Обратный отсчет - Токацин

раз предлагаем вам всем мирный союз. Если вы не согласны — война продолжится. Только в этот раз нападать будем мы. Баселар, Тедань, Спаркс и Джайн могли бы кое-что об этом рассказать…

Один из главарей поморщился.

— Я слышал тебя, Джон Мэллоу. Давай ближе к делу. Мир? Я всегда за мир. Что ты называешь «союзом»?

— Новые правила, Ривз, — Мэллоу посмотрел ему в глаза. — Новые правила для всех.

Люди переглянулись.

— Говори, — буркнул один из них.

— Новые правила от Мэлли, — еле слышно прошептал другой, повернувшись к помощнику. — А придётся же слушать…

Мэллоу сдвинул брови.

— Вот именно, Мас. Придётся, — подтвердил он. — Но если ты хочешь повторить «успех» Спаркса…

Ближайшего главаря передёрнуло.

— Хватит запугиваний. Говори, чего ты хочешь?

— Не я, — Мэллоу ухмыльнулся. — Мы. Две трети обитателей первого яруса. И механик Джед, конечно же. Новые правила просты. Никто, от жёлтого кода до бескодных, не должен быть обижен или унижен ни в ангаре, ни в душевой, ни во дворе, ни между ними. Каждый, кто пришёл мыться, помоется спокойно, без толкотни и драк. Каждый, кто захотел еды или питья и заплатил за них, получит то, за что заплатил. Каждый, кто подошёл к ограде и пригласил девушку, говорит с ней спокойно. Каждая стычка разбирается, каждый проступок наказывается, кто бы его ни совершил. Всё очень просто, джентльмены. Всё ради порядка и спокойной жизни. Мы все тут не по своей воле, и нам тут нелегко, но мы хотя бы не будем сами себе вредить. Кто согласен?

Гедимин молча слушал приглушённый гул — люди переговаривались, подозрительно глядя друг на друга. «Оружия ни у кого нет,» — отметил про себя сармат. «Уже легче.»

— И кто теперь тут главный? — угрюмо спросил один из азиатов, до того молчавший. — Кто собирает взносы и держит общак? Теск?

Гедимин поморщился.

— Такие дела каждый в своей банде решает сам, — ответил Мэллоу. — Я не намерен никого объединять. Дальберг и так замучался со списками. Всё, что от вас нужно, — соблюдать новые правила. Тогда в ваши дела никто не полезет.

Один из главарей — возможно, Ривз — зашевелился.

— И что, каждый бескодный, — он брезгливо поморщился, — может теперь говорить с нашими женщинами? И есть и пить то, что едим и пьём мы?

— Или так, или никак, — отозвался Мэллоу.

— Как ты набрал бойцов? — угрюмо спросил Ривз. — Кто к тебе пошёл, если ты держишь их наравне с отбросами?

Винки громко фыркнул.

— А твои работают за еду?

Толпа загудела. Мэллоу поднял руку.

— Тише, Винки. Не сейчас.

Ривз поморщился.

— Скоро доживём до того, что отбросы начнут открывать рот при предводителе…

Один из азиатов двинулся вперёд, и Мэллоу повернулся к нему.

— Ван Вэймин?

Тот слегка наклонил голову.

— Я слышал, что ты предлагаешь, и я вижу, что это не так глупо. Делай в своей банде, что хочешь, это твоё право. Я согласен на мир в душевой и во дворе. Но у меня будут поступать с питьём и едой, как поступали раньше, и я буду решать, кого пустить к ограде.

Мэллоу хмыкнул.

— Твоё право, Ван Вэймин. Но — ты понимаешь, чем это кончится?

Винки ухмыльнулся. Азиат едва заметно поморщился.

— Если распущенные отбросы уйдут от меня к тебе, это меня не огорчит.

Он протянул Мэллоу руку, и тот её пожал.

— Спасибо за быстрое решение, Ван Вэймин. Кто ещё готов говорить?

…Гедимин держался рядом с Мэллоу и Дальбергом, пока они шли от душевой к камерам, и слышал их довольный шёпот. Уже у решёток Джон тронул его за руку.

— Они все согласились! — прошептал он, глядя сармату в глаза. — Нет, ты слышал⁈ У нас получилось, Джед. У нас всё получилось!

Гедимин в ответ недоверчиво хмыкнул. «Я бы не доверял словам „макак“,» — думал он. «Посмотрим, что будет на прогулке. И на этой, и на следующей.»

18 сентября 25 года. Луна, кратер Пири, город Кларк

— Джед, а Джед! — Мэллоу спрыгнул с койки и встал у решётки, виновато глядя на сармата. — Совсем забыл сказать. Сегодня ты читай спокойно. Ты тут, наверное, дохнешь от скуки, пока мы там веселимся…

Гедимин удивлённо мигнул.

— А как вы обойдётесь? — спросил он. — Людям нравятся чтения.

— А, не волнуйся, — отмахнулся Мэллоу. — У Маса тоже есть смарт. Вчера мы договорились — он возьмёт нужную книгу, нам её на неделю хватит.

Гедимин хмыкнул.

— Быстро вы поладили…

— Мас — далеко не дурак, — ухмыльнулся Мэллоу. — Он из ребят Спаркса, а Спаркс дураков не любил. Сегодня мы ещё поговорим — может, дойдёт до объединения. Принести тебе чего-нибудь?

В коридоре загудели механизмы — входная дверь открывалась, пропуская двоих экзоскелетчиков. Мэллоу озадаченно хмыкнул.

— Что за внеочередной обход?

Гедимин поднял было руку с «читалкой» с койки, но через пару секунд обречённо вздохнул и снял с пальцев ремешок. Экзоскелетчики уже стояли под его дверью.

— На выход, — буркнул Матейка, настороженно разглядывая сармата. — У тебя две минуты.

То, что здесь выдавали вместо обуви, было очень неудобным — и как исправить это, Гедимин не знал, — ни обрезков скирлина, ни тросиков или верёвочек у него не было. Он медленно брёл, придерживая пальцами спадающие сандалии и опасаясь упустить их на каждой ступеньке. Попытку разуться и идти босиком охранники пресекли, да и неудобно было стягивать носки руками, скованными за спиной.

Его вывели на пустой тюремный двор, завели в ангар, и сармат увидел содранные маскировочные панели между двумя ярусами балок. Вся система наблюдения была выворочена и свисала со стен. Гедимин заметил штук пять явно неисправных камер, выведенных из строя чем-то твёрдым и заточенным, и недовольно сощурился.

— Вот тебе занятие, теск, — Матейка указал на свисающие кабели. — Отрабатывай паёк!

Сармат хмыкнул.

— Где схема?

Экзоскелетчик, складывающий снятые панели в стопку, едва заметно вздрогнул и развернулся к пришельцам.

— Это ремонтник? — спросил он, указав на сармата.

— Всё, что смогли достать, — отозвался Матейка, расстёгивая на руках Гедимина браслеты. — Без фокусов, теск, понятно? Пульт у меня!

Гедимин угрюмо покосился на него, но тут же забыл об охраннике, — тот, кто возился с панелями, наконец нашёл нужный