Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

ли у Гвин смоляного клея. Ну, я сразу поняла, что страшненькая что-то разбила. Не думайте, ваше высочество, что я столь любопытна к болтовне прислуги, но ширма тонка, а я не обязана затыкать уши.

Она сказала Гвин о разбитой безделушке. Обычно, мол, госпожа не сердится, поскольку сама часто теряет и ломает вещи, но тут случай особый. Вытирала камеристка пыль в лаборатории ее высочества, это входит в обязанности, да и смахнула на пол фарфоровую ступку, кусочек возьми и отломись… А посуду для опытов ее высочество заказывает у какого-то жутко дорогого мастера. К тому же, у ее высочества недавно как раз что-то пропало из этой дорогой посуды, и была настоящая буря. Гвин попросила ступку оставить — у нее — де в городе есть дружок, он и зайцу лисий хвост пришьет, а уж чашку склеит любую, незаметно. Потом моя дуреха и эта страшненькая вышли, а я — ах, не знаю, почему, не иначе как Знающий вел под руку! — я вышла из-за ширмы, посмотреть на дико дорогую вещь, благо Гвин оставила ту на туалетном столике…

С торжествующим видом ллид Элинн извлекла откуда-то из складок алого платья белые половинки ступки и подала их Марине. Да, ступка раскололась удачно, и склеить можно было. Но гораздо важнее был тот факт, что на донышке золотисто поблескивал уже знакомый Марине символ. Даже если Велирин была непричастна к другим убийствам, то «любовное зелье» Лилиан могла дать именно она.

Марина вернула осколки своей гостье.

— Положите это туда, где взяли, и запомните, что от молчания зависит и ваша безопасность. И если вы не перестанете во всеуслышание вещать о заговорах, то тогда вполне можете отправиться вслед за Лилиан.

Глаза брюнетки округлились.

— Разве я упоминала о заговоре, ваше высочество?!

Она хитро улыбнулась и проследовала к двери, снова сделав реверанс на прощанье.

Марина задумалась. Зачем тезка посещал дворец? Почему не скрывался, ведь их могли увидеть одновременно?! Ей не дали времени на раздумье. В дверях неслышно возник Ланн и возвестил о том, что королева требует к себе его высочество. Марина пыталась дознаться у него, во дворце ли настоящее высочество, но не получила никаких комментариев. Мало того, камердинер сделал вид, что вообще не понимает, о чем идет речь. Похоже, обед откладывался… В спешке забыв добавить каплю иллюзатора на воротник, она вышла из покоев. А между тем, действие предыдущей дозы эликсира вот-вот должно было закончиться.

Попасть к государыне можно было, лишь минуя Цербера в лице княгини Габиель. Впрочем, на подступах к приемной не обнаружилось привычной стайки просителей. Марина столкнулась лицом к лицу с двумя «научными сотрудниками» из Братства Псевдомагов; их одеяния (у одного — белое, у второго — серое, как у гусей в песенке), мерцали в свете лампионов, будто рыбья чешуя. Мужчины недоуменно переглянулись, словно увидели нечто, из ряда вон выходящее. Тем не менее, они церемонно поклонились и дали девушке пройти.

Потянув на себя массивную дверь, украшенную гербом Озерного Дома, Скворцова вступила в комнату, готовя набор стандартных, предусмотренных этикетом фраз. Слова замерли в горле, потому что она никак не ожидала увидеть здесь принца…

ГЛАВА 9.

Политические технологии в действии

Мариен сидел в кресле, заложив ногу на ногу. Перед ним на низком столике розового дерева стоял графин, частично наполненный рубиновой влагой, и полный бокал. Другой бокал принц держал в левой руке, явно собираясь отпить. Марине вообще показалось, что он, мягко говоря, не совсем трезв: нездорово блестели глаза, на скулах появился румянец, жестам недоставало былой отточенности.

— Ваше высочество, — слегка поклонилась она, — вы здесь? Так открыто? Ланн сказал, что меня ждет королева. Я столкнулась только что с двумя типами, которые явно приняли меня за вас, я пользовалась иллюзаторм с утра, и он пока действует, но…

Мариен махнул рукой.

— Это уже не имеет значения. Вам не надо более притворяться, а мне — прятаться… Все закончилось.

— Как я рада! — Девушка облегченно выдохнула. — Теперь вы мне расскажете, где собака зарыта? Умираю от любопытства.

— А что подозревали вы сами? — С развязной веселостью в голосе спросил молодой человек.

— Я… в последние дни мне стало казаться, что тут замешана Велирин.

— Велирин!!! — Рассмеялся собеседник так, что несколько капель вина расплескались по кружевам манжеты. — Присядьте-ка и послушайте. Кстати, второй бокал свободен.

— Спасибо, не хочу. — Марина устроилась на стуле.

— Думаю, позже вы точно захотите… Представьте себе, дорогая ллид Мариен, — начал принц, — что некое лицо, нет, лица — назовем их заговорщиками! — желают совершить государственный переворот. Для этого нелегкого дела им надобны помощники. И вот делается ряд заманчивых предложений видным вельможам и просто влиятельным и знатным господам, как обычно в таких случаях. От предложений никто не отказывается, кроме одного принципиального господина — ректора, который не только громко высказывает свое «фи», так еще и утверждает, что донесет, вне всяких сомнений. Разумеется, его убирают, как несговорчивого и опасного. Судьба распорядилась так, что подозрение пало на беднягу Тавеля. По счастью, он не пострадал.

— Да, ему повезло.

— Действительно, повезло. Потом мишенью стали кандидаты на престол. Велирин послали маленький отравленный сюрпризец, но без толку — помада попала к фрейлине. В тайну коробочки были посвящены двое слуг, они тоже умерли по вполне понятным причинам. И тут заговорщикам пришла в голову свежая блестящая идея — принцесса будет главной подозреваемой! Она не ладила особо ни с ректором, ни с фрейлиной… Ни с учителем танцев, которого тоже убрали, уже намеренно бросая тень на Велирин. Устранили Энрина, он тоже претендент на трон, как ни крути. Меня там не было, но рядом с графом сидели двое: Велирин и Алиген. Конечно, потрудился наш доблестный первый министр — так ловко подсунуть яд в стакан!.. Но — недостаточно ловко, какой-то мальчишка, паж, увидел. Он неосторожно потребовал награду за молчание… Глупо платить, если можно ликвидировать сам источник беспокойства.

— Пожалуй, ваш рассказ не очень отличается от моих умозаключений, — скромно вставила Марина. — Я предполагала, что произошла некая цепная реакция, и преступления связаны между собой. Однако, вина принцессы выглядела не очевидной, да?

Мариен ядовито усмехнулся, вновь пригубив вино.

— О да. Вот тогда-то Приору и пришла в голову блестящая мысль: привлечь к делу моего двойника.

Девушка решила, что ослышалась, но выражение лица тезки говорило как раз об обратном. Ты попалась, как последняя дура… Скворцова дернулась с места — вскочить, но принц опередил ее и взялся за шелковый шнур звонка.

— Ни одного лишнего движения, ллид, иначе я