Фантастика 2026-134 - Мария Заболотская

Йель, - остановил меня Хорвек, присматриваясь к осоловевшему Харлю. – Ничего не выйдет. На мальчика начали действовать сонные чары. Если он начнет сопротивляться им, то выбьется из сил и заболеет. Пусть дремлет, иначе к утру он сляжет в горячке и станет гораздо худшей обузой.

-Но почему заклятие не действует на меня? – я невольно отдернула руки, как будто чары могли передаться через касание. – Да и по тебе ничего такого не видать!

-Потому что мы – чужие здесь, - пояснил Хорвек, спокойно наблюдая за тем, как сползает вниз Харль, глаза которого еще не закрылись, но уже закатились под лоб. – Чары такого рода налагаются на всех, кто обитает в стенах заколдованного дома и кто принадлежит ему. Ты сменила имя и отказалась от прошлого, а я и подавно никогда не был частью этого мирка. Мальчишку защищал оберег, но он пришел в негодность и заклятие добралось до него, - и после недолгого молчания он отвлеченно прибавил:

-Лучше бы ведьма отыскала его сразу – куда меньше хлопот…

-Что с ним сделают чары? – тревога захлестнула меня, и больше всего мне не нравилось, что внутренний голос подсказывал: боялась я сейчас не только заклятий колдуньи.

-Одна ночь не должна повредить ему слишком явно, как и остальным, кто живет здесь, - отвечал бывший демон рассудительно, но меня все больше пугал его задумчивый тон. – Чародейка тянет из людей силу. Поначалу никто этого не замечает. Кто-то будет жаловаться на кошмары, кому-то покажется, что проснулся он еще более уставшим, чем с вечера… Если ведьма переусердствует, то, быть может, однажды утром не проснется маленький ребенок, и без того слабый здоровьем. Или у какого-то старика остановится сердце…

С этими словами он легко поднял спящего Харля на руки. Зрелище это отчего-то показалось мне донельзя зловещим, и я подумала, что слишком уж просто Хорвек согласился взять с собой мальчика, ведь мне-то лучше всех полагалось знать, что ему нет никакого дела до людских бед. Госпожа Вейдена, взяв светильник, направилась к дверям, показывая дорогу, но я преградила путь Хорвеку, угрюмо глядя на него исподлобья.

-Если с Харлем что-то случится – я не стану тебя больше слушать, и пойду к ведьме. Пусть она меня убьет своими собственными руками, как ей заблагорассудится, - мне нечем было пронять бывшего демона, и я шептала первое, что на ум приходило, то угрожая, то умоляя, и понимала, что звучит это довольно-таки жалко. – Ты не избавишься от него, понял? Не свернешь ему тихо шею, не придушишь и не сделаешь вид, что это все ведьмины чары. Он… он почти что мой родственник! Дядюшка непременно бы усыновил его, и Харль стал бы мне младшим братом, а я всегда хотела, чтобы у меня был брат – брат куда лучше выводка крикливых сестриц! Я вижу, как ты недобро смотришь на него, и знаю, что на людей тебе наплевать, но отчего-то ты взялся мне помогать. Я не приму твою помощь, если вдруг… если вдруг… - тут я почти захлебнулась, ведь говорила все быстрее и запальчивее. – Я не могу ничего потребовать, не могу тебе приказать, но я прошу, ты слышишь? Помоги Харлю, как помогаешь мне!..

Лицо Хорвека оставалось непроницаемым все то время, что я говорила, и только один раз его глаза странно блеснули. Я умолкла, часто дыша, словно только что пробежала от одних городских ворот к другим, и увидела, что бывший демон собирается что-то сказать. Тут же я поспешно зажала его рот, сама не веря, что решилась вот так запросто коснуться его лица.

-Только не давай клятву, - умоляюще прошептала я. – Не клянись мне! Я знаю, чем это оборачивается и не хочу твоих обещаний.

Мы замерли – я стояла напротив Хорвека, все так же удерживавшего спящего Харля, и боялась отнять ладонь от его губ. Но госпожа Вейдена, не понимая, отчего мы остановились, нетерпеливо окликнула нас, и мне пришлось опустить руку. Мне казалось, что я вот-вот услышу слова, из которых стает ясно: мои просьбы ничего не стоили, а дерзость только обозлила Хорвека, но бывший демон беззаботно улыбался.

-Не бойся, - только и сказал он. – Я понимаю.

-Что же вы стоите? – вновь подала голос госпожа Вейдена, которой, к счастью, было невдомек, на какой тонкой нити висит судьба мирно спящего мальчика. – Я покажу вам дорогу к комнатам, где проводят сегодняшнюю ночь дамы, за которых вам нужно себя выдать. До рассвета не так уж много времени осталось, а вам нужно уйти как можно раньше, пока не начался переполох…

Мы шли за ней по коридорам крепко спящего дворца, и, странное дело, никогда еще ночь не казалась мне такой безжизненной. В те времена, когда я тайком пробиралась в библиотеку, дворец был таким же темным и мрачным, но сегодня все было иным, холодным и мертвым. Не удержавшись, я коснулась одного из тех изваяний, что так пугали меня когда-то – и камень вдруг раскрошился под моими пальцами. «Все начало приходить в упадок с тех пор, как здесь правит человеческое колдовство, - грустно подумала я. – Вот и господин Казиро был изгнан. Некому больше присматривать за этими камнями».

-А если кто-то проснется? – шепотом спросила я у Хорвека, не в силах больше хранить молчание. – А ведьма? Вдруг она почует чужаков?

-От колдовского сна очень трудно очнуться, - ответил он, кивком указывая на безмятежно спящего Харля. – Только к рассвету чары начнут слабеть. Не спят сегодня из здешней дворни только псы-оборотни, но они сейчас рыскают по городу, и вернутся ранним утром – быть может, мы повстречаемся с ними у ворот, и тогда нам конец, ведь их не обманешь платьем, а от меня несет кровью их сородича. Сама чародейка спит так же крепко, но ее наверняка охраняет магия… Жаль, я бы не отказался прирезать ее без особых затей. Тайны Огасто мне не так уж интересны, и я бы счел справедливым исходом то, что он подохнет от заклятия, которое он сам же и купил.

-Ты вовсе не успокоил меня, - пробурчала я, поежившись. – Хорошо, что ведьму с ее охранным колдовством мы обойдем десятой дорогой.

-Вовсе нет, - этот ответ заставил меня издать возглас, испугавший госпожу Вейдену.

-Я просто сказал, что нам сегодня придется наведаться в покои госпожи чародейки, - пояснил ей Хорвек, видя, что я способна разве что клацать