Фантастика 2026-71 - Юрий Иванович

и не получит в ближайшее время титул Виконта, но это не повод… — я запнулся. На сколько был тактичен, да и вообще разумен вопрос, который напрашивался сам собой? Не уверен, что спрашивать о таком хорошая идея, но я должен был знать. — Скажи, ты и вправду убила ребенка Энмиры?

— Что? — Ксиулан вздрогнула, будто я отвесил ей пощечину. Отвернулась, на долго замолчав. А затем тихо-тихо ответила. — Да.

Глава 20

Она молчала до самого Новыша. Какие бы вопросы я не пытался задавать — Кси огрызалась, все больше уходя в себя. Поверить в то, что девушка сознательно убила младенца, я не мог даже после ее слов, но и говорить о полной непричастности тоже было нельзя. Она однозначно была замешана, может даже была несознательным исполнителем. И все равно, кто способен на убийство младенца? Я бы на такое пойти не смог.

— Порт виден! — крикнул вперед смотрящий. — Мы у Новыша, господин!

— Отлично, причаливаем. Девушки, идем все вместе. Без разговоров. Команда сопровождения, готовьтесь. Дара, бери Дружка. Оружие не доставать, но и не сдавать! На корабли никого постороннего не пускать, особенно на корабль с паровым доспехом! — озвучивая приказы, я мысленно формировал задания, выставляя условия. Может это было и медленнее, и более муторно, зато гарантированно давало результат. Да и вопросов глупых больше не возникало.

— Кто такие? Откуда? — недоверчиво спросил глава караула. Таможенник, собиравшийся было подойти, увидев наше вооружение, понял, что везем мы с собой только пиздюли. А процент с них получать не слишком-то хочется. — Не положено в град с оружием!

— С дороги, иначе на мостовой окажешься, — спокойно сказал я, — не к тебе мы, а к князю.

— Не положено… — вновь попробовал возразить стражник, но мои сопровождающие просто отодвинули его в сторону. Возможно, он хотел бы крикнуть и приказать закрыть ворота. Или позвать сослуживцев. Да только ворота все еще валялись выбитые после предыдущего штурма. А количество стражников порядком подсократилось. Война внесла свои коррективы, и бросаться на три десятка хорошо вооруженных воинов никто не спешил.

На улицах было все еще оживленно, хотя оживление это было куда менее приятным и воодушевляющим. На ярмарке, где раньше продавалось все, что только можно, оставшиеся купцы сбывали за гроши. Обгоревшие ковры, всевозможная утварь и украшения стояли даже без присмотра, они никому не нужны были. А вот возле лотков, где продавали зерно, явно не первой свежести и далеко не лучшего качества, стояло различимое оживление.

— Что там? — спросила Дара, которая жалась ко мне, испуганно оглядываясь по сторонам. Для нее это был первое посещение столь крупного города, пусть и полуразрушенного. — Почему такая толпа?

— Это толпа? — усмехнулась Эва, пренебрежительно глядя на толкущийся люд. — Видела бы ты, что творилось на площадях Уратакоты, как от народа ломились трибуны главной арены!

— У них просто приоритеты изменились, — терпеливо объяснил я волчице, — раньше они покупали красивые вещи, а сейчас только нужные. Война расставила все по местам.

— Слушай, — прокряхтела Кси, — господин. Зачем вы меня с собой взяли? Неужели мы в таком состоянии еще и грабить кого-то будем? Этим людям и так досталось от жизни.

— Никакого разбоя или преступлений, — строго ответил я. — Мы здесь для того, чтобы оказать им помощь, а не нанести еще больший вред. А тебя я с собой взял, чтобы не беспокоиться лишний раз. Не знаю, что ты сотворила и зачем, но оставлять тебя одну не намерен. У нас и так в последнее время одни потери. Нужно разорвать этот порочный круг и двигаться дальше.

Разговаривая, я ни на секунду не отвлекался от отслеживания окружающей обстановки. И на миникарте, и взглядом, ловя встречных и догоняющих. Людей, которые решались бы приблизиться к нашей процессии, было не так много. В основном, посыльные, дети, да и вообще личности не слишком думающие.

Горожане и купцы прятались в подворотни, запирали ставни, захлопывали ставни. И даже встреченный боярин со свитой из дружинников предпочел не сталкиваться с нами лбами, а отойти в сторону, переждав. Зато весть о нашем прибытии донеслась до врат куда быстрее, чем дошли мы сами, и нас встречали запертые ворота да отряд отборных воинов на внутренних стенах.

— Кто таков будешь? Зачем пожаловал? — крикнул сотник с густой окладистой черной бородой, в доспехе и при оружии. Я различил на подбородке скрываемый волосами широкий шрам — вояка явно был из опытных, это не стражник в порту.

— К воеводе Илье, лекари, — с ухмылкой ответил я.

— Ага, знаем мы таких. Вы и от жизни легко излечите. Говори, зачем пришел и рать свою привел⁈ Кто таков на самом деле будешь? — не унимался начальник стражи. Но отвечать я ему не намеревался. Спорить было бесполезно, а потому я использовал свои новые способности, чтобы связаться с отравленным богатырем. И уже через минуту дружинника оторвали от созерцания. — Чего тебе надобно, Прасковья? Кто сказал, Илья? К себе привести⁈ Их же тут толпа целая!

— Большинство останутся во внутреннем дворе, — успокоил я караульных, — в терем я возьму только самых нужных.

— Не знаю, как про вас воевода прознал, — удивленно сказал сотник, — но коли сам Илья приказывает… Отпереть ворота!

В очередной раз порадовавшись удобству и универсальности применения своих новых способностей, я вместе с соратниками прошел через ворота. Внутри все было почти так, как и прежде. Война коснулась княжеского терема лишь слегка. Хотя и была заметна по все еще торчащим из бревен стрелам. Во дворе стояли навесы, которые использовали вместо шатров рядовые дружинники. Видно было, что город так и не отошел от осадного положения.

— Больше пяти не пущу! — упрямо сказал сотник перед входом в терем. — Коли лекарь, так и один управится сможешь. А не зачем толпой ходить.

— Черт с тобой, — погладив Акташа, я оставил лютоволка снаружи и, взяв только девушек, мы зашли в хоромы. Пусть не сразу, но эхо войны чувствовалось даже здесь. Свечей было мало. Выбитые окна закрыты ставнями. Да и не прибирал здесь никто толком. — В начале веди к Илье. Посмотрим, что с ним, а потом уже и к Владимиру зайти можно будет.

— Я вам что? Служка? — возмутился сотник, но дорогу показал. Однако стоило двери открыться,