Рассвет проклятой Королевы - Эмбер Николь

Исайя улыбнулся Кадену, и я не могла не изумиться тому, насколько нелепым выглядело то, что два самых смертоносных Высших стража, которые были у Нисмеры, улыбались друг другу так, словно не могли повернуть мир вокруг своей оси одной лишь своей силой. Что же на самом деле чувствовал Каден? Он смотрел на Исайю с большой любовью, в то время как другим повезло бы, если бы они не погибли на месте, лишь обратившись к нему. Когда дело касалось брата, в Кадене проявлялась неизвестная мне сторона его личности. Возможно, Исайя был единственным человеком, которого он по-настоящему любил, если не считать странной одержимости Дианной.

Рядом с плечом Исайи мелькнул светлый хвостик, и я сделала шаг в сторону от Кадена, чтобы посмотреть, кто это. Имоджен стояла рядом с Исайей, ее мечи были пристегнуты к спине, и она все еще была в доспехах.

– Ты привел сюда Имоджен? – прошипела я.

Исайя бросил на меня испепеляющий взгляд, но ничего не ответил. Он похлопал Кадена по плечу и пообещал найти его позже, после чего развернулся и ушел. Имоджен последовала за ним с тем же душераздирающе пустым выражением лица.

Я схватила Кадена за руку чуть сильнее, чем собиралась.

– Почему он таскает ее за собой, как куклу? Что он…

– Успокойся. – Каден едва заметно отстранился от меня. – Мой брат склонен привязываться к вещам. Я полагаю, из-за того, что когда-то у него всё отняли.

– Она не игрушка. Если ему кто-то нужен, я уверена, что эльфийка, которая сейчас сверлит его взглядом, будет рада вызваться добровольцем.

Каден проследил за моим взглядом и увидел, что она стоит рядом со столом, уставленным разнообразными блюдами и пирожными. Ее заостренные уши были украшены драгоценными камнями, которые сверкали в свете ламп. На ней была накидка из блестящей ткани, которая облегала ее тело, придавая розоватой коже мерцающее сияние. Когда Исайя проходил мимо, ее хвост затрепетал. Он даже не взглянул на нее и направился дальше в толпу.

– Верука? – усмехнулся Каден. – Одноразовая подружка, не больше. Ты скоро поймешь, что секс мало что значит для старых, могущественных и бессмертных.

Я посмотрела на него.

– О, да? Тогда почему ты не поддался искушению?

Он перевел взгляд на меня.

– Кто сказал, что я не поддался?

– Все. Ведьмы шепчутся обо всех девушках, кто пытался тебя охмурить, а ты отворачивался. Это из-за того, как отреагировала Дианна, после всех тех лет, когда ты относился к ней как к запасному варианту? Боишься, что, когда ты притащишь ее обратно, она не захочет тебя, если узнает…

Каден схватил меня за шею – движение было таким быстрым, а хватка такой крепкой, что я зашипела от боли. Он притянул мое лицо к себе, и я обхватила его запястье рукой. Со стороны могло показаться, что мы двое влюбленных, которые не могут и секунды провести отдельно.

– Давай проясним одну вещь, – прошипел Каден сквозь ослепительную улыбку. – Мы не друзья. Ты не можешь говорить со мной так, как тебе вздумается. Я могу оторвать твою милую маленькую головку и даже не задумаюсь об этом.

– Тогда сделай это, – ответила я, сверкнув глазами. – Или признай, что боишься.

Он так сильно стиснул зубы, что я подумала, они вот-вот сломаются.

– Не хочу тебя разочаровывать, но то, что спустя столько лет ты решил, что она наконец-то достаточно хороша для тебя, не сработает. Даже если тебе удастся вернуть ее после того, как ты убил ее сестру и ее истинную любовь, она никогда больше не прикоснется к тебе, никогда не полюбит тебя снова. Ты никогда не станешь Самкиэлем.

Я ожидала, что он свернет мне шею, причинит боль, чего угодно, но не того, что он сделал. Гнев в его глазах угас, его хватка на моем затылке ослабла.

– У меня есть план на этот случай.

– План?

Каден отпустил меня и глубоко вздохнул, явно не желая делиться своими мыслями. Он отвернулся, и у меня все сжалось внутри.

– Я знаю, ты хочешь думать о моем брате самое худшее, но только благодаря Исайе эта девушка не оказалась в постели какого-нибудь генерала, решившего попробовать Руку на вкус. Он держит ее рядом, чтобы ее не изнасиловали.

Я нахмурила брови.

– Что?

– Как ты думаешь, что случилось с последним подразделением, в котором она была? – Каден усмехнулся. – По сравнению с половиной из этих генералов и командиров Нисмеры я бы показался милым котенком. Имоджен повезло, что он вовремя вмешался.

Я вспомнила, как Хильма рассказывала мне об этом, но запомнила только отрывки. Я отыскала Исайю и Имоджен в толпе. Он остановился, чтобы с кем-то поговорить, и поднял глаза, встретившись взглядом с моим. Исайя убил их всех ради нее, потому что они пытались прикоснуться к ней.

– Я… я не знала, – сказала я, отводя взгляд от Исайи.

– Именно, не знала. Ты, как и многие другие, ничего о нас не знаешь.

Каден осушил свой бокал и поставил его на поднос проходящего мимо официанта.

– То, что ты спас кого-то от чего-то настолько ужасного, не делает тебя хорошим парнем. Это делает тебя порядочным. Это нормально – испытывать отвращение к такому, – сказала я. – Я просто не знала, что в тебе или в нем есть что-то порядочное.

Каден усмехнулся.

– Ты думаешь, что мы самые жестокие монстры, но мы даже не самые худшие в этом мире.

Я ничего не сказала, но снова принялась искать взглядом Исайю – он исчез в толпе, а Имоджен послушно последовала за ним.

Позади нас прозвучал звук трубы, напугав присутствующих, и мы все разом замолчали. Один за другим мы обернулись, следуя за звуком, и увидели, как двери распахнулись еще шире. Каден положил руку мне на локоть, отводя нас назад, в толпу, окружавшую нас с двух сторон. Он отодвинул меня за спину, и я выглянула из-за его массивной фигуры.

– Я не вижу…

Он шикнул, и я нахмурила брови. Какого черта?

– Это Нисмера?

Он покачал головой, глядя на дверь.

– Нет, хуже.

Словно по сигналу, в дверь вошли двое солдат. Их перламутровые доспехи сверкали на свету. На руках и ногах были выгравированы замысловатые узоры, а на груди красовалось изображение массивного крылатого существа.

Они были похожи на ангелов. Могучих, величественных ангелов. Их шлемы были высокими, с витыми линиями на макушке и парой крыльев, повторяющих изгибы их спин. Все смотрели, как они входят в зал с большими коробками в руках. Некоторые крышки были приоткрыты, и я заметила блеск драгоценностей, когда они проходили мимо.

Я крепче сжала руку