Античный Чароплёт. Том 4 - Аллесий

— Хорошо, — Джарсухинвал слизнул последнюю каплю крови с края своих губ, Ортинум же молча отошел назад. В его руках появился картридж из рубинового сплава, покрытого серебряными прожилками. Я не знаю, как можно сплавить рубин с серебром и другими металлами, но алхимики на Парифате так делали.

Колба для жизненной силы. Дорогая штука. Одноразовая. И хранит не так много — около восьми-девяти единиц праны по системной оценке. Хотя для обычного человека это на самом деле огромный запас. Треть расходуется впустую, но остаток организм может впитать. Если применить в нужный момент, то хватит срастить конечность, восстановить кожу или исцелить тяжелую рану. В данном случае — устроить экстренное “переливание”. Хотя потерял командир явно больше. Прану вообще сложно хранить. Даже просто удержать сложно, а ведь удерживая её вне живого существа, мы все равно теряем её свойства из объекта. Проще говоря, хранимая жизненная сила становится более… “мертвой”. Теряет свою суть. В больших стационарных больничных артефактах на Парифате с этим как-то справляются. Разгоняют её, насыщают, обменивают и постоянно тратят, не давая застояться. В том числе с такими свойствами жизненной силы связаны сложности по созданию синтетической праны. Точнее, никто просто не знает, как это сделать и можно ли сделать вообще. Жизненную силу можно отнять, присвоить, восстановить и заставить тело выработать, но вот создать — это неизвестная область, в которой в том числе работал и Локанелли. Такие вот эрзац-варианты… Дорогие, так еще портят субстанцию за несколько дней. Но даже так — незаменимая штука на задании. В этом смысле ЭКЧ о своих людях заботится, как только может.

— Твои вопросы, маг. Твои люди перед тобой. Мы — несущие Истину. Открываем смертным глаза, сливаясь с ними. Нас называют Масками во многих мирах, но суть в том, что мы и есть настоящие лица тех, кому предназначены. Я до последнего считал, что являюсь не лицом Джеремуса Изурциона: мне был предначертан другой маг, — взгляд в мою сторону. — Но даже от нас судьба скрыта окончательно. Так что мы и есть твой отряд, командир, — последнее слово прозвучало с легкой издевкой. — Клятв на нас больше не лежит и вернуть все назад уже невозможно. Нас разделит только смерть. Да и то пока Возвышение еще не завершено. Надеюсь, мой ответ исчерпывающий. Теперь твой второй вопрос. Что тут происходит. Здесь проводились эксперименты с силой небытия, она же — суть нереального. И экспериментаторы оказались недостаточно осторожны. Они считали, что контролируют то, что даже реальным в полной мере не является. Но мы куда более реальны, чем вы, смертные, можете даже вообразить. Все строение провалилось в нереальность. Оно даже не целое по своей сути — здесь было три архитектурных мерности пространства. Теперь разные части разных помещений и разных измерений разбросаны по первому и второму царству зеркального измерения. Только воля высшего их и связывает воедино. Я не скажу, кто такой Высший. Это не входит в мои обязательства. То, что вы видели перед тем, как мы возвысились — это разрез трехмерного пространства в пятимерном разложении. Гиперплоскость — трещина, рассекающая реальность. Даже Высший не может уследить за каждым сантиметром бытия, так что стоит какой-либо части отдалиться от другой на ничтожную долю мерности в любом из пяти направлений, как возникнет разрез, выворачивающий реальность. Вы можете попасть в такой в любое время. Я ответил на второй твой вопрос?

— Нет, разумеется. Что еще тут происходило? Остались ли живы работники комплекса? Ученые? Под живыми я имею ввиду тех, кто сохранил свое ментальное и физическое состояние как до падения в ваш слой реальности, так и после.

— Таких не осталось. Тут убивали. Тут пожинали души. Тут выпустили химер и все экспериментальные образцы. Кто-то гуляет по помещениям, кто-то умер, а кто-то ушел в Первое из Царств, — он про первый слой Тафипы?..

“Чувствуешь меня?”

“Да. Закрытый канал?”

“Прямая связь. Если они захватили тела и души, то спокойно воспользуются шлемами. Это слишком опасно.”

“Да, мы же их даже чувствуем как своих. Демон ведь не может соврать при таком договоре? Он говорит, что они есть они, просто другие…”

“Он говорит не это. Он говорит то, во что верит. Но важно ли, что эта тварь считает, что была в прошлой жизни смертным магом? Ты знаешь способ спасти их?”

“Нет.”

“А вытащить комплекс из нереальности?”

“Практически невозможно. Несколько архимагов, специализирующихся на зеркальном измерении, смогли бы, а так…”

“Архимаги — это какой круг?..”

“Как ты.”

“Понял. Нужно убить тех, кто сломался под этими… масками. Потом выбраться. Комплекс — уничтожить, что сможем. Запечатать и отсечь от нашей реальности оставшееся.”

“Убить?!”

“Что тебя удивляет? Ты из варварского мира. У вас там в моде права разумных?”

“Они наши товарищи…”

“Они порабощенные демонами души. Которые еще можно спасти, как выразился этот Джарсухинвал — разделив смертью. Он же не может врать?”

“Не должен. Если ты их атакуешь, то они атакуют нас.”

“Если я их не атакую, семь моих подчиненных останутся в лапах демонов. В нашем случа, под кожей, но это не имеет значения. А еще если мы их не атакуем, то будем играть по их плану. Они просто так отвечают на мои вопросы? Просто так заключили с тобой договор? Чем ты заплатил, кстати?”

“Они не нападают на меня. Я на них. Это все.”

“Слишком хорошо, чтобы быть правдой. К тому же — Кларна.”

“Что с Кларной?”

“Она слабейшая. Особенно в прямом столкновении. Они не смогли поработить меня. Хорошо, я сильнейший в отряде. Не смогли поработить тебя. Я могу в это поверить. Ты опытный боевик. Пусть силой ты не дотягиваешь до того же Магнуса, но твой опыт и знания, навыки — особенно применительно к этому пространству — в них я верю. Кларна слабейший маг. Она разведчик. Она действительно смогла выжить там, где проиграли Магнус, Джеремус, Дорн, Иртан, Кейн?.. Это слишком странно.”

“Я не чувствую освобождения от обязательств договора. Она не одна из них.”

“Тогда она им зачем-то нужна. И, возможно, мы все. Так что больше никаких возражений. Я объяснил тебе свои мотивы, потому что отряда больше нет. Есть небольшая команда. Но я все еще твой командир. Выбор между свободой душ тех, кто мне подчинялся, разрушением планов противника и