"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 - Владимир Брайт

— Я-то думал, что ты борзый, а ты, Боря, оказывается, просто тупой. — Голос Игната Альбертовича так же внезапно потеплел, вернув себе ту обманчивую ласковость, будто он разговаривал с собакой или наивным ребенком. — А мыслей в твою голову пустую никаких не закралось после всего этого?

— К-ка… каких мыслей?

Борис немного расслабился, и легкий румянец снова вернулся на его обескровленное лицо.

— А ты не подумал, дружок, что это мог быть чей-то козырь?

На лице подчиненного отразился тяжелый мыслительный процесс. Козырями они между собой называли элитных бойцов у братвы. Тех, кто, подобно вовремя брошенному на игральный стол тузу, мог переломить ход любой драки или перестрелки. Таких людей, как правило, знали в лицо и всегда старались избегать, а уж тем более не задевать без крайней на то необходимости. Либо же, если такая необходимость была, валили сразу наглухо, чтоб гарантированно и без шансов.

— Что, Боречка, не догоняешь? — издевательски осведомился босс.

— Не совсем, Игнат Альбертович… почему вы так решили?

— Ты головушкой-то своей подумай, или она у тебя только для того, чтоб удар держать? — Игнат Альбертович постучал согнутым пальцем себе по лбу. — Какой-то ферзь сначала укладывает тебя на ринге, о чем это говорит? Не морщи рожу, — оборвал «авторитет» его напряженный мыслительный процесс, — я тебе подскажу. Это говорит о том, что уровень подготовки его куда выше твоего. Настолько, что твоя весовая категория и спортивные разряды для него — что слону дробина. А затем он пострелял вас, как спящих глухарей на ветке, еще и играючи тебе ручку отстрелил шаловливую, когда ты ей в штанишки потянулся…

— Да не в штаны… ствол на поясе висел…

— Рот закрой! — Игнат Альбертович цербером рявкнул на вдруг осмелевшего подчиненного, и тот послушно схлопнул челюсти. — Так вот. За сколько, ты говоришь, он отстрелялся? За пару секунд? Брешешь же, собака. Вы наверняка, тормоза, шухернуться не успели вовремя, стояли, хавальниками торговали, вот и по гостинцу словили.

Здоровяк вскинулся было, чтобы оспорить эту возмутительную инсинуацию, но счел за благо промолчать, стушевавшись под грозным взглядом начальства.

— А вот это, — босс продолжал развивать свою мысль, — уже говорит нам, что и стрелок он первоклассный. Помнишь, в две тысячи пятом, когда мы зарамсились с тверскими в кабаке?

— Помню, — пробормотал Боря, — забудешь тут…

— Да-а, знатная тогда перестрелка была. Еле ноги унесли… так вот, значит, ты не забыл, что такое перестрелка на сверхблизкой дистанции.

Боря передернул плечами, показывая, что воспоминания эти явно не из приятных.

— Скажи мне, Борис, выглядел ли твой незнакомец растерянным, паникующим или колеблющимся?

— Нет, босс. Я ж говорю, — Боря упорно стоял на своем, хотя и поглядывал на начальство с долей опаски, — за пару секунд всех пострелял, рука ни разу у него не дрогнула.

— Во-от! — Игнат Альбертович назидательно поднял вверх сигару, позабыв, что совсем недавно попрекал Бориса в том, что он врет относительно скорости «расправы» над ним и тремя другими торпедами. — Выходит, что опыт перестрелок он имеет такой, что спецназ позавидует. Причем опыт специфический. Уж поверь мне, ни в каких органах ты такого не наберешься. Расстрелять почти в упор готовую к драке четверку — это не то, чему учат в академии МВД. Там они больше по мишенькам пуляют.

Теперь уже Боря основательно задумался.

— Вы хотите сказать, что я на какого-то универсального солдата наткнулся?

— Не знаю, не знаю. Все может быть. Тачку его рассмотрел?

— Ага… «Ауди» какая-то навороченная, не знаю названия модели. Три шестерки с «крестами» на номерах.

— Хм-м-м. Какой уважающий себя человек пойдет на зашквар, чтобы с шестёрками разъезжать, да еще и крестами? Это точно не из «золотой десятки». Может, из залётных? Думаешь, кто-то раскопал для грядущей «Бойни» себе перспективного мальца?

— Не знаю, Игнат Альбертович… мне он показался просто чепушилой.

Верзила старательно гнал от себя воспоминания той необъяснимой паники, что затопила его сознание, когда он взглянул этому странному типу в глаза. Борис никогда не считал себя трусом и другим не позволял. Поэтому эту маленькую деталь он просто скрыл и не стал упоминать в своем рассказе.

— Просто чепушила, — назидательно начал «авторитет», прямо-таки выплевывая каждое слово, — Боря, тупая твоя башка, за пару секунд четверых не расстреливает! Тебе задание на сегодня, собираешь всю вашу кодлу подстреленную, везешь их в нашу мясницкую. Там все вместе побои снимаете, а потом совместно с прикормленными юристами сочиняете красивую сказку. Прощупаем этого инкогнито сначала легальными способами, посмотрим, кто у него за спиной маячит. Если никого серьезного, то и базар будет с ним иной, как тебе изначально и хотелось. Задачу понял?

— Понял, босс…

— Ну вот и умница. Всё, свободен!

Глава 3

Лунин, получив от меня четкое техническое задание, ушел, и я остался в своей каморке один. До визита фээсбэшника еще оставалось целых полтора часа, однако вопрос «Чем себя занять?» у меня не стоял.

Подкатив простой офисный стул к металлическому лабораторному столу, я уселся за него и закатал левый рукав рубашки до локтя. На моем предплечье красовалось множество шрамов всевозможных форм, размеров и степеней свежести — следы моих экспериментов. С самого детства, с той самой памятной школьной драки, когда я впервые ощутил эффект чужой боли, я пытался таким же образом подчинить себе и свою. Однако даже спустя три десятилетия я ни на шаг не приблизился к решению этой задачи. Но попыток не бросал.

Чего вы удивились? Ну да, мне сорок пять лет вообще-то! Да, знаю. Выгляжу я едва ли на тридцать. Но за это, я уверен, мне следует благодарить мой необычный дар. Хоть многие окружающие, кому известен мой возраст, и убеждены, что я активно пользуюсь услугами косметологов и пластических хирургов, но на самом деле я даже кремами никакими не мажусь. Мне это просто не нужно.

Вообще, весь этот механизм с эмпатией и чужими страданиями, дающий мне нечеловеческие возможности, до сей поры остается для меня самой большой загадкой и предметом многолетних изысканий. Зачем это нужно некроманту — мне приходится только гадать. Некоторые гипотезы, основанные на фантастике и книжном фэнтези, я, конечно, давно построил. Самая правдоподобная заключается в том, что сама природа некромантии предписывает своему обладателю проводить кровавые ритуалы, в процессе