Фантастика 2026-44 - Мария Александровна Ермакова

почему-то полный кубок, — Как не догадались. Не додумались. Не осмелились. А он что, у него голова свободная. У него нашего опыта нету. Он видит цель — идёт к цели. Поротые задницы и вопящие дети его, Джо, не смущают. Вот.

— А как же мы⁈ — не сдавался Эльдарин, которого внезапно обняла родная племянница, начав выпутывать из чужой бороды, — А мы справимся? Мы выдержим? Кто подумает о нас, Артуриус⁈ Мы же сопьемся!

— Это да! — с неожиданным ужасом понял Краммер, вспомнив, как часто в последнее время заливает за воротник, — Надо что-то делать! Трилиза! Трили… за?

Увы, но последняя из деканов, будучи предоставлена одному из доппелей Джо, уже вовсю копировала поведение Боливиуса Вирта, мирно прикорнув в одном из кресел. С её стороны помощи можно было не ждать.

— Найдите этого вашего Крэйвена! — пробурчала продолжающая попытки освободить дядю Наталис, — Будет он — Джо уйдет. Всего делов-то. Нечего ему тут с вами делать.

— О… — попробовав с уважением посмотреть на родную кровь, Эльдарин выполнил полуоборот, но был срезан на половине движения намотавшейся ему на ухо бородой. Резко врезавшись плечом в пузо массивному Артуриусу, эльф сполз на пол, снимая с себя всякую ответственность за племянницу, оплеванную ушибленным деканом. Та, будучи пьяной, злой, напуганной озерными чудовищами и брошенной Джо (она забыла, что сама его выгнала), окончательно расстроилась, поэтому, бессердечно бросив дядю и склонившегося над ним бородача, отправилась за неким рыжеволосым типом, планируя взять с него этой ночью компенсацию решительно за всё.

И отдельно — за украденных карпов!

Глава 6

Очевидная непредсказуемость

У каждого человека есть какая-то страсть, иногда даже запретная и тайная. Кто-то любит чучело бобра, скрывшись за тяжелыми шторами, кто-то ходит в гей-клуб, кто-то, закрывшись на кухне, пьет пиво вприкуску с апельсином. Я даже слышал про совсем отмороженных, которые добавляют яблоко в салат «оливье», но такой уровень пагубной страсти, думаю, уже что-то запредельное. Мои склонности были куда менее специфичны, любил иногда, под настроение, придушить женщину. В смысле не до смерти, конечно, главное, чтобы не разговаривала. Затем, чтоб не разговаривала.

Ну а что они, в самом-то деле, ходят там, где не положено, крик норовят поднять, претензии выдвинуть? Мешают честным людям делать свои тихие дела. Либо, как в данном случае, просто шумят своими повседневными делами типа звона кастрюль и шума текущей воды, повышая шансы проснуться для других жителей дома. А это нам надо? Это нам не надо.

Аккуратно положив на пол кухни голенастую тощую девчонку, только что возмущенно брыкавшую воздух в моих нежных объятиях, я заботливо поправил подол её домашнего платья, а затем прокрался дальше, в жилые помещения этого не очень-то гостеприимного дома.

Джо, спросите вы, какого черта? Ты вчера просто бухал в Школе Магии, какого демона ты сейчас крадешься в теле доппеля по чужому дому совершенно законопослушного гражданина, душа его прислугу и вообще замышляя недоброе? Всё очень просто, ответит вам Джо. Вчера, перед тем как быть утащенным злобной эльфийкой для употребления в сыром виде, я протянул руку помощи павшему в борьбе с бородой эльфу, а заодно и владельцу бороды, Артуриусу Краммеру. Не преминув продемонстрировать последнему клеймо на бутылке. Будучи парнем большим и крепким, наш Боевой маг всегда славился тем, что сохраняет память дольше других при попойках, от чего и вспомнил, куда его посылал Дино на одной из последних посиделок между ними. Не в жопу, конечно, а к человеку в Дестаде, у которого и был приобретен этот славный высококачественный алкоголь по доступной цене.

Бигборн Саввакус, такой же худощавый, костлявый и попытавшийся быть громким, как и его дочь (или племянница) не оценил ни моего веса, ни ножа у горла. Будучи совершенно обычным гражданином Дестады, этот торговец даже не понял, что проснулся в ситуации, угрожающей его жизни, поэтому его тоже пришлось душить, отложив в сторону такой нестрашный кинжал. В процессе этих игрищ, грамотно не доводимых мной до точки, когда человек теряет сознание, я пытался общаться со своей паникующей жертвой.

— Саввакус, где Дино, Саваккус? — монотонно бормотал я, пытаясь расслабить сознание корчащегося в панике человека, — Отвечай, пес смердячий, не беси меня…

Абонент отказывался выходить из состояния слепой паники еще пару минут, что уже выводило наш конфликт на уровень постельных игрищ. Подобное меня совершенно не устраивало, так что я снова показал мужику нож. Теперь информация дошла до его центрального ганглия без искажений, Бигборн замер сусликом, вытаращив глаза… и еще через минуту, после угрозы отрезать ему ухо, принялся сотрудничать со следствием.

Насчет «законопослушного» я немного покривил душой. Этот худой тип, имеющий лавку кожевенных изделий неподалеку от порта, был кем угодно, но не примерным гражданином. Скорее порядочной сволочью, потому как продажа кожевенных изделий, нарочно плохо высушенных, порождала дикое амбре в округе, что позволяло ушлому типу маскировать острые запахи других своих неблаговидных товаров. В основном криминального характера. Мимо его заведения проносила товар чуть ли не половина ворюг города, отбивая запахи и уходя со следа любых ищеек.

Тем не менее, несмотря на характер своей деятельности, Саввакус был и оставался насквозь мирным типом, который спит спокойно, имея в старших братьях капитана стражи города.

Мужик порядком обалдел и разозлился, узнав, что его заставили просраться из-за залетного колдуна, с которым он вёл дела, а когда я наврал придушенному торгашу, что Дино должен моей организации много денег, так вообще с охотой начал рассказывать, где он видел нашего декана, и в каких качествах. Оказалось, тот его нехило так подвёл под монастырь…

Поведанную торговцем историю я обдумывал, сидя в алхимической лавке Мойры Эпплблум и попивая какой-то невероятно редкий чай из её запасов.

Итак, Бигборн Саввакус живёт, никого не трогает, торгует своими дурнопахнущими гадостями, а потом раз, неожиданно на его пороге появляется худой, сутулый, носатый волшебник с ухватками мелкого жулика, но очень большими рекомендациями за своей тощей спиной. Вооруженными матёрыми рекомендациями из тех, с которыми жулье не связывается ни под каким предлогом. Наемниками. Не держимордами, что просто подпирают спину сутулому волшебнику, а весьма внушительными типами с внушительной репутацией, которые пришли за тем, чтобы Саввакус не сказал опрометчивое «нет».

А поначалу он очень хотел его сказать, так как Дино Крэйвену, скромному школьному декану, понадобились люди, которые без вопросов и любопытства будут перемещать по Дестаде те грузы, которые ему будут угодны. Когда угодно, как угодно, в любое время дня и ночи. С полной, так сказать, конфиденциальностью и с вызовом по щелчку пальцев