Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

Но успел увидеть, что Мать вновь выпрямляется. И ярость внутри трещины оживает сильнее.

Элена пыталась подняться, но трескун прыгнул ей на спину. Она вскрикнула и свет погас.

— Я помогу! — рявкнул Ильвар.

Он кинулся к девушке, создав стену между нами и потоками мелких тварей. Но теперь мы с Рактором остались один на один с огромной матерью.

Отлично.

Прекрасно.

Я поднялся, чувствуя, как кожа на руках пульсирует от ожогов.Даже усиление не спасало — наоборот, оно только усиливало боль.

Мать шагнула вперёд, и я понял одну вещь: Она не просто монстр. Она сама — часть разлома. Полу-стихия. Полу-структура круга.

Если уничтожить её — может, получится дезориентировать всех мелких.

Но как подобраться?

Рактор попытался отвлечь её — ударил в бок вихрем. Я увидел, как на секунду трещина «повернулась» на звук.

Вот оно.

— Рактор, отвлекай! — крикнул я и рванул вперёд.

Усиление взвыло, не позволяя вдохнуть полной грудью. Я чувствовал, как под бронёй камня отзывается пламя — родственное, но чужое.

Я врезался в монстра, ладонью целя прямо в трещину. Пламя вырвалось из меня — резкое, яростное.

Тварь обиженно взревела. И в этот же миг боль накрыла меня волной — враждебный огонь пытался прожечь мою руку до кости. Я заорал, но не отдёрнул руку — вкладывал всю силу, всё, что мог.

Стена огня треснула.

Треснула ещё раз.

И—БАМ!

Взрыв света и пепла отбросил меня назад. Я ударился о камень, мир решил прикинуться каруселью. Рука выглядела так, будто её держали в горне.

Но монстр стоял, пошатываясь. И теперь её пасть была… перекошенной.

Ильвар прорвал стену и ворвался к нам.

— В сторону! — крикнул он.

Земля под главным трескуном взорвалась, и монстр окончательно потерял равновесие.

Рактор призвал ветер, усилив падение. Мать обрушилась на бок — и треснула пополам. Каменная громада рассыпалась на раскалённые куски. Стая мелких трескунов замерла, а затем начала таять, словно кто-то выключил в них жизнь.

Мы стояли посреди пепельного облака, едва дыша.

— Кирилл, ты… — Элена смотрела на мою руку с ужасом.

— Жив, — выдавил я сквозь зубы. — Главное — жив.

Краем глаза я заметил Торгана вдалеке. Он стоял на уступе, где бой был виден как на ладони.

Увидел, как я добил монстра.

Увидел, как остальные смотрят на меня.

Его лицо было каменным.

Но глаза… Вот там да, там читалось всё, что нужно:

"Его надо убрать."

И лихорадка страха внутри меня впервые с начала круга стала сильнее огня.

Запах раскалённого камня долго висел в воздухе. Стены каньона уже не дрожали, но уши всё ещё звенели от взрыва.

Мы стояли среди обломков матери трескунов, обессиленные, но живые. Я попытался согнуть обожжённую руку — получилось, хотя боль вспыхнула, будто кто-то ткнул железом в свежую рану.

— Не трогай, — Элена схватила меня за локоть. — Ожог глубже, чем кажется.

— Сейчас не до этого, — ответил я, стараясь не морщиться. — Где остальные?

Ильвар уже обходил площадку — проверял, не осталось ли трескунов. Рактор сидел на камне и пытался отдышаться, выглядя так, будто ещё один скачок — и он упадёт.

Тишина в лабиринте была странной. Слишком чистой. Слишком… выжидающей.

И именно поэтому я услышал тихий скользящий звук за долю секунды до того, как тьма ударила.

Тень сорвалась с боковой стены, будто оторвалась от камня. Мрада. Быстрая, как плеть.

В одной руке — клинок тьмы, который не отражал свет, но поглощал его. Во второй — короткий крюк.

Её цель — Элена.

Она метнулась настолько стремительно, что я едва успел среагировать. Тень прошла рядом со мной — и я почувствовал, как вокруг хлынул холод, будто по коже прошёлся морозный ветер.

— Элена, ниже! — крикнул я.

Элена успела пригнуться — лезвие рассекло воздух над её головой.

Ильвар подал голос:

— Мрада?! Ты что творишь?!

Тень рассмеялась — тихо, почти беззвучно. Глаза её были… пустыми.

— Здесь выживает сильнейший, — сказала она. — И вы трое только что доказали, что именно вы — главные препятствия.

— И ты решила ударить в спину? — бросил я.

— Это единственный правильный путь.

Маги тьмы… они всегда считали себя выше правил. Но нападение в такой момент — даже для неё это было слишком. Она метнулась второй рывок, быстрее первого.

Ильвар поставил стену земли — Мрада прошла сквозь неё, как сквозь туман.

— Это иллюзия! — рявкнул Рактор.

Поздно. Настоящая Мрада ударила мне в бок. Усиление спасло ребро, но я отлетел, ударившись о камень.

Из тени вышли два её союзника. Они двигались, как марионетки, следуя за своим лидером.

— Не ожидал, что окажешься таким крепким, огневик, — прошипела она, направляясь ко мне. — Но ничего. У всех есть предел.

Я поднялся. Пламя внутри вспыхнуло, но я сдержал его — слишком рискованно жечь тень, можно задеть Элену или Ильвара.

Если бы я стоял один — вопросов нет.

Но сейчас…

Сейчас приходилось думать.

Млада чувствовала это. Улыбнулась.

И тогда — впервые за всё испытание — Элена шагнула вперёд. Её свет вспыхнул не мягкой защитой, а острой, режущей вспышкой, как удар меча.

— Отходи, Кирилл! — крикнула она.

Я отскочил вовремя. Свет ударил в Мраду, разрывая тень вокруг неё, заставляя иллюзию дрогнуть.

Мрада взвыла — свет был для неё хуже огня. Но её союзники ринулись вперёд. Ильвар встретил их стеной земли — настоящей, плотной, как костяная плита.

— Кирилл, Сейчас! — крикнул он.

Я сделал рывок, включив усиление на полную.

Только одна мысль:

Выбить её за границу круга.

Мрада поняла мои намерения — но поздно. Она попыталась уйти в тень, но Элена поставила вокруг нас световой контур.

Тень деформировалась.

Тень дрогнула.

Мы столкнулись. Я поймал её за плечо и вдавил ладонью в землю — если бы не усиление, она бы ушла от меня мгновенно.

— Не смей… — прошипела она. — Этот круг мой!

— Он никому не принадлежит, — сказал я и толкнул.

Граница круга была в нескольких шагах. Она не виднелась — просто воздух становился плотнее, как стекло без цвета.

Мы с Мрадой