"Фантастика 2026-98". Компиляция. Книги 1-30 - Андрей Волковский

Тегана упрямо мотнула головой:

— Не было! Ты с ума сошел, Дей? Не было! Неважно, каковы были последствия решений и действий, тебя пытались казнить за поступки тех, для кого ты был удобной фигурой. Не более того. Но… мне интересно вот что: ты говорил, Редгар спас тебя в шестнадцать. А это не очень-то детский возраст. И ты ведь обучался где-то как Страж Вечного. Не расскажешь?

Она выглядела настолько участливой, и при этом отнюдь не жалостливой, что Дей не смог отказать. К тому же, Данан сказала так много слов подряд — похоже, в самом деле хочет знать.

Хочет знать о нем, подумал Диармайд и улыбнулся этой мысли. Он уже давно понял: в высшей степени важно иметь в жизни человека, который взаправду хотел бы знать о тебе побольше. Поэтому лейтенант улыбнулся, протянул руку в сторону, одними глазами спрашивая разрешения. Данан коротко кивнула. Дей, отодвинув женскую руку с плеча, сам приобнял чародейку.

— Впервые Редгар спас меня в девять. Но ребенка нельзя призвать в Смотрители Пустоты. Поэтому он предложил прошлому командору приберечь меня из политических целей, и в итоге они уговорили короля Двирта сослать меня к Стражам, в южную Цитадель Тайн при условии, что я рта не раскрою о своем происхождении. За мной постоянно наблюдали и следили, на случай, если я обозначу попытки подготовить себе почву, чтобы занять трон со смертью короля.

Данан горько усмехнулась:

— Полагаю, даже помогали пару раз вляпаться во что-то такое.

Дей усмехнулся тоже:

— Да, дерьма было полно. Когда исполнилось шестнадцать, Драммонд стал королем, и, в отличие от отца, он не собирался размениваться. Ред уже был назван следующим командором, хотя прошлый еще был жив, поэтому он призвал меня прямо в темнице. Драммонд откровенно надеялся, что умру при посвящении. Но я выжил. Наследовать, правда, формально больше не могу, поэтому вроде как всяко неопасен для Драммонда.

Данан нахмурилась:

— Знаешь, судя по тому, что я видела, на формальности король плевал.

Дей открыто засмеялся:

— А то. Но все понимают, что у него нет наследника, ни сына, ни даже дочери. Если трон опустеет, люди забудут про какие-то там условности и формальности вроде орденских клятв.

Чародейка прищурилась:

— Звучит так, будто тебе всерьез интересно стать королем.

Диармайд настолько ошалел, что, отпустив плечо Данан, отклонился от неё и выпучил глаза.

— Кому? Мне? — уточнил лейтенант. — Я не смыслю в этом ничего. Да и не хотел никогда смыслить. Глянь на того же Драммонда: всю жизнь трясется за стул под собой, спит с женщиной, настолько ему ненавистной, что даже ребенка ей заделать не может. В войне, как говорит Редгар, не разбирается, зато всегда лезет, потому что это единственный для него способ вырваться из дворца и увидеть хоть что-то, кроме его облезлых стен. А еще, как и все, он боится магов — сама же видишь, как он трется вокруг тебя просто для того, чтобы всегда контролировать. Нет уж, — подытожил Дей. — Мне все нравится в моей жизни: я был Стражем Вечного и поэтому не очень боюсь колдунов, даже чародеев. — К Дею вернулась привычная веселость, и он подмигнул собеседнице. — Я стал Смотрителем Пустоты, и видел кучу углов в Даэрдине, о наличии которых мой кузен не догадывается. К тому же, как смотритель я не очень-то плодовит, а значит, могу с чистой совестью гоняться за удовольствиями без страха наделать бастардов. В моем шатре ночуют женщины, которых выбрал я сам, так что я не волнуюсь, что у меня может не встать…

Данан уже улыбалась до ушей. Дей разошелся и был совершенно неповторимо харизматичен. Настолько, что чародейка даже не стала напоминать, что сейчас его шатер занимает она сама, и исключительно по приказу их непутевого, но, кажется, вполне порядочного командора.

— Ну и наконец! — Дей развел руками в стороны, отчего хлестнул Данан по плечу, поскольку та все еще сидела рядом. — Ну вот вытащат из-под меня стул — и что? Я пересяду на другой! Или вообще, — Дей глянул снова себе между ног, — посижу на земле. Я не гордый, главное, чтобы яйца не замерзли.

Данан дослушала кое-как. Убедившись, что сосед закончил, она закрыла лицо руками, согнулась пополам и расхохоталась буквально до слез.

— Эй, ты чего? — не понял Диармайд.

Нет, ничего, подумала чародейка.

— Чем выше, — сказала Данан вслух, ловя руку Диармайда и просовывая свою в изгиб его локтя, — происхождение человека, тем реже, согласно его мнению, королевский трон — это стул.

— М-м, — протянул лейтенант, до смешного стянув вниз уголки губ. — Я тут вот, что подумал, — вздохнув, сказал Дей. — Эта твоя перчатка из черной стали… она намного легче, чем если бы была из стали на самом деле.

Данан широко улыбнулась — ей нравилось, что они ушли от малоприятной для обоих темы высоких родственников.

— Слышу голос человека, который провел в Цитадели Тайн семь лет. Да, ты правильно думаешь.

— Редгар знает?

Данан качнула головой.

— Я не говорила.

— Сеорас, насколько я понял из разговоров с Редом в пути, тоже не обмолвился.

Данан приобрела вид человека, который сомневается, стоит ли ему чувствовать себя виноватой.

— Это плохо?

— Это здорово. Так вы квиты: ты не сказала ему нечто важное, он не сказал тебе нечто важное.

Данан округлила глаза в немом вопрос: «О чем ты?».

— Утром мы уходим.

— А?

Видя её дурашливое лицо, Дей расхохотался, но быстро взял себя в руки — сейчас еще пол-лагеря на уши поднимет! Ночь ведь.

— Мы уходим завтра. Я, ты, Ред и Борво. Ну, по крайней мере, так планировалось: мне надо быть с ним в Талнахе, тебя оставлять здесь небезопасно со всех сторон, а Борво, кажется, наиболее толковым из всех новобранцев. Редгар таких любит.

Данан повела головой, отчего заплетенные волосы словно перевалились на другое плечо. И как, интересно, государь отреагировал на самоустранение командира Смотрителей?

— Король? — чародейка обозначила вопрос одним словом.

Диармайд махнул рукой: мол, да стоит ли говорить?

— Он не властен над командором Смотрителей. Назначить в критической ситуации может, а вот снять или препятствовать — нет. Замечательная работа — быть командором Смотрителей, а? Как думаешь?

Данан, похоже, об этом вообще никак не думала, и Дей, разглядывая её внезапно вдумчивое лицо, продолжил сам:

— Всего-то делов — остановить