Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

– Ты уверен, что хочешь это сделать? – спросила Нефрита, когда группа Каллумкала скрылась за первым поворотом.

Лун повернулся к ней. Она говорила серьезно и, судя по складкам на лбу и приподнятым шипам, была сильно обеспокоена.

– Я так провел большую часть жизни.

– Знаю, но… – Нефрита вздохнула. – У тебя не всегда хорошо получалось.

Лун решил не спорить. Тем более она была не так уж неправа.

– В этом-то я как раз был хорош.

Кажется, Нефриту это нисколько не успокоило.

– Эй, с ним же буду я, – сказал Утес.

По лицу Нефриты было ясно, что она не считает это преимуществом.

– Просто будь осторожен.

Каллумкал предупредил членов команды, чтобы оставались в районе рынка у основания башни, если собираются покинуть лодку. Лун услышал несколько возмущенных голосов, но то, что поздно вечером лодка должна была отчалить, убедило большинство из них.

После группы Каллумкала ушло несколько кишцев, Лун с Утесом немного подождали и отправились следом.

Спускаясь по лестнице в башне, они хорошо рассмотрели город. С высоты Лун видел повозки, запряженные травоедами, но сейчас разглядел, что это были не большие мохнатые или панцирные млекопитающие, к которым он привык, а крупные нелетающие птицы. Они возвышались над земными обитателями на двадцать-тридцать шагов, а их оперение больше напоминало панцири или пластины. Высокие хохолки из жестких перьев с металлическим отливом скрывали форму голов, но клювы были длинными и острыми.

– Здешние земные сошли с ума? – пробормотал Лун.

– Может, птицы не едят мяса, – сказал Утес.

Лун фыркнул. Нелетающие птицы такого размера обычно с удовольствием едят мясо.

Между башнями стояли здания из каменных блоков и выбеленного солнцем дерева, украшенные ракушками. Реечные ставни на больших оконных проемах были открыты, чтобы ловить дуновение ветра. Здания, похоже, в основном составляли рыночный комплекс, протянувшийся между причальными башнями и краем гавани. По опыту пребывания в других портовых городах моря Небесного Серпа Лун знал, что белые дорожки – это ракушки, истолченные в порошок и так плотно утрамбованные, что почти не проминаются под ногами. Дороги были достаточно ровными для ходьбы и проезда повозок, запряженных жуткими птицами.

Здешние земные обитатели, судя по всему, представляли собой смесь разных видов, так что они с Утесом, а также киш-жандеры, если на то пошло, не привлекут особого внимания. У основания башни он заметил низкорослых зеленокожих земных существ с округлыми телами и шишковатыми головами; высоких, худых и темнокожих с длинными гривами белых волос, а также серокожих с длинными головами и странными сочленениями суставов.

Когда Лун и Утес прошли последний поворот, стало ясно, что в ближайшем здании продают еду: в воздухе витали запахи масла, жареной рыбы и сахара. У Луна заурчало в животе, хотя он и не проголодался, – так действовала на него земная пища. Каллумкал с остальными прошел мимо прилавков с едой, и Лун остановился у колонны, чтобы проследить за ними.

Башня стояла на возвышении, и это позволило Луну заметить, что кишцы свернули с главной дороги к скоплению более крупных и основательных зданий. Судя по наваленным во дворе сверткам, мешкам и ящикам, это была торговая фактория, где, вероятно, Каллумкал собирался купить припасы. Лун повернулся, чтобы сообщить об этом Утесу, но тот исчез.

Лун сжал зубы, сдерживая раздраженное шипение. Как быстро все пошло не так. Однако через мгновение Утес показался из-за прилавка с едой в конце пирса. Лун пошел ему навстречу.

Утес держал бумажный кулек с какими-то жареными комочками, пахнущими так вкусно, что у Луна проснулся охотничий инстинкт.

– Хочешь? – предложил Утес.

– Нет. – Лун до сих пор злился за то, что Утес заставил его понервничать. – Как ты это купил?

– Выменял на опал. – Увидев лицо Луна, он устало добавил: – Они меняют деньги. Дали целый мешок металлических кружков, годящихся в большинстве здешних торговых портов.

Лун раздраженно поморщился.

– Не нужно ходить в первое попавшееся место. Там берут дороже, чем в тех, что находятся подальше.

Утес устало, но терпеливо вздохнул. Никто из раксура не понимал, как торгуют или ведут обмен земные, и никто не понимал, почему Луна это волнует. Никто из них не торчал в земном городе, где нужно покупать еду, иначе останешься голодным.

– И что? – сказал Утес. – Если нам понадобятся еще кругляши, мы их найдем.

Он снова протянул бумажный кулек, и Лун взял кусочек. Это оказалось сладкое тесто, хрустящее снаружи и мягкое внутри.

– Каллумкал с остальными пошел в торговую факторию вон там, – с набитым ртом сказал Лун.

Повернувшись, он увидел, как Калам выходит из здания и идет по дороге к порту.

– И куда это он? – задумчиво сощурился Утес.

Лун взял еще кусочек жареного теста. Они предполагали, что один из кишцев, связанных с экспедицией, может быть заражен сквернами и шпионить на владык, даже не подозревая об этом.

– Давай посмотрим.

Они неспешно направились вслед за Каламом, держась от него на расстоянии.

К счастью, на улицах было достаточно народа, чтобы смешаться с толпой, но не слишком много, чтобы затруднить слежку за Каламом. Большинство земных обитателей входили и выходили из лавок или везли в порт грузы на повозках с гигантскими птицами. Серые люди с чудными конечностями вблизи оказались еще более странными из-за выпученных, широко расставленных глаз. Никто не проявлял особого интереса к Луну, Утесу или Каламу, за исключением случайных любопытных взглядов. Лун всегда любил такие города, где все заняты своими делами и не удивляются, увидев представителей разных видов. Он ненавидел места, где на него пялятся – это могло вызвать подозрения, и придется сбегать.

По направлению к гавани земля шла немного под уклон. Лун разглядел над низкими крышами мачты больших кораблей и покрытые джунглями горы ближайших островов. Они с Утесом обогнули группу земных обитателей, разгружавших повозку, и птица недовольно посмотрела на них. Дорога обогнула еще один большой грузовой двор и вышла к гавани – лабиринту дорожек, проложенных по нагромождению камней, покрывающих берег.

Ветер здесь был сильнее и нес с собой запахи соли, дохлой рыбы и водорослей. В порту грузчики загружали и разгружали большие парусники, а еще дальше стояло на якоре несколько баркасов с мелкой осадкой. Ближе к другому концу гавани от главной дороги отходили дорожки к пляжу, где плескались голые земные существа. Жаль, что нельзя привести сюда воинов и арборов, но времени не было, к тому же они захотят поплавать в чешуйчатом обличье. Даже в таком месте это произведет фурор.

Один из более широких проходов вел к нескольким соединенным причалам, выстроенным из того же материала, что и