Фантастика 2026-55 - Александра Шервинская

вас несчастье, о Жажде и Ярости, что поселилась в вашей крови и жжёт вас изнутри. И я здесь для того, чтобы помочь вам. Обуздать это пламя… и поставить его вам на службу. Это мой дар вам за ваши страдания. Подойди, Бегун, – оборотень послушно сделал несколько шагов вперёд, я наполнил кубок на две третьих водой, а потом достал с пояса кинжал и полоснул им по руке. Густая, антрацитово-чёрная «кровь» заполнила оставшийся объём ритуальной посуды. – Пей.

Неуверенно взяв ёмкость в лапы, оборотень неуклюже сунул морду в кубок и сделал глоток. Несколько секунд ничего не происходило, но вот его черты дрогнули, кубок выскользнул из ослабевших рук и остался висеть в воздухе. Подхваченный телекинезом, а сам вервольф упал на колени, сжался и… немного усох. Разгибался же обратно уже крупный рыжий мужчина, лет сорока на вид. Немного пошатнувшись, он поднялся на ноги и с неверием окинул взглядом окружающих. Запасливый Жак, дождавшись моего кивка, накинул на плечи предводителю меховой плащ – всё-таки в подземелье голому человеку было довольно прохладно.

– Это… всё вправду? Не сон? – он не мог поверить до конца.

– Я обещал это вам. И своё слово я держу всегда.

– Да, простите, Эльгарнан, – припал на колено мужчина.

– Довольно, – велел я ему жестом подниматься, – и я просил называть меня Айданом Кусландом. А сейчас… вспомни ту ярость, ту мощь зверя, что в твоей крови. Вспомни и позови её, – основные модификации я уже успел провести, благо там не сильно сложно, но вот механизм «перевёртыша» – это сложнее, точнее, всё упирается в энергию, но пока я рядом, могу поддержать своей магией, а вот «в свободном плавании» им силы придётся копить день, а то и неделю. Бегун же, тем временем, повиновался и вновь предстал в своём зверином обличии, правда шерсть его теперь была не рыжей, а, скорее, чёрно-багровой.

– Рра!

– Что чувствуешь?

– Я чувствую… силу. Мощь… Желание двигаться. Дррраться. И… всё… яррость… её нет.

– Значит, всё прошло так, как должно было. Теперь вновь стань человеком, – полминуты задумчивости и Бегун вновь тот рыжий здоровяк. Остальные оборотни окончательно поверили и теперь смотрят на меня с таким же трепетом, что и на свою Хозяйку, – пусть это было вызвано проклятием, но теперь, Зверь – это часть вашей природы. Я дарю вам право быть теми, кем вы есть и жить согласно вашей природе. Но помните, на моей земле, предо мной равны все. И спрашивать с вас я буду за ваши деяния так же, как и со всех прочих моих подданых.

– Мы поняли, милорд и не подведем оказанного нам доверия и милости, – вновь поклонился Бегун.

– Рад это слышать, – передаю ему кубок. – Действуй.

Спустя десять минут и три долива кубка водой (реплицировать клетки симбионта только на основе воды было сложно, но нормальная магия и мана жизни мне в помощь), оборотни Бресилиана вновь стали людьми и эльфами, после чего полсотни ушастых и десятка три мужиков покрепче вновь обратились в волчьи формы и вылетели из зала, отправившись вылавливать из леса своих уже слегка неадекватных сородичей.

К вечеру если кто и остался из «диких» вервольфов, то их были единицы, забившиеся в самые дальние уголки леса, хотя в наличии таких особей я сомневаюсь – не тогда, когда Хозяйка сей пущи сама помогает выслеживать и ловить потерявших разум несчастных. Ну и встал вопрос, что делать дальше? Всего жертв «пушистой проблемы» набралось девять с лишним сотен. Из них почти пятьсот – это ушастенькие, подавляющая часть которых была выходцами из клана Затриана, остальные – люди, в основном, покусанные за последние тридцать лет жители Ферелдена. Ну и у всей этой толпы встал логичный вопрос, а что, собственно, делать дальше? Нет, оборотень в лесу легко может прокормиться, но перспектива такая мало кого устраивала. Да и далеко не все хотели в этом самом лесу жить. И, разумеется, с этим вопросом пришли ко мне.

– Милорд Кусланд, – подошёл ко мне рыжий лидер, де-факто, нового народа.

– Ты что-то хотел, Бегун? Кстати, может, назовешь своё имя?

– Я уже и не вспомню его, милорд. Я больше двадцати лет Бегун… – беспомощно развёл руками здоровяк. Было видно, что ему непривычно общаться с аристократом, даже если он сам когда-то был рыцарем, то за время жизни в лесу изрядно подрастерял навыка придворных расшаркиваний. Оно и к лучшему.

– Как пожелаешь, тогда я буду называть тебя на эльфийский манер, Редвар, это адаптированное под человеческое наречие прозвище. Но вернёмся к твоему вопросу, ты ведь не просто так подошёл ко мне.

– Нет, милорд, – отрицательно мотнул головой свежеиспеченный Редвар, – я хотел спросить у вас… что нам делать дальше?

– Это уже зависит от вас. Пока вы живёте на моей земле, единственное моё требование – соблюдать мои законы. Более, я ни в чём вас не ограничиваю. Хотите, оставайтесь в этом лесу. Хотите – подайтесь к людям или эльфам.

– Вы… упоминали, что скоро начнется война с Орлеем…

– Возможно.

– Скажите, милорд, а можем мы присоединиться к вашей армии?

– Ты уверен, Редвар? Со своих воинов я спрашиваю много больше, чем с обычных подданых.

– Мы обязаны вам больше, чем жизнью, милорд. Пусть я и пробыл зверем много лет и забыл своё имя, но я ещё помню, что такое долг и честь! И мои братья и сёстры согласны со мной!

– А что до эльфов? – в ответ рыжий воин подозвал эльфа средних лет.

– Это Сарел – избранный Хагрен долийцев.

– Приветствую вас, милорд, – поклонился представленный.

– Хагрен? – я удивился, – разве долийцами руководят не Хранители?

– Вы многое знаете о нашем народе, милорд Кусланд… – на миг он застыл, – а верно, прошу прощения, Elgar'nan…

– «Милорд Кусланд» будет более, чем достаточно, – серьёзно, это уже начинает раздражать. Будто бы мне одного Табриса мало.

– Как пожелаете, милорд Кусланд, что же касается меня и должности Хагрена, то вы правы, долийскими кланами руководят Хранители, но Затриан бросил нас и сбежал, как и его Первая, Ланайя. Я же был сказителем, хранителем преданий нашего народа, а потому, народ выбрал меня представлять его, – м-да, странная логика, ну да ладно, видал я и более чудесатые решения.

– Понятно. И что скажешь ты, Хагрен