"Фантастика 2026-186". Компиляция. Книги 1-25 - Айлин Лин

Он почему-то думал, что Агиллер, как человек опытный и правильный, сумеет дать ему верный совет, что делать дальше. Понадеялся на снег летом.

Запутывая следы у скриптория и бродя по Приречью, Джел тысячу раз перевернул в голове происходящее, и пришел к выводу, что Хапа рассчитывал на него в чем-то другом, и тоже не хотел, чтобы честных людей убивали. Наверное, не хотел. Не точно, что не хотел, но... По прежним разговорам с Патриархом Дома, Джел знал, что тот высоко ценит порядочность и честность. И считает, что нужно выслушать другую сторону прежде, чем убирать с доски живые фигуры. Джел хотел бы сейчас поговорить о политике, а не о потере здравого смысла. Он определенно был виноват, что все пошло не так и не туда, но, однако же, виноват не до такой степени, чтобы действительно целиком продаться Дому.

Джел собрался и принял решение.

- Остановись, - сказал он, разводя предплечьями чужие требовательные руки. - Не заставляй меня грубить. Я не за этим сюда пришел.

Агиллер ослабил хватку.

Джел высвободился, вскочил и начал приводить в порядок одежду.

- Я не могу, чего ты хочешь... - торопясь спрятаться за словами, объяснял он. - Я не знаю, как это, я другой. И ссориться не хочу, понимаю, что ты сейчас себе не хозяин. Лучше давай останемся друзьями и больше так не делай.

Агиллер смотрел на него, опустив руки. Блеск в ледяных глазах медленно гас.

- Как скажешь... Останемся, что ж поделать, - не очень-то радостно согласился он. - Спасибо за лестное предложение.

- Рассердился? - спросил Джел.

Агиллер развел руками.

- Как я могу на тебя сердиться? - сказал он. - Я понимаю, ты всего лишь хотел, чтобы твои родственники не унижалась до убийства. То, что ты мне что-то обещал - мне всего лишь показалось?..

Джел кивнул. Ему было неловко за Агиллера и стыдно за себя. Плевать на правила этого мира, дистанцию нужно держать жестче, он не для Та Билана здесь живет, а для себя. И у него свои собственные, требующие неукоснительного соблюдения правила.

- Будешь ужинать? - предложил ему через некоторое время Агиллер.

Джел покачал головой, он чувствовал срочную необходимость уйти и полную бредовость того, что вообще сюда явился.

- Нет, у меня мало времени. Мне надо поговорить с отцом, пока он в Столице.

- Ну, и я не буду. Завтра на рассвете я уезжаю на Север, в свое поместье. Я не поведу войска. Спасибо тебе, что не убил Волка. Хотя, я думаю, он предпочел бы умереть - над ним, должно быть, смеется сейчас вся Столица...

- Прости меня, - еще раз сказал Джел. - Я, наверное, опять что-то сделал не так, как всем было нужно...

- Перестань. Тебе не за что просить прощения. Волк сам виноват. И я сам виноват. Надо было мне смолчать и держать руки при себе и в этот раз, и много раз до этого. Не бойся, я до тебя не дотронусь.

Агиллер поднялся и подал ему пояс. Джел сказал:

- Если мне будет суждено когда-нибудь стать императором этой страны, я...

Агиллер закрыл ему рот ладонью, сразу нарушив данное слово не дотрагиваться.

- Никогда не давай таких обещаний, - сказал он. - Станешь императором - тогда и будет видно. - Он зажег от лампы тонкую свечу и вышел на лестницу.

Джел немного задержался, отдирая от подола репейники, и спросил, чтобы переменить тему:

- Ты не знаешь, отчего умер Пифером? Что с ним случилось?

Кир ответил не сразу.

- Лучше не ходить одному ночью по улицам Приречья. Люди, которые живут здесь, озлоблены жизнью. - Он помолчал, потом добавил: - Ты тоже пришел один. Наверное, мне стоит проводить тебя. Подожди, я возьму плащ и оружие. Нехорошо такому, как ты, быть без охраны.

Джел остановил его.

- Не ходи за мной. Я не боюсь босяков из подворотни. Я могу за себя постоять.

Агиллер кивнул.

- Да уж, я заметил. Все равно, будь осторожнее. Пройди лучше до моста дворами, а, если с тобой заговорят, - беги.

Они спустились на крыльцо. Джел привстал на цыпочки и дотронулся до щеки Агиллера своей щекой, сломав свою дистанцию и нарушив собственное нерушимое пространство совершенно сознательно: традиционный для таргов жест прощания близких людей надолго или перед серьезными испытаниями - его нужно уметь. И нужно сделать сейчас.

- Прощай, кир Агиллер из Агиллеи. Ты очень хороший и добрый человек, - сказал он.

- Да что ты, - Агиллер усмехнулся и пожал ему плечо. Погасла свеча, не прикрытая больше рукой от ветра. - Просто ты не видел по-настоящему хороших и добрых людей. Береги себя, удачи тебе и счастливого пути.

- Тебе тоже.

Джел пошел, прочь, не оглядывыясь. Он выпутался. Кое-как, кривовато, с ущербом для чувства собственного достоинства и совести, зато без откровенного конфликта. Если кто-то на кого-то остался обижен или чем-то недоволен, пусть. Для самого себя урок Джел из ситуации вынес, и даже не единственный. Во-первых, меньше доверять и полагаться на других, даже на Хапу. Во-вторых, беречь себя от ненужных столкновений. Он тут никому ничего не должен по большому-то счету. Это ему должны. Но как же это трудно - жить среди и вблизи людей, даже если они хорошие, и добрые, и намного взрослее, и всерьез опытнее его самого. Ни доброта, ни возраст, ни иные душевные качества отчего-то не гарантия от противоречащей здравому смыслу ерунды в их поведении...

Луна бледно просвечивала сквозь облака. Джел обошел песочную кучу, рассчитывая, по совету Агиллера, выйти в переулок, а потом в другой двор, и так попасть к мосту. Отсюда ему ближе было идти в Ман Мирар, чем домой. Надо было объясниться с Хапой, если тот еще в Столице, признать, в чем был не прав сам, сказать, в чем считает неправым его, вымыться, выспаться, поесть... И, слава Единому, все закончилось нормально. Никто не умер, никто из друзей не превратился в заклятых врагов, Волк сел в лужу, и его союзники надолго озадачены - тут достижение и политический прорыв, что есть, то есть. Дом может быть доволен. Отпустят ли его теперь на Ишуллан хотя бы на декаду?..

Джел удалился от дома часовщика шагов на сорок, когда заметил, что не все на свете