Фантастика 2026-40 - Вячеслав Киселев

До встречи с Егором оставалось полтора часа.

Глава 4

Полицейский отчет 1680 года

Вечером Егор с Дашей собирались проведать Степана в больнице, а пока, вспомнив данное приятелю обещание, Кукушкин принялся искать фотографии студентов университета в памяти своего телефона.

Егор отлично помнил, как по просьбе декана он и еще несколько ребят фотографировали новые группы университета. Снимки делали на дорогую профессиональную камеру, но некоторые Егор дублировал на телефон. И загадочная Елена, если только она училась в их универе, точно должна была найтись на одном из этих групповых снимков.

Он почти час рассматривал многочисленные фотографии. Здесь были изображены все новички. Почти всех этих ребят Егор видел на практике в Историческом музее. Но Елены среди них не оказалось. Значит, она не студентка. Но кто тогда?

Пролистав все фотографии, Егор отправил Степану сообщение: «Твоей Елены нет в числе студентов». Бузулуцкий ответил пару минут спустя: «Понятно. Но тогда как она проникает в музей? Кого попало охранники туда не пускают».

«Спросишь ее при следующей встрече», – напечатал в ответ Егор и усмехнулся.

Затем отбросил телефон и откинулся на спинку кресла. До встречи с Дашей оставалось еще немного времени. Егор сидел в гостиной, а перед ним на журнальном столике лежала та самая книга, из-за которой они пережили такие ужасы в Белогорах.

Подшивка была открыта – видимо, отец читал накануне вечером. Егор придвинул ее к себе и с любопытством начал перелистывать потрепанные страницы.

Он хорошо помнил, как книга была нужна тому жуткому типу, нынешнему обладателю про́клятого венца Марголеаны. Ради нее он даже пошел на убийство безвредной старухи.

Держать ее в квартире было довольно опрометчиво, Егор только сейчас это понял. Интересно, почему отец не отнес ее в детективное агентство? По крайней мере, в его кабинете есть сейф. Надо бы ему подсказать… А пока, пользуясь тем, что у него еще есть свободное время, Егор сфотографировал все страницы пухлой подшивки на свой сотовый телефон. Так, на всякий случай.

Внезапно его внимание привлекла не очень четкая ксерокопия старинного письма, написанного на французском языке изящным почерком с завитушками. К копии было прикреплено несколько листов с переводом письма на русский язык.

«Выдержки из полицейского отчета господина Габриэля Вернье касаемо обстоятельств смерти Марголеаны Монвуазен, а также событий, имевших место в деревне Йевр-ле-Шатель в январе 1680 года», – гласила надпись в верхней части первой страницы.

Поначалу Егор хотел лишь просмотреть текст, но неожиданно чтение его увлекло, и вскоре он понял, что не остановится, пока не изучит документ до конца. Сварив кофе, Кукушкин расположился прямо в кухне, открыл подшивку на обеденном столе и продолжил знакомиться со старинными записями, сделанными в семнадцатом веке.

…Поздним вечером в начале января 1680 года, когда на улицах Парижа окончательно сгустилась тьма, в дверь моего дома громко постучали. Кляня про себя столь позднего посетителя, я пошел открывать, на всякий случай вооружившись длинной кочергой. На пороге стоял тощий парнишка лет шестнадцати в потрепанной одежде.

– Месье Габриэль Вернье? – деловито осведомился он.

– Да, – удивленно ответил я, рассматривая пришельца.

Он был высок и, несмотря на худобу, плечист, его волосы отливали медью и золотом, а в желто-зеленых глазах плясали бесенята. Увидев в моей руке кочергу, он усмехнулся:

– Вы приготовили это для меня?

– Думаю, тебе не хуже моего известно, какой сброд околачивается на улицах по ночам. Так что тебе нужно?

– Меня прислала за вами хозяйка, месье. Дело пахнет большими деньгами, поэтому не могли бы вы прямо сейчас отправиться со мной? Я провожу вас, так что можете оставить кочергу дома.

– Для начала назови мне свое имя, мальчишка.

– Арбогаст, – ответил тот и оскалил зубы в широкой улыбке.

– Странное имя для уличной шпаны.

– Я уже давно не шпана, месье. А если мое имя вам не по душе, можете называть меня как вам будет угодно.

– Хорошо же, Арбогаст, – смирился я. – Так на кого ты работаешь?

– Хозяйка просила не называть ее имя, но, уверяю вас, она весьма богата, и вы не пожалеете, что согласились поработать на нее.

– Но я еще не давал своего согласия, – проворчал я. – Откуда она меня знает?

– Но как же, месье Вернье? Всем известно, что вы не только служите в полиции, но и оказываете частные услуги, особенно когда нужно кого-нибудь или что-нибудь найти. Говорят, во всем Париже нет никого лучше вас, месье. Вот она и направила меня к вам. Главное, чтобы все осталось в секрете. Скоро сами поймете почему.

Я был весьма заинтригован. К тому же лишний заработок никогда не помешает.

– Что ж, Арбогаст. – Я набросил на плечи плащ, надел любимую шляпу. – Веди меня.

И мы двинулись по узким темным улочкам Парижа. Арбогаст всю дорогу болтал о разных пустяках, расспрашивал о моей службе в полиции. Я особо с ним не откровенничал. Ни к чему этому прощелыге знать о делах полиции. Но надо отдать парню должное – хоть он и трепался не умолкая, о своей хозяйке не сказал ни слова, даже когда я задавал ему вопросы. Просто уходил от темы.

Когда мы пришли по нужному адресу, стало ясно, к чему такая таинственность. Я отлично помнил этот мрачный дом. Два месяца назад мне пришлось быть здесь по долгу службы, чтобы произвести арест одной печально известной колдуньи, причастной к убийству нескольких сотен человек. Зима в этом году выдалась малоснежная, и в саду, окружающем строение, все еще зияли десятки глубоких ям, из которых полицейские несколько дней извлекали человеческие останки.

Свет в окнах дома не горел, а внутри стояла мертвая тишина. Арбогаст толкнул дверь и пригласил меня войти. Следуя за шустрым мальчишкой, я поднялся на второй этаж, и вскоре мы оказались в небольшой сумрачной комнате с низким потолком. В камине у дальней стены полыхал огонь. Перед ним в резном кресле сидела молодая женщина в дорогом платье.

– Месье Вернье, – произнесла она, приветствуя меня кивком. – Рада, что вы согласились прийти.

Арбогаст исчез так бесшумно, что я даже не заметил, когда это произошло.

– Вы узнаете меня? – тихо осведомилась женщина в кресле.

– Догадаться нетрудно, мадам. Этот дом принадлежит семейству Монвуазен. Хозяйка недавно была арестована и сидит в тюрьме. Муж ее мертв. Следовательно, вы – одна из ее дочерей?

– В смекалке вам не откажешь. Я – Маргарита Монвуазен, и моя мать действительно арестована. Я видела