"Фантастика 2026-98". Компиляция. Книги 1-30 - Андрей Волковский

— Ну-ну, — Кощей решил продолжить наш шутливый разговор. — Как Вы думаете, что дальше было?

— Дальше, — задумалась я, — не найдя в твоем лице поддержки, по невыясненным нам пока обстоятельствам, твоя фаворитка по образу и подобию нашего протеста, решила организовать свой собственный митинг на центральной площади твоей столицы.

— Значит, благодаря Вашим, Мария Васильевна, стараниям, в моем царстве зреет протестное движение, — поставив все с ног на голову, подытожил Кощей.

— Я тут уже совершенно не при чем. Протестует сейчас только первая красавица твоего царства! — отнекивалась я.

— Красавица? — неподдельно удивилась Кунегунда.

— Это, смотря с какой стороны глядеть? — философски заметила баба Яга.

— Получается, что теперь Роксана — первая красавица с конца?! — с детской непосредственностью поинтересовалась Войцеха.

— Боялышни мои дологие, класота — понятие изменчивое. Плосто в этом сезоне единая бловь и женские усики вышли из моды, — Елисей был бесподобен.

За столом грянул женский смех.

— Может быть, когда-нибудь в далеком будущем они пять будут пользоваться популялностью, — на полном серьезе вещал оболтус.

Мы уже откровенно держались за животы, боясь упасть со стульев на пол от хохота.

— Что ты намерен делать с новой проблемой? — отсмеявшись, спросила я.

— Поясни? — попросил Кощей.

Глава 64

— Как я понимаю, политика твоего правительства поменялась, теперь у вас не будет острой необходимости в присоединении спорных земель. Значит, произойдут изменения в кадровой политике. Кого они коснуться в первую очередь? — как всегда, перевела я беседу в допрос. — Дипломатов будешь урезать? Может, в связи со снижением напряженности внутри страны, сокращение коснется министерства по внутренним делам? Или, так как необходимость в мирном присвоении соседних земель отпала, будет увеличена армия, и вновь начнете воевать с соседями?

— Новые вводные внесут некоторые изменения в работу имеющихся структур, но ни в коей мере не приведут к их закрытию или кардинальному сокращению, — вот, послал так послал. — Дипломаты точно так же будут заниматься дипломатическими делами с другими царствами, да и никогда не стоит упускать возможность увеличить территорию своего государства, тем самым укрепив его. Думаю, в сложившихся обстоятельствах в ближайшее годы количество родившихся детей у нас резко возрастет, что только прибавит работы моему советнику по внутренним делам и его подчиненным. А, учитывая наши огромные территории и несколько напряженные взаимоотношения с соседями, моему государству просто необходима сильная армия. Что же касается советника по колдовству, то это место пока занимает зам Бенедикта Яцековича и, надо сказать, успешно с этим справляется. Но не стоит забивать столь сложной информацией свою хорошенькую головку, дорогая Мария Васильевна!

Вот, гад! И на вопрос не ответил и еще безмозглой курицей назвал! И что мне с того, что дохлик считает эту курицу хорошенькой?!!

Где проводилось совещание, мы узнали от Кунегунды и Войцехи. Зал находился в огромной башне, попасть в которую можно было по нескольким лестницам. Бывшие матрешки, бессовестно пользуясь своей новой внешностью и старыми связями, достали для нас всех шапки-невидимки. Мы спрятались в засаде за гобеленами и в незаметных глазу нишах. Времени прошло невероятно много, я даже успела задремать. Если бы не бдительность царенка, точно бы проспала всю слежку. Оболтус, в азарте, чувствительно пихнул меня в бок, отчего я даже тихонько ойкнула. Но вроде обошлось, наш советник по дипломатическим делам Миежко Урикович чинно направился к лестнице и степенно начал по ней спускаться. Она не была настолько крутой, но под ноги приходилось смотреть, чтобы лишний раз не шуметь.

— Болеслав, подожди минутку! — вдруг неожиданно позвал кого-то Миежко. — У меня к тебе очень интересный вопрос.

И дипломат, словно кузнечик, сноровисто поскакал вниз по лестнице, оставляя нас далеко позади. Мы рванули за ним, Елисей умчался вперед, а я замешкалась, запутавшись в подоле своего длинного платья. Вдруг, кто-то сзади больно схватил меня за волосы и зажал нос тканью. Сладковатый запах ворвался в легкие, и у меня все поплыло перед глазами. Последнее, что запомнила, это зеркальная лужа под ногами, в которую я падала.

— Вот ведь приснится, — еле-еле разлепив глаза, проворчала я, озираясь.

Комната передо мной расплывалась.

— Нужно завязывать со спиртным, оно не стоит того, чтобы потом мучиться кошмарами и провалами в памяти, — наметила я новую жизненную установку.

Тело затекло и болело от неудобной позы, я оглядела себя.

— Эх, Маша, Маша! Ты, видимо, до чертиков допилась в этот раз, если заснула одетой и сидя!

Самое странное, что я умудрилась заснуть с поднятыми над головой руками. Попыталась опустить конечности — не получилось. Подергалась и обнаружила, что я прикована к стене, причем, в прямом смысле этого слова, с оковами и цепями. Усиленно проморгавшись, смогла рассмотреть, что творится вокруг. Я находилась в довольно просторной темной комнате, освещенной одним-единственным волшебным светильником. Каменные стены ужасали наличием пыточной атрибутики. Здесь имелись колесо, к которому можно было привязывать людей, стул с острыми шипами на сидении и спинке, агрегат, напоминавший спортивного коня, и еще много «любопытнейшей» мебели. На стенах висели молотки, топоры, пилы, клещи, длинные металлические спицы. Все ясно, я попала в пыточную.

Ну, что я могу сказать по этому поводу, сидя на холодном каменном полу и прикованная к стене в очень неудобной позе, в которой плечи затекли и болели? В пыточной бабы Яги и Янины было больше очарования, уюта. Мои бабульки свои пыточные создавали, как произведения искусства, вкладывая в них душу. Здесь же наблюдался явно мужской подход: сухой, логичный, функциональный. Короче, так себе пыточная, без изюминки.

Интересно, а долго мне тут куковать? Просто день был крайне насыщенный, я порядком устала и хотела бы выспаться в своей кровати на перинке, а не на каменном полу у стеночки. Но одно меня радовало и грело, если не попу, то хотя бы душу: я первая удостоюсь чести узнать, кто в нашей сказке главный козел!

Ночь прошла не удачно. Спать, прикованной к стене, оказалось совершенно неудобно. Я то проваливалась в забытье, то выныривала из кошмара и попадала в точно такую же кошмарную реальность. Плечи нещадно болели, время тянулось невыносимо медленно. Как только лучики солнца стали пробиваться сквозь маленькое зарешеченное окошко, я попыталась вытащить руки из оков, или до кого-нибудь докричаться, но все было тщетным. Перегруженное днем на митинге и на озере горло не давало всласть поорать. Мои потуги освободиться не принесли никаких результатов, единственное: немного развеялась и согрелась.

Честно говоря, ситуация жутко нервировала. В голову приходили самые разные мысли: а вдруг меня тут забыли, а вдруг меня не найдут, а вдруг я тут простыну, заболею,