русских на их главном острове дорожное движение и машины?» Пришлось отшутиться традиционно: «У нас нет дорог и такой, как у них, „техники“ тоже — зато есть направления. По ним и перемещаемся!»

Ну не рассказывать же, что у нас на Доме всё намного проще устроено и без дорожного движения прекрасно пока еще обходимся. А вот тачки и тележки — наверное стоило бы перенять — при встрече с Котом непременно о том расскажу.

Остальной их наземный транспорт — многочисленные «экологически чистые» велосипеды. Похоже, что они есть тут у многих. Даже мопедов и легких байков нам ни разу «на дорогах и улицах» не встретилось. Может и есть они у кого-то в закромах, мало ли кто с чем сюда попал при переносе, но они их сурово берегут и «от наших завидущих глаз» прячут — вдруг да умыкнем к себе ненароком? Такое впечатление, что они нас с цыганами-конокрадами путают.

Может я и грустно шучу сейчас, и напрасно на них лишнее наговариваю, но что-то справедливое в этом тоже присутствует. Была б возможность — мои горячие орлы из команды точно подрезали бы что-то условно «бесхозное» в нашу пользу! Не себе лично, такого и в мыслях нет — нашему сообществу. Уже поинтересовались — «как бы я отнеслась к такому»? Разумеется — «чисто теоретически». Отругала, конечно, но как-то вяло. Подозреваю — что меня они совершенно правильно и однозначно поняли.

Совсем-то уж грубо не подставят, «все ж таки, у нас не только исполнительская и торгово-транспортная миссия здесь, но и отчасти представительская-дипломатическая. Негоже реноме-то себе на будущее портить». Так я им и сказала. «Нам с ними, как с непосредственными соседями, ещё много торговать предстоит и мирно соседствовать. Но если и завалится что-то невзначай за обшивку из перевозимого — мне, чур, об этом не рассказывать! И знать про то не хочу! До нашей территории.» Оттого-то и неуютно, когда огульно нас, чохом в чём-то криминальном, всех без исключения, подозревают. Я же не такая!

Основная же причина — почему мотоциклов и мотоколясок не видно — другая. Георг мне сказал — «на ушко по секрету», поделился. Горючее здесь в большом дефиците и используется только и исключительно для морских судёнышек. Невеликих и малогабаритных, кстати. Да и то лишь в экстренных случаях. Они, эти здешние «европейцы» из тутошнего «евросоюза» — достаточно рациональны и скрупулёзно до неприличия бережливы, абы на что его не тратят. Мало того, ещё стараются всё до мелочей продумать и рассчитать заранее. Там, где можно обойтись вёслами и парусами — используют именно их.

Зато очередной раз появление нашего Флагмана у причала вызывает паломничество к нему практически всего Гаагского населения. Каждый и каждая находит повод и причину «случайно» оказаться рядом с причалом на «набережной». Нет, никто здесь не прыгает на месте, не машет нам приветливо руками, как это делали бы в менее цивилизованных и более дружелюбных «странах» и сообществах, и даже здешние дети ведут себя в меру тихо и прилично, в рамках приличий. Но в глазах у многих здешних взрослых читается неприкрытая зависть к тому, что у нас этот транспорт есть, а у них почему-то до сих пор его нету. Чувствую — уходить нам отсюда будет после окончательно расчёта трудно. Отнять-то Флагман у нас они не отнимут, но… Торговаться будут за все сделанное нами и ими для нас с упоением. Ничего, мы подготовились уже — обсудили как и что. Их ещё только лишь ожидают «приятные» сюрпризы — заготовили несколько.

Зато теперь, после моей эпической ругачки с их «властями» по радио и очно, после первого прибытия с грузом с «албанского» склада — разгрузка катамарана и его прицепов каждый раз проходит у нас довольно быстро: все их мужчины принимают в ней самое деятельное участие. Женщины внимательно наблюдают что привезено в этот раз, специальные учётчики все дотошно фиксируют — «опись, прОтокол,» записи сдал-принял в ведомостях и бухгалтерских гросбухах ведутся.

Надоело это всё — к своим хочу, на Дом! Насмотрелась уже и «нанюхалась» тут этой «европейщины» — до полного её неприятия. Побывать здесь и увидеть всё это, безусловно — стоило, да, но жить так формализовано и регламентировано нельзя! Долго. Мне, во всяком случае — совсем не понравилось. Вернее — уже даже и разонравилось. Все первые приятные впечатления постепенно смазались — когда поближе я их рассмотрела и понимать про них кое-что стала. До рабства и неприкрытого вождизма-фюреризма они тут ещё пока не дошли, но успешно движутся именно в том направлении. Как нас Кот и предупреждал, кстати передж этой командировкой… Сама именно это и фиксирую… Грустно такое наблюдать. На словах одно заявляют — а на деле-то совсем другое рисуется. Вот те же албанцы, к примеру — они тут точно не как равноправные со всеми прочими будут, а где-то «третьего сорта». Всё к тому идёт. Вполне ведь приличные люди эти европейцы. С виду. И такое.

В земной Европе, в тех странах, где побывать пришлось по работе — этого чувства почему-то ни разу у меня не возникало. Это и про Германию, и про Австрию, да и