"Фантастика 2026-186". Компиляция. Книги 1-25 - Айлин Лин

же было беспокоить суд? Вам надо было прийти ко мне просто, без затей, и попросить обеспечить вам эту славу. Я с удовольствием рассказал бы всем, что вы дурак и пытаетесь так усесться, что зад у вас задирается выше головы...

Праведно разгневанный кир Александр Джел был особой царской крови, а господин Ирмагоp - всего лишь человеком низкого происхождения, хотя и очень богатым. Поэтому высокорожденные судьи и не думали мешать киру Александру Джелу говорить все, что тому приходило в голову. Свой своему поневоле брат.

Господин Ирмагоp был бледен, но не совсем растерял еще остатки самообладания.

- Вы не имеете права меня оскорблять, - подняв голову, заявил он. - Я, конечно, виноват, но мы находимся перед лицом суда. Здесь все равны.

Джел твердил про себя, что пришел и ведет здесь какие-то переговоры только потому, что ему нужен Скей, и другой причины у него нет, но его уже повело. Он изобразил пародию на вежливый поклон.

- Ах, прошу простить покорно. - Он посмотрел на Правого, потом на Среднего. - Господа судьи, этот простолюдин назвался мне ровней. Я не возражаю. Но, кроме того, он называл меня своим рабом. Это мне стерпеть труднее. Могут ли господа судьи выступить в этом случае не как Трибунал, но как свидетели нанесенного мне оскорбления?

- Вполне, - сказал Правый. Два других кивнули.

- Вы желаете судиться? - спросил господин Ирмагоp.

Джел извлек из-за пояса кинжал и по скользкому шелку скатерти отправил его к локтю Ирмагора.

- Нет. Коль скоро вам нравится быть на равных, будем. Выбирайте оружие, господин Иpмагоp. И вот еще что: поединок жребия меня не устроит.

Господин Ирмагоp поглядел на кинжал с тревогой, словно на подползшую к нему вдруг змею.

- Я готов принести извинения, - сообразив, что в воздухе уже давно и долго пахнет паленой шкурой, торопливо проговорил Ирмагоp.

- А я не приму, - сказал Джел. - Я тоже не хочу отказывать себе в маленьком удовольствии торжествовать победу.

Лицо господина Ирмагора залила смертельная бледность.

- Но... я... меня... Разрешите мне подумать?

- Думать надо было прежде, чем звать меня в Трибунал, - отрезал Джел.

Господин Ирмагоp беспомощно развел руками и обратился к судьям:

- Но я не умею драться, - упавшим голосом проговорил он. - Что мне делать? Он меня убьет.

- Это его право, - мягко утешил Ирмагора Правый.

Левый наклонился к Среднему и стал шептать ему на ухо.

Ирмагоp лепетал что-то насчет своего незнатного происхождения и о запрете простолюдинам носить в городе оружие, когда нет войны.

Выслушав Левого, Средний судья сказал:

- Это слишком жестоко - заставлять драться человека, который никогда не держал в руках оружия, с тем, кто известен всем как победитель непобедимого Ариксара Волка. Может быть, между сторонами возможно заключить взаимоприемлемое соглашение, исключающее пролитие крови? Господин Ирмагоp весьма богат...

- Хираконские рудники, - моментально уцепился за соломинку Ирмагоp, назвав с перепугу сразу самое ценное из всего, что у него было.

И тут эмоции Джела перехлестнули через край. Какие-то рациональные рассуждения о том, что из положения именно сейчас можно извлечь немалую выгоду, или псевдорациональные - о том, что само по себе происходящее может служить скучающему аристократу неплохим развлечением - отошли на задний план. Перед глазами Джела были застывшие острия гвардейских клинков, матовые в лунном свете, срезанные волосы на старом ковре и мертвое лицо человека, в смерти которого косвенно был виноват, но запретил себе думать потому, что удалось как-то раз утешить себя мыслью, будто бы тот не умер, а просто ушел туда, куда хотел сам. Джел сгреб тяжелую скатерть в кулак. Перед Ирмагором поползла и запрыгала в складках чернильница, а сам он шарахнулся от взгляда Джела, словно его припечатало к прямой спинке стула недюжинным ударом.

- Чуешь как могила пахнет, падаль? - прошипел на него Джел, подавшись вперед. - Всемером против одного вам было не страшно? Я жду тебя на Плацу, подонок, с оружием или без, и ты мне заплатишь смертью за смерть, та знаешь, за чью. Живым ты с острова не выйдешь.

- Я здесь не по своей воле! - с истерическим надрывом выдал, наконец, господин Иpмагоp страшное, наверное, на его взгляд, признание. Он, похоже, все понял и решил, что его узнали. Хотя Джел понятия не имел, был ли Ирмагор среди тех семерых. - Меня подставили! Они сказали, что у Таргена не может быть, не должно быть императора! Это не я придумал...

- А мне плевать! - выкрикнул Джел.

Правый потянул на себя изрядно съехавшую скатерть.

- Господа, господа, спокойнее! - сказал он. - Вызов сделан - вызов... принят?

Джел разжал кулак, отвернулся и закрыл глаз. В левом боку у него начало булькать. Пришлось искать в рукаве платок и вытирать губы.

Ирмагоp, скорее всего, ничего не заметил, он был поглощен сознанием грозящей опасности и весь трясся от волнения. Зато судьи заметили. Правый смотрел с любопытством, Средний с сочувствием, Левый отвел глаза.

Пряча в руке окровавленный платок, Джел взял одолженную у Хапы трость, резко встал и отправился к выходу.

- А нам вы ничего об этом не расскажете? - негромко спросил Средний.

Джел обернулся от двери и сказал:

- Может быть, позже.

Господин Ирмагоp оттолкнул свой стул так, что тот упал позади него. Откупщик грохнулся сначала на колени, а потом и вовсе встал на четвереньки.

- Кир Александр, простите меня! - заплакал он. - Я глупец, я сделал это по недоразумению! Я вам клянусь, что никогда не повторю ничего подобного!

Джел еще раз дотронулся платком до губ и убрал его в рукав. Ползающий по полу и хнычущий господин Ирмагоp был жалок. Кому тут мстить? Глупо и бессмысленно. И страшно. Раньше Джел никогда не обнаруживал в себе склонности быть жестоким. Ему было неловко. Получить в свое распоряжение Скея, наверняка, можно было и не издеваясь над человеком, который только лишь кукла в руках опытного игрока - как сам он у Хапы. Джел задержал выдох и медленно выпустил воздух. Сейчас дышать ему стало легче.

- Господин Ирмагоp, я устал от вас, - безразличным голосом произнес он. - Пишите дарственную.

- Hа что? - Лицо господина Иpмагора просветлело. В следующий момент он уже стоял над столом со стилом в руке.

- Hа семь жизней. У вас есть белые рабы-единобожцы?

Господин Ирмагоp шмыгнул носом.

- Есть. Но только пять...